Горная атака
Шрифт:
– Кто будет осуществлять общее руководство действиями всех наших сил и в квадрате «Z», и в квадрате «Z-1»?
– А сам как думаешь?
– Вы?
– Так точно! Буду находиться на командном пункте Румянцева. А в приграничное ущелье полетим вместе!
– Понятно! Вопросов больше нет!
Генерал встал. Обратился к Смирнову:
– Евгений Дмитриевич, обеспечьте готовность «Ми-8» к вылету, а также проверьте функционирование линии связи «Клен» – «Ольха» – «Верба»!
– Есть!
В дверь постучали. Еременко крикнул:
– Входи, Лида, зачем стучишь?
Женщина вошла, доложила:
– Сергиенко на связи, товарищ генерал!
Викторова передала генералу трубку новейшей системы дальней закрытой связи.
Еременко сказал:
– Товарищи офицеры! Занимайтесь подготовкой к вылету. Лида, а ты приготовь, пожалуйста, мне еще чашку кофе.
Офицеры и помощник Смирнова покинули кабинет.
Генерал поднес трубку с коротким стержнем антенны к щеке:
– Первый на связи!
– Я – Буйный, вызывали, Первый?
– Вызывал! Ты задачу по работе в квадрате «Z-1» получил?
– Так точно!
– Когда вылетаешь?
– По времени варианта «А».
– Понял тебя. Я тоже буду там! Встретимся!
Из кабинета Смирнов направился к выходу из модуля, Дросов же задержался в приемной. Присел на подлокотник кресла, с удовольствием глядя на точеную фигурку своей возлюбленной, занимающейся приготовлением кофе. Не оборачиваясь, Лида попросила:
– Не смотри так на меня, Сережа. Иначе вспыхну, как спичка. Ты же словно прожигаешь меня взглядом.
– Это от избытка чувств, дорогая!
Лида, вздохнув, спросила:
– Когда опять улетаешь?
– Скоро!
– Надолго?
– Не знаю! Этого даже генерал, которому ты так старательно готовишь кофе, не знает. Все будет зависеть от действий одного человека.
Женщина вновь вздохнула:
– Ясно! А если все пройдет нормально, вернешься сюда?
– Тоже не знаю, Лида. Нас могут перебросить куда угодно и когда угодно.
Лида сняла с конфорки кофеварку, заполнила чашку напитком, аромат которого тут же наполнил приемную.
– Я так боюсь, что…
Дверь кабинета открылась. В приемную Смирнова вышел Еременко. Он слышал оборвавшуюся речь женщины, потому, положив трубку системы специальной секретной связи на стол, спросил:
– И что же ты так боишься, девонька? Или кого?
Лида протянула генералу чашку на блюдце:
– Ваш кофе, Сергей Дмитриевич. А боюсь я, что больше никогда не увижу Сережу! Извините, майора Дросова!
Генерал, глядя на женщину, отпил глоток обжигающего, крепкого и ароматного напитка. Поставил чашку на блюдце:
– На войне, как известно, девочка, может произойти все, что угодно. Особенно с офицером, командиром подразделения специального назначения, который постоянно подвергает свою жизнь смертельному риску. Но мне кажется, твоя боязнь больше относится к другому фактору, нежели, не дай бог, к гибели Сергея. Или я не прав?
– Правы, товарищ генерал! Мне известно, что такое служба офицера спецназа. Мне известно, что такое война. Но я познала и силу любви. Любви к Сергею, командиру отряда спецназа. Я хочу попросить вас, Сергей Дмитриевич, пожалуйста, если это возможно, сделайте так, чтобы мы были вместе. Я же и связист, и санинструктор, и снайпер…
Дросов не ожидал подобного, поэтому стоял в сторонке молча, немного растерявшись.
Генерал улыбнулся:
– Значит, если я правильно понимаю, ты просишь зачислить тебя в штат спецотряда майора Дросова?
Женщина ответила, не задумавшись:
– Так точно, товарищ генерал. Могу прямо сейчас составить необходимый рапорт!
– Подожди, подожди! С рапортом успеется. А как сам Дросов относится к твоей просьбе?
Майор тут же ответил:
– Категорически против, Сергей Дмитриевич!
Лида взглянула на возлюбленного:
– Но почему, Сережа? Или твои чувства ко мне – игра?
Майор воскликнул:
– Ну что ты такое говоришь? Как вообще ты могла подумать об этом? Я люблю тебя и говорю это открыто, при генерале. Но чтобы бы ты вошла в состав отряда, против! Был, есть и буду! Мне на войне своих забот хватает, не хватало еще тебя прикрывать. Нет. В отряд ты не попадешь!
Еременко, улыбаясь, попивая кофе, смотрел то на Лиду, то на Сергея. Допив кофе, приказал:
– А ну отставить перебранку и лишние разговоры. Меня слушать!
Молодые люди замолчали.
Генерал взглянул на Викторову:
– Я, конечно, могу приказать зачислить тебя в отряд спецназа, но… после того, как пройдешь курс доподготовки в специальном центре. А это по времени как минимум полгода. Плюс два месяца практики в войсках. Все это время никого из близких ты видеть не будешь, Сергея в том числе. Таковы правила. Не думаю, что подобный расклад устроит вас обоих. Но я могу предложить и другой вариант. Ты, Лида, будешь продолжать служить у полковника Смирнова, поддерживая с Дросовым связь. Как выберете момент, подадите рапорт на мое имя о желании зарегистрировать брак. Отказать у меня нет оснований, хотя решение по рапорту согласно секретной инструкции я вправе принять любое. Вплоть до отказа безо всяких на то оснований. Но я подпишу рапорт. Далее! Как только закончим дела с пленными, я намерен предложить майору Дросову новую должность, полковничью, в подчиненном мне управлении. Если Сергей согласится перейти на штабную работу, то месяца через два будет служить в Москве. Соответственно, вместе с мужем Афганистан покинет и супруга. Спокойной, сугубо мирной жизни Дросову не обещаю, как и снижение степени риска при выполнении тех или иных служебных заданий, но квартиру получить помогу. Как вам такой вариант?
Дросов пожал плечами:
– Не знаю, что и сказать. Конечно, я хотел бы, чтобы у нас с Лидой была семья, но смогу ли я сидеть в управлении? Ведь я же боевой офицер!
Женщина воскликнула:
– Сережа!..
Генерал, взглянув на часы, прервал Викторову:
– Короче, голубки. Сейчас прощайтесь, и давай, Дросов, иди к ребятам в отряд. Готовь их к командировке. Ты, Лида, занимайся своими обязанностями. А в свободное время думайте. Как вернемся с войны, а вернемся мы сюда, встретитесь, поговорите и сообщите мне свое решение. Как скажете, так и будет. Слово Еременко. Все! Встречаемся, майор, на вертолетной площадке в 10.50.
Еременко покинул кабинет.
Вскоре за ним вышел и Дросов. Прощание с Лидой было коротким. Всего лишь три слова и долгий, жаркий поцелуй. В дверях женщина остановила майора:
– Сережа! Обещай мне, что подумаешь над вторым предложением генерала Еременко. Ведь это было бы просто прекрасно, мы переехали бы в Москву, у нас была бы семья, я родила бы тебе детей, и… мы стали бы жить нормальной жизнью.
Дросов улыбнулся:
– Я, Лида, принимаю решения сразу. Поэтому думать мне не о чем. Готовься к свадьбе и переезду в Москву.