Чтение онлайн

Несколько мгновений я просто смотрю на него, не в силах придумать, что еще сказать. У нас точно нет ничего общего.

Я понимаю, что он все еще держит меня за руку, возможно, к лучшему, потому что я покачиваюсь на ногах. У него такая нежная хватка. Думаю, трудно избежать сокрушительного рукопожатия, когда ты буквально каменный. Я чувствую, что моя рука — это птица, сидящая на небоскребе, но это не то ощущение, с которым я знакома. Моя грудь полна голубей, курлычущих в странной, смущающей манере.

Его кожа где-то между кожистой и каменной, но тепло его ладоней смягчает его прикосновение, когда он обхватывает мою руку, и дрожь пробегает у меня по спине. Это ощущение заставляет меня снова взглянуть на его крылья и задаться вопросом, на что они похожи.

Метафорические голуби, гнездящиеся в моей груди, издают все больше звуков. Желание поцеловать его снова возвращается ко мне, ментальный зуд, который я не могу просто прогнать.

Я смотрю в сторону коридора, в котором исчезли Кэти и Тед, чувствуя укол ревности.

Впрочем, у Кэти не самые худшие идеи.

Это только первый день нашей командировки, но, возможно, я пропустила ту часть, где все представились друг другу, и, возможно, я сделала это специально, потому что ничто так не разъедает мою душу, как необходимость постоянно пожимать людям руки, поддерживая зрительный контакт и улыбаясь, в то время как люди пожимают тебе руку, вручают свою визитную карточку и одновременно начинают зачитывать свое резюме, когда все, чего ты хотела, — это соотнести имена с лицами.

Спрашивать его имя в этот момент немного неловко. Я действительно надеялась, что в какой-то момент во время нашего обеда или отельных счастливых часов кто-нибудь назовет его имя, и мне не придется спрашивать.

— Я не хотел обидеть тебя, спрашивая раньше… — начинает он.

— Все в порядке, — быстро говорю я, сглатывая.

Он качает головой, его изогнутые рога царапают темноту вестибюля отеля.

— Это не так. Некоторые вопросы нельзя обсуждать на работе, и если я не могу задать их на собеседовании, мне не стоит задавать их и здесь. Эти вещи носят личный характер.

В его словах есть странная, жесткая нотка, когда он это говорит. Личное. Хотя это и разжигает мое любопытство, я не могу не согласиться, и по этой причине я не настаиваю. Я благодарна, что он понимает.

— У нас было «недопустимое на работе» общение с самого аэропорта, — вздыхаю я. — Но спасибо.

Мне удается выбросить из головы мысли, сочетающие в себе благодарности и бесконечное повторение «все в порядке».

Он держит меня за руку достаточно слабо, чтобы я могла вырваться из его хватки в любой момент, но достаточно сильно, чтобы удержать мое пошатнувшееся сознание.

Я обнаруживаю, что подплываю ближе, подтягиваясь к этому якорю, и его хвост мягко взмахивает позади него, и что-то забавное в этом движении заставляет меня улыбнуться.

Пугающе близко и тихо. Слышен только звук нашего дыхания, лунный свет, отражающийся в его янтарных глазах, когда они скользят по мне, опускаясь к моему рту.

Возможно, эта ночь — не такое крушение поезда, как я думаю.

— Я не узнал твоего имени раньше, — говорит он, звук его голоса подобен капле в тихом озере, рябь отражается от потемневшего кафеля.

Было бы так легко просто снова поцеловать его. Возможно, мне не придется тащить его в постель. Это не обязательно должна быть охота за сексуальной химией между нами, питание ею, как этого требует мой годовой цикл.

Возможно, это просто может быть чем-то милым.

— Гвен, — говорю я ему почти шепотом. — Я из отдела по работе с монстрами.

— Владыр, — говорит он в ответ, что-то в бездонной глубине его голоса проникает прямо в мой клитор. Мое внимание привлекает то, что он не сказал, что занимается финансами или поглощениями. Хотя я не думаю, что у нас вообще есть такие отделы.

— Привет, Влад, — вторю я, произнося его имя так, как будто могу погладить им себя. Возможно, он нравится мне из-за водки с тоником. Странно, что он второй парень по имени Владыр, который работает в компании…

Я замираю в середине мысли.

Время останавливается. Или, может быть, я просто смотрю на него, несколько мгновений слишком широко раскрыв глаза.

Я не тороплюсь, переоценивая свою жизнь и недоуменно глядя на него. Владыр Гротеск. Парень, с которым мне предстоит работать в этой поездке. Парень, из-за которого я определенно почувствую себя бесполезной в своей работе.

Тот самый неподвижный кусок хорошо обработанного мрамора, который уже видел, как я выставляю себя идиоткой всеми возможными способами.

7

Я не знаю, как описать то, что я увидела этим утром, спускаясь на завтрак, кроме как сказать, что я не знала, что бестелесный голос и черная тень в плаще могут носить плавки и шлепанцы. Я знаю, что несколько человек хотели воспользоваться бассейном отеля перед завтраком, но я была удивлена, узнав, что Совен был одним из них.

Деанна сидит рядом со мной со своей маленькой миской йогурта, и каждый ее вопрос вызывает у меня желание еще глубже провалиться в кресло и забраться под стол.

— Ты когда-нибудь принимала какие-нибудь обезболивающие? Лили позволила мне позаимствовать у нее немного, но потом я не смогла тебя найти, — говорит она мне с самым печальным выражением лица, которое я когда-либо видела у нее, о том, что она провалила свою миссию.

— Мм. Я вспомнила, что у меня в сумке есть парочка, — вру я.

— Ты достаточно хорошо себя чувствуешь, чтобы быть здесь? Если захочешь пойти прилечь, я сообщу им, что ты плохо себя чувствуешь.

— Я просто собираюсь продолжать пить воду.

— Честно говоря, это то, что я должна была сделать после того, как нас выгнали из второго бара после полуночи. Клянусь, у меня все еще небольшое похмелье. Я встала поздно, в пять, и отправилась на пробежку в милю, — говорит она. Я устаю от одного того, что она говорит о беге трусцой.

Как будто я еще недостаточно чувствовала себя мертвой, мои глаза находят Влада в другом конце комнаты. Он прокладывает себе путь к свободному месту за пару столиков от нас с тарелкой, полной яичницы-болтуньи, и стаканом апельсинового сока, который кажется крошечным по сравнению с его большими руками.