Чтение онлайн

Увидя разбитую машину в пропасти, Шуба остановился, а Смолярчук и Тюльпанов сразу же бросились вниз. Острые ребра скал, уступы, засиженные птицами, отшлифованный временем и ветрами гранит, замшелая стена и, наконец, дно ущелья. Здесь у подножия дамбы, по которой проходила узкоколейка, дымились искореженные остатки лесовоза.

Невдалеке послышался пронзительный сигнал маломощного локомотива. Из-за поворота показался небольшой, в несколько платформ, поезд, груженный лесом. На одной из платформ в узкой щели между бревнами с пистолетом наготове, тяжело дыша, затаился «Ковчег». Из своего укрытия он видел, как пограничники и овчарка спускались вниз по опасному откосу пропасти, и вздохнул с облегчением.

Весело постукивая колесами, поезд спускался по ущелью. Впереди показался небольшой городок.

Пограничники тем временем, мрачные и злые, стояли у обломков машины.

— Надо обыскать местность, — сказал Смолярчук. Витязь взял след, оставленный нарушителем на подступах к пропасти, и потащил старшину по дороге, потом через кустарник на склоне горы привел к узкоколейке. Собака здесь закружилась на месте.

— След потерялся, — объявил Смолярчук. — Нарушитель уехал на поезде.

И снова лесовоз, управляемый Шубой, помчался по дороге над ущельями. Смолярчук сидел в кабине. Тюльпанов стоял наверху, в кузове. Ветер хлестал ему в лицо, высекал из глаз слезы. Тюльпанов терпел, смотрел прямо вперед.

Узкоколейная дорога оборвалась у выхода из ущелья. Поезд, только что спустившийся с гор, стоял под эстакадой лесного склада. Заскрежетав тормозами, машина с пограничниками остановилась. Смолярчук с собакой устремился на поиски следа…

«Ковчег» был уверен, что надежно оторвался от преследователей. Он неторопливо шел по оживленной улице верховинского городка.

Густой поток людей вынес его к воротам рынка.

Многолюден, ярок и шумлив был праздничный базар. Тут и верховинцы в живописных нарядах, и скромно одетые долишане, продающие овощи и фрукты, и цыгане-жестянщики, и виноградари, выстроившиеся в особый ряд со своими бутылями и бочонками вина. «Ковчег» прошел сквозь базарную толпу. Остановился он перед ларьком, в котором пожилой верховинец из лесорубов или бывших пастухов и девочка-подросток, должно быть его внучка, торговали кустарными изделиями: резной деревянной посудой, вышивками, домашней выработки сукнами, одеждой, привычной для закарпатских горцев, шляпами с перьями.

— Эй, хозяин! — окликнул «Ковчег» продавца. — Дай-ка мне вон тот кожушок и жениховскую шляпу. Да поскорее! Не терпится! — он подмигнул, улыбнулся. — Еду свататься к одной государыне…

«Ковчег» надел кожушок, достал из кармана деньги, бросил их на прилавок. Получив сдачу, он, торопясь поскорее уйти, сунул под кожушок кепку и скрылся в базарной толпе.

Продавец верховинских изделий проводил покупателя внимательным взглядом.

— Поторгуй тут одна, Мария, — сказал он девочке, — а я скоро вернусь.

Пробираясь сквозь толпу, он прошел вслед за подозрительным покупателем, не теряя его из виду, но и не приближаясь к нему. Он видел, как этот странный человек купил подержанный велосипед, потом корзину, приторочил ее к багажнику и поехал с базара в сторону Рахова.

Витязь провел Смолярчука и Тюльпанова через весь город к воротам рынка. Пограничники и овчарка легко проложили себе дорогу через базарную толчею.

Увидев пограничников, продавец кустарных изделий бросился к ним.

— Вы кого-нибудь ищете? — спросил он.

— А что? — неопределенно сказал Смолярчук.

— Не человека в серой кепке, в черном пиджаке, с повязанной шеей