Чтение онлайн

Утро встретило Лили неприятной трелью телефона. Чертыхаясь, она его выключила и ощупала место рядом с собой. Так и есть. Пусто. Муж ночевать не возвращался. Она улыбнулась, вспоминая, что засыпала одна. Лили собиралась с силами, чтоб покинуть теплую постель, когда повторно зазвонил ее телефон. Девушка сняла трубку и услышала незнакомый голос.

– Лилия Владимировна? Вас беспокоят с полиции. Ваш супруг попал в ДТП. Не могли бы вы подъехать к нам?

Не меньше минуты Лили обрабатывала полученную информацию, а затем ответила:

– Я то вам зачем?

На том конце провода подобного ответа явно не ожидали.

– Я, наверно, не так выразился, ваш муж попал в аварию. Его увезли на скорой, а вы как бы это… Близкий родственник, – подобрал вежливый собеседник на том конце нужные слова.

Лили медленно осознавала случившееся и как-то слишком спокойно ответила:

– Куда мне подъехать?

– В городскую больницу. Ваш муж в отделении реанимации.

– Скоро приеду, – вздохнула девушка, взглянув на часы.

Она в задумчивости перебирала платья. Что подобает одевать в подобных случаях? Остановив выбор на простом черном, она быстро зачесала волосы в хвост, решив не прибегать к косметике, накинула шубку, схватив ключи, быстро вышла на лестничную клетку и торопливо направилась к своему новенькому белому автомобилю.

В больнице она пробыла не долго. С давних пор больницы девушка терпеть не могла. К Диме ее не пустили, коротко сообщив о том, что у него обширные повреждения внутренних органов и врачам предстоит бороться за его жизнь. Лили не плакала, лишних вопросов не задавала и имела весьма странный чуть отстраненный вид. Беседовавший с ней не молодой мужчина в белом халате казался слегка смущенным и уставшим. Задавал какие-то вопросы о ранее перенесенных мужем заболеваниях, о том какие лекарства тот принимал. Она, при всем желании, не могла ответить и на половину из них. И, кроме того, хотела бы задать свои вопросы.

– Он выживет? – наконец-то смогла спросить она у врача.

– Пока сложно сказать, – ответил он туманно с любопытством наблюдая за ней.

Чуть позже к ним присоединился сотрудник правоохранительных органов, с какими-то бумагами в руках.

– Как это произошло? – спросила она у сотрудника лет тридцати, одетого в синюю форму.

– Пока точно не известно, – неохотно пояснил усталый мужчина, – специалисты определят причину трагедии. Точно могу сказать только то, то ваш муж, возвращаясь с ресторана «Кристал», не справился с управлением, на повороте вылетел на встречную полосу и врезался в автомобиль. Более подробно вам сообщат завтра. Не могли бы вы подъехать в отделение?

Лили выслушала его и кивнула.

– Отлично, – сказал он.

Ничего отличного в ситуации Лили не видела. Она видела только кучу нерешенных проблем, усугублявших и без того не радужное настроение. Боли от случившегося она не ощущала. Пустоты в душе или чего-то подобного тоже. Она не была злой, но гораздо больше сейчас ее занимало предчувствие того, что ничем хорошим для нее вся эта ситуация не обернется.

В простеньком черном платье она сидела возле двери палаты своего мужа, и вспомнила слова врача, что надо сообщить близким. Кого она могла назвать его близкими? Себя? Лили усмехнулась. Бывшую жену, у которой, так уж получилось, она увела Диму и которая их обоих ненавидела? Двадцатилетнего сына, который никогда не любил отца? Кого-то из его лицемерных друзей, которые только тем и занимались, что пытались подставить друг друга и занять чужое теплое место. Может быть Алекса, с которым муж был с детства не разлей вода, пока в их дружбу не вклинилась она сама? Сослуживец Альберт, который не может вернуть долг? И уж явно это не та девка, с которой он развлекался в тайне от нее. Да, выходило, что близких людей у ее мужа попросту не было и горевать в случае его смерти будет некому. От осознания того, насколько ее вторжение испортило ему жизнь она прониклась к нему сочувствием и ей стало по-человечески жалко супруга. И ей нестерпимо захотелось, чтоб он выздоровел, чтоб она могла его обнять и извиниться. И все исправить. По ее щеке скатилась слеза. Не известно откуда появившееся не прошеное чувство вины терзало, и она, не зная, куда от него деться, разревелась.

