Чтение онлайн

Я оделась тщательно. Чёрное платье-футляр от итальянского дизайнера — строгое, но обтягивающее каждую линию тела. Высокие каблуки. Волосы собрала в тугой высокий хвост — никакой романтики, только холодная элегантность. Макияж — smoky eyes и алая помада. Посмотрела на себя в зеркало и осталась довольна. Из стекла на меня смотрела не просто жена Ярослава Северова. Смотрела принцесса мафиозного клана, готовая защищать своё.

Я знала, где она обедает. Ресторан «Палладио», центр города, столик у окна. Мои люди — точнее, люди мужа, которых я попросила об услуге — сообщили мне. Я не стала предупреждать Ярослава. Это был мой бой. Женский. И я собиралась его выиграть.

«Палладио» встретил меня прохладой кондиционеров и тихой музыкой. Белые скатерти, хрустальные люстры, официанты с идеальной осанкой. Публика — сливки общества: жёны бизнесменов, любовницы политиков, дочери мафиози. Все они знали меня. Знали, кто я. И когда я вошла, разговоры на секунду стихли.

Карина сидела за столиком у окна. Одна. Перед ней стоял бокал белого вина и тарелка с каким-то салатом. Она была одета в светло-бежевый костюм, который подчёркивал её фигуру. На шее — жемчуг. На запястье — золотые часы. Волосы уложены волна за волной. Она выглядела как картинка из глянцевого журнала. Красивая. Холёная. Опасная.

Я подошла к её столику. Она подняла глаза. Узнала меня сразу — я видела это по тому, как дрогнули её ресницы. Но она быстро взяла себя в руки и улыбнулась профессиональной улыбкой.

— София Северова, — произнесла она. — Какая неожиданность. Присаживайтесь.

— Спасибо, — я села напротив, положила клатч на стол. — Я ненадолго. Просто хотела познакомиться лично. Мой муж упоминал вас.

— Неужели? — она выгнула бровь. — И что же он говорил?

— Что вы приходили в офис. Пытались возобновить партнёрство. И заодно напомнить о прошлом.

— Прошлое — это всего лишь воспоминания, — она сделала глоток вина. — Но иногда приятно их освежить, не находите?

— Нет, — я улыбнулась так же холодно. — Я предпочитаю жить настоящим. И будущим. Прошлое — для тех, у кого нет ничего лучше.

Её глаза сузились. Она поняла намёк.

— Вы очень уверены в себе, — сказала она. — Для женщины, которая замужем всего месяц. Месяц — это не срок. Особенно в нашем мире. Сегодня ты жена, завтра — вдова. Или разведёнка.

— Вы говорите по опыту?

— Я говорю по наблюдениям. Такие мужчины, как Ярослав, не созданы для моногамии. Им нужно разнообразие. Им нужен огонь. А не... — она сделала паузу, разглядывая меня с головы до ног, — домашний уют.

— Вы его плохо знаете.

— А вы? Что вы знаете о нём? Вы знаете, что он любит на завтрак? Что он читает перед сном? Что ему снится?

— Знаю, — я подалась вперёд, глядя ей прямо в глаза. — Он любит чёрный кофе без сахара. Он не читает перед сном — он слишком устаёт. А снится ему порт и будущее, которое он строит. Для нас. Для нашей семьи.

— Семьи? — она рассмеялась. — Вы думаете, он хочет детей? Ярослав Северов? Человек, который убивает людей голыми руками? Он не создан для семьи. Он создан для войны.

— Война закончилась.

— Война никогда не заканчивается, дорогая. Она просто меняет форму. Сегодня он с вами. А завтра — кто знает? Может быть, ему надоест эта... игра в счастливую семью. Может быть, он вспомнит, каково это — быть с женщиной, которая понимает его мир. Которая не боится крови. Которая сама держала оружие.

— Вы держали оружие? — я усмехнулась. — Или просто спали с теми, кто держал?

Её лицо застыло. Я попала в цель.

— Вы дерзкая, — сказала она. — Но дерзость без силы — это просто шум. Что вы можете мне сделать? Пожаловаться мужу? Вызвать охрану? Расплакаться?

— Нет, — я встала, взяла её бокал с вином и медленно вылила содержимое на её бежевый костюм. Вино потекло по дорогой ткани, оставляя красные разводы. Она вскочила, задыхаясь от возмущения.

— Ты!..

— Это чтобы ты запомнила, — сказала я спокойно. — Я — София Руссо Северова. Принцесса. И я не плачу. Я не жалуюсь. И я не вызываю охрану. Я действую сама. Если ты ещё раз приблизишься к моему мужу, если ты ещё раз войдёшь в его офис, если ты ещё раз произнесёшь его имя — я уничтожу тебя. Не его руками. Своими.

Я наклонилась ближе, так что мои губы почти коснулись её уха.

— Ты думаешь, я просто красивая жена? Ты ошибаешься. Я — дочь Лучано Руссо. Я выросла среди людей, которые убивают за косой взгляд. И если ты думаешь, что я не способна на то же самое — проверь. Рискни. Сделай шаг в мою сторону. И ты узнаешь, почему моего отца боялись даже такие, как твой.

Я выпрямилась и улыбнулась.

— Хорошего дня, Карина. Приятного аппетита.

Я развернулась и вышла из ресторана. За моей спиной повисла тишина. Я знала, что все взгляды устремлены на меня. И мне было плевать. Я сделала то, что должна была. Поставила стерву на место.

Дома я скинула туфли, налила себе бокал вина и села на диван. Руки дрожали. Не от страха — от адреналина. Я сделала это. Реально сделала. Я, та самая София, которая ещё полгода назад сидела в золотой клетке и мечтала о свободе. Теперь я сама была свободой. И никто не смел угрожать моему дому.

Через час приехал Ярослав. Он вошёл в гостиную, и я сразу поняла: ему доложили. Его лицо было мрачным. Но когда он увидел меня — спокойную, с бокалом вина, — его выражение изменилось. Сначала недоверие. Потом — что-то похожее на восхищение.

— Мне доложили, — сказал он, садясь рядом. — Ты вылила вино на Карину Волконскую.

— Да.

— В ресторане. При всех.

— Да.

— Зачем?

— Она угрожала нашему браку. Я ответила.

Он помолчал. Потом взял мой бокал, сделал глоток.

— Ты понимаешь, что её отец — старый партнёр моего отца? Что это может создать проблемы?

— Понимаю. Но я не могла позволить ей думать, что она может безнаказанно приближаться к тебе.

— Я сам мог с ней разобраться.

— Мог. Но это был женский бой. Я должна была выиграть его сама.

Он долго смотрел на меня. Потом его губы дрогнули в улыбке.

— Ты невозможная женщина.

— Я знаю.

— Ты понимаешь, что теперь она может попытаться отомстить?

— Пусть пытается. Я готова.

Он взял моё лицо в ладони.

— Я люблю тебя, София. Больше, чем когда-либо. Ты — моя принцесса. Моя воительница. Моя жена.

— И я никому тебя не отдам.

— Не отдашь. Я знаю.

Он поцеловал меня. Сначала мягко, потом глубже. Его руки скользнули по моему телу — по плечам, по талии, по бёдрам. Я ответила с той же страстью. Ревность, злость, адреналин — всё это требовало выхода.