Горький осадок
Шрифт:
"И всё-таки, чем же от неё так приятно пахнет?" - мелькнуло у меня в голове, едва порыв ветра опять донёс до моего обоняния её запах.
Какое-то время мы шли молча, постепенно прибавляя шаг, и увеличивая скорость.
Девушка с трудом приходила в себя. Это было видно. Рядом с тем местом, где мы шли, растянулась автомобильная пробка. Машины нетерпеливо сигналили.
Я вновь пригляделся к лицу Юли. Вся буря чувств оказалась отражена на нём. Даже тональный крем, щедро наложенный девушкой, был не в состоянии скрыть это. Да она видимо и не считала нужным что-то скрывать.
– Ну ладно, - проговорил я, нарушая молчание.
– Ты особо-то не переживай. Если хочешь, можем вернуться к метро. Если я тебя не устраиваю.
Девушка бросила на меня укоризненный взгляд.
– Да нет уж, давай лучше пройдёмся ещё. А то чего ж всего двадцать минут прогулялись! Но ты меня огорчил.
– Это чем же? Маленькой зарплатой?
– Конечно!
– обида сквозила в её тоне.
– Ты же понимаешь, что на такие деньги сейчас не прожить!
– Как это не прожить?
– задорное настроение, накатившее на меня при виде её искренней печали, никак не хотело исчезать.
– А я, по-твоему, не живой что ли? Или похож на мертвеца оживлённого колдуном вуду?
– Что ты передёргиваешь?
– с прежней укоризной сказала она. Пар шёл изо рта девушки, словно подчёркивая жаркие чувства, которые владели ею в настоящий момент.
– Я же говорю о серьёзных вещах! А у тебя зарплата как у моего брата-алкоголика!
" Опять брат!
– с удивлением подумал я.
– Почему у всех дам проблемы с братьями?! Хоть бы с сёстрами попались для разнообразия!"
– А что, он сильно у тебя пьёт?
– спросил я.
– Да. Пьёт довольно много. Он, правда, молодой ещё совсем. Двадцать лет. Но что из него выйдет в дальнейшем, мне страшно и подумать.
– А вы живёте то не в одной комнате, я надеюсь?
– Конечно, нет! В разных. К счастью, эту проблему наши родители решили до того как мы выросли, и теперь у нас трёшка.
– Так чего ты тогда расстраиваешься?
"Кто из нас не пил в семнадцать - двадцать лет?" - хотелось мне прибавить.
– Да потому что, мой брат вваливается поздно ночью, и бывает что вместе со своими дружками! Понимаешь?
Я молча кивнул. Налетевший порыв ветра заставил меня поднять повыше воротник.
– Они будят меня. Да и родителей иногда тоже. Ничего хорошего. И вот ты меня ещё расстроил сегодня.
– Юля, понимаешь...- снова попытался объяснить я девушке.
– Ну что ты говоришь!
– нетерпеливо перебила она меня.
– Сейчас ты станешь убеждать меня, что это жизнь такая! Да? Что работу получше без знакомств не найти, а значит, и искать нечего. Так?
Юля посмотрела на меня очень внимательно, оценивающе. И продолжила:
– Или что-то похожее. Всего этого я уже наслушалась от вас мужчин во всех видах! И в виде нытья, и в виде угроз. По-всякому. Ну и что?
Девушка развела руками, скривившись. И видя, что я не отвечаю, закончила:
– А мне что делать? Я же детей скоро должна заводить! И не одного. А с кем? Кто нас содержать будет? Что ты молчишь?
Теперь голос её звучал резко. Иногда с надрывом. Хорошо ещё, что в это время парк был пустынным. Днём тут всегда многолюдно.
– Да сложный вопрос, - наконец уклончиво ответил я.
– А ты что же, хочешь много детей? Сейчас вроде таких людей немного...
– Вот в том-то и дело что немного. А я люблю детей. И хочу три мальчика и четыре девочки.
Я чуть не поскользнулся. Не заметил очередную, покрытую льдом лужу под ногами.
"Ничего себе!
– присвистнул я мысленно.
– Вот это да!"
– А что?
– продолжала озвучивать свои планы моя спутница.
– Это же хорошо!
– Конечно!
– поддакнул я, начав искать повод, что бы поскорее сбежать от Юли.
– А для детей нужна большая квартира!
– моя собеседница с увлечением продолжала.
– Комнат пять как минимум. А ты в какой живёшь?
– Не скажу!
– беззлобно отозвался я.
– Почему это?
– сдвинула брови девушка.
– Иного будешь знать - скоро состаришься.
– Но я же должна иметь представление, сколько у тебя комнат!
– Не должна. Зачем тебе это?
Юля загадочно подняла голову, глядя на меня словно свысока.
– Я думаю!
– проговорила она выразительно.
– Вот если бы мы с тобой стали съезжаться, я бы отделила свою комнату от родителей, а ты бы свою квартиру. Как бы у нас получилось? Много наверно?
Я не знал, как теперь и думать. И постарался прочитать у неё в глазах, что барышня пытается сделать? Запугать меня или просто поскорее избавиться?
– Это вряд ли, - произнёс я в ответ.
– Почему это?
– недоумение отразилось на лице Юли.
– Потому что тяжело было бы делить всё это потом, при разводе.
Девушка остановилась как вкопанная. Буря гнева и возмущения охватила её.
– Что?
– закричала она.
– Ты это серьёзно?
Даже свистящий кругом ветер был не в силах заглушить её крики.
– Ну да, - терпеливо, но со страхом подтвердил я.
– Совершенно серьёзно.
– Так ты тоже из тех мужчин? Из тех мерзавцев?
В этот миг я уже всерьёз испугался. Игривое настроение во мне потухло.
– Каких мерзавцев? Ты о чём, Юля?
– Ты знаешь, о чём я!
– мне почудилось, что в конце должно было прозвучать слово "негодяй".
Но не прозвучало. Девушка в ярости смотрела на меня.
– Да успокойся ты! Чего ты так разошлась-то?
– Так ты тоже из тех мерзавцев?
– не унималась Юля.
Крики её разносились далеко.
– Да каких мерзавцев? Понять не могу...
– Из тех, что бросают женщин, сделав ей ребёнка! Бросают на произвол судьбы!
"Ну приехали!" - сверкнула у меня мысль.
– Да! Сейчас так многие делают! Я смотрела все передачи на эту тему! Большинство так делают! А мужчина, уходя от женщины, должен оставить ей всё. И квартиру и машину. И давать постоянно деньги. Потому что он мужчина! Он найдёт себе новую женщину на любом углу. А кому будет нужна оставленная им? Да ещё с ребёнком? А? Я тебя спрашиваю? Что ты молчишь?
– Знаешь что, мне это надоело, я пошёл.
Произнеся это, я сделал шаг в сторону, намереваясь уйти.