Чтение онлайн

Волшебник придержал своего коня на захламлённой так, что это виднелось и в сумерках, площади. Некоторе время смотрел понурясь вглубь себя, будто силясь рассмотреть что-то. Что ж, остроухая, ты вольна называть это как угодно. Я свёл счёты с обидчиками… правда, нажил и несколько врагов. И пусть проклянут меня, если к их действиям я не начну готовиться со всей возможной в моём положении поспешностью…

–  Ты немного разобралась в моей душе. Вот и скажи, так ли она страшна?

Тэлль отвернулась. Посмотрела на печально бездействующий посреди площади фонтан, где облупленные ангелочки напрасно наклоняли позеленевшие от времени бронзовые кувшины.

–  Бывают и хуже, скажем так, - негромко отозвалась она.

А Валлентайн уже поворотил гнедого в боковую улицу. И через весьма малое время остановил его у дверей двухэтажного особняка, который выглядел чуть почище и богаче остальных. Он не соизволил спуститься из седла, а бесцеремонно погнал коня на ступени крыльца, откуда со страхом и любопытством пялились двое солдат. Дверь распахнулась от мощного пинка ногой.

–  Хозяина мне сюда, - коротко и страшно распорядился он.

И едва через видный в проём двери тускло освещённый холл спешно прибежал едва одетый пухлый и благообразый человек, которого так и хотелось назвать пренебрежительно "мужчинка", как волшебник небрежно процедил ему:

–  С завтрашнего дня маркиз в этом городе я. Если до утра успеете убраться подальше, а потом до конца дней ни разу не попасться мне на глаза и даже на слух - считайте, что вам повезло.

Всего лишь на миг он встретился с холёным мужчиной глазами, как того от страха и омерзения едва не вывернуло наизнанку. Что ж, бывает. Правящий по праву рода должен быть готов к тому, что найдётся тот, кто займёт его место - по праву сильного.

К тому же, насчёт права рода тут тоже сомнения имелись. Валлентайн специально не проверял - но донёсся как-то до его ушей слушок, что нынешний бывший маркиз в прошлом своём был самым отпетым в этих краях пиратом. И сколотив как-то эскадру из пары фрегатов да полудюжины посудин поменьше, попросту захватил Ферри-Бэй…

"Голова эльфа" оправдала самые нехорошие предчувствия Тэлль. Гоблинская корчма во всей её неприглядности. Какие тут ещё слова нужны? Достаточно заглянуть в настежь распахнутые широкие двери. Грязища такая, что прежде чем мыть полы, следовало бы предварительно озаботиться навозной лопатой да засучив рукава хорошенько ею помахать. Дым и смрад в зале прямо-таки нестерпимо хотелось потрогать рукой. А то, что судя по запахам, там подавали, эльфка не стала бы есть даже под угрозой голодной смерти.

Однако же, воистину - слухи тут распространяются со скоростью куда там эльфийской стреле! Тэлль просто-таки изумилась, когда прямо под копыта утомлённых коней выкатился гоблин, по всей видимости хозяин заведения. И тут же заюлил, непрестанно кланяясь.

–  Ах, какая честь, ваша милость! Позвольте же поздравить вас первым!

Валлентайн с лёгкой улыбкой рассматривал худощавого юркого коротышку. Что правда, то правда - росту в том доставало едва-едва по плечо человеку, а его жидкие и сейчас неприлично растрёпанные седеющие волосёнки вкупе с по-гоблински торчащими в стороны остренькими ушами ничего кроме улыбки не вызывали. Равно как и засаленный, когда-то бархатный зелёный сюртучок с отроду нечищенными пуговками, и рукавами пузырём на локтях.

–  Отчего в зале такой хлев, Гарри?
– лениво поинтересовался волшебник.

В ответной речи гоблина прозвучало столько всякой ерунды и даже чепухи вперемежку с непрестанными извинениями и уверениями в своей преданности, что Валлентайн в конце концов попросту отмахнулся.

–  Значит, так, - он полуобернулся и с высоты седла обозрел собравшуюся на улице немалую толпу.
– Вы тоже. Поздравления и подарки завтра - если жив буду. Сейчас ужинать, немного отдохну. И пойду Замок смотреть.

–  Распечатывать, значит?
– давешний здоровяк-стражник, который, по-видимому, уже сменился со стражи, протолкался сквозь толпу и теперь озадаченно чесал в затылке.
– А что, дело хорошее. Сколько ж ему стоять пустому? Опять же, авторитет в народе, стал-быть…

И оглянулся в поисках поддержки. Надо признать, что известие о том, что в кои-то веки Ферри-Бэй может попасть в крепкие руки не только хоть каким-то боком дворянина, но ещё и волшебника, произвело неизгладимое впечатление. Люди, гоблины, пара возвышающихся над головами троллей - все разом взволновались и зашушукались, обсуждая такую новость.

Поскольку с бывшим маркизом из города наверняка уберутся и его прихлебатели - а оставшихся всё равно придётся снимать и через одного вешать - Валлентайн с лёгким сердцем произвёл плечистого десятника в сотники.

–  В воротах не испугался, стало быть - службу знаешь?

Здоровяк побледнел, маленько спал с лица и даже поёжился от такой ответственности. Однако громогласно заверил, что армейской службы он смолоду вдоволь хлебнул, а мзды сверх совести ни с кого никогда не брал.

–  Оттого и засиделся в десятниках, - огорчённо он встряхнул коротко остриженной по-военному головой и решительно ударил оземь шлемом.
– А, была не была! Приказывайте, ваша милость!

–  До утра сам разберёшься. Принимай командование и делай пока, что считаешь нужным - ты здесь лучше ситуацию знаешь, - Валлентайн не стал загружать гудящую от усталости голову ещё и этим.

Здоровяк так ощутимо заколебался, что даже странно, как на нём не зазвенела потрёпанная кольчуга.

–  А с пиратами как быть, ваша милость?
– вполголоса осведомился он.
– Прежний-то их привечал, и ежели по-хорошему, город и порт нынче самая настоящая база и есть. Закон и порядок тут и не ночевали.

В глазах его столь явственно виднелось недоверие и надежда, что волшебник даже отвлёкся от замечательного бараньего рагу с чесночным соусом.

–  Кто до утра удерёт подальше, за теми гнаться не стану. Остальным придётся поумерить пыл, - великодушно отозвался он.

Тем более, что смекалистый Гарри сразу по прибытии распорядился вытащить прямо посреди улицы самый неколченогий из своих столов и за неимением чистых скатертей застелить позаимствованным у кого-то из соседей парусом. Ну, и на столе уже как по взмаху волшебной палочки появилось всё, чему полагается для подкрепления сил. Ибо заходить внутрь заведения Валлентайн откровенно побрезговал.

‹Вставка 7›

Замечали ли вы, что если какое-либо слово повторить вслух десяток-другой раз подряд, то оно неожиданно теряет свой смысл и обращается в набор пустых, перекатывающихся на языке нелепых звуков? Во всяком случае, Валлентайн негаданно-нежданно вспомнил о том, когда за окном визгливый женский голос раз эдак с дюжину нудно и безо всякой надежды на успех проорал:

–  Паня, а ну ходь сюды! Нешто не слышишь?

Утро уже давно вступило в свои права - да так, что в напрочь вынесенное вчера окно вовсю ломились солнечные лучи. По замку, как будто так и надо, толпами гуляли сквозняки и привидения. Чёрный как смоль адский пёс мирно дремал у крыльца донжона, положив на передние лапы две головы и иногда во сне скуля третьей, коя такой чести не удостоилась. И только эхо зычноголосой женщины металось по запутанным переходам, иногда гулко отзываясь в высоких сводчатых залах.