В назначенный день и час она нехотя пришла в кабинет следователя, куда ее вызвали по телефону. Лили не любила органы, и старалась как можно реже пересекаться со стражами закона, однако оттягивать этот момент было нельзя.

Серое обшарпанное здание не вселяло оптимизма. Ее изящная фигурка в узкой кожаной юбке и белой блузке смотрелась в том месте крайне неуместно. Облупившаяся краска на стенах, обшарпанная старая мебель, недоброжелательный дежурный и нецензурная пьяная брань из соседнего кабинета никак не сочетались с ней, приятно благоухающей дорогим парфюмом.

Она нерешительно протянула суровому мужчине в форме свой паспорт.

– Куда Антипову послать? – громко спрашивал у своих коллег дежурный, спрятавшийся за новеньким пластиковым окошечком.

– По какому делу? – доносилось до нее – По групповому износу в выходные?

– А вас кто вызывал барышня? – вежливо поинтересовался у нее дежурный, окидывая ее любопытным взглядом.

– Я не знаю, я не спросила… У меня муж в аварию попал.

– Она не знает – крикнул дежурный куда-то вглубь.

Мужчина мял ее паспорт, и куда-то звонил.

– Крис, вдову мужика, врезавшегося на «Ауди» к вам? – спросил он кого-то по телефону, выслушав ответ, он усмехнулся, и посмотрев на нее уже более серьезно продолжил, возвращая документ, – поднимайтесь в 305 к следователю Иванову Константину Николаевичу.

Лили шла по ступенькам и про себя повторяла: «Иванов Константин Николаевич… Костя Иванов? Вот ведь как бывает». С этими мыслями она стояла перед захватанной грязными руками выкрашенной белой краской дверью. С замиранием сердца она ее толкнула. Кажется, в тишине был слышен только стук ее собственного сердца.

Обстановочка в кабинете не отличалась, от той, что Лили уже видела. Два стареньких стола, заваленных бумагами в разных углах просторной комнаты. На давно не мытом окне грудой свалены бумаги, какие-то коробки и прочий хлам. Пол, с местами сильно потертым линолеумом, казался давно не мытым. Старенький диван с коричневой мужской курткой на нем. В углу тумбочка с электрическим чайником на подставке. Надо заметить, единственная чистая вещь в окружающем запустении.

Один из столов был занят молоденькой девушкой в полосатом свитере. На вид ей можно было дать лет двадцать пять. Русые волосы, никогда не знавшие краски, собраны в пучок на затылке. Лицо начисто лишено косметики. Из украшений лишь небольшие золотые серьги в ушах. Она подняла голову и уставилась на Лили с немым вопросом.

– Мне сказали подойти к Иванову, – начала Лили глядя на пустующий соседний стол.

– Подождите немного, он сейчас вернется, – ответила девушка и вновь ловко застучала по клавишам.

Лили, предположила, что подождать ей предлагают в коридоре, но не вышла, а внедрившись вглубь кабинета, подошла к окну. Девушка на ее манипуляции внимания не обратила, занятая только своими мыслями. Лили слышала громкие голоса за дверью, топот ног и сильнее сжимала в руке сумку.

– Ладно, я подъеду, – услышала она приятный мужской голос, – конечно, после обеда, я что, по-твоему, летаю?

Дверь открылась, и в комнату вошел молодой высокий мужчина в белой футболке, форменных брюках и с лихой улыбочкой на губах. По мере того как взгляд его фокусировался на спине Лили улыбочка с лица сползала. Он внимательно смотрел на горделивую осанку девушки, рассыпавшиеся по спине волосы и стройные ноги в черных сапогах. Призраки прошлого всплыли в его голове и что-то в его душе екнуло. Гостья медленно повернулась и внимательно посмотрела на него. Сердце следователя упало куда-то вниз.

Перед его лицом всплыла хорошо забытая картина: молоденькая девчушка в розовой шапочке, из-под которой вылезают непослушные русые волосы весело смеется, глядя ему в лицо. Снег опускается на ее пушистые ресницы и тает. Как же долго он пытался забыть и никогда не вспоминать об этих давно ушедших минутах счастья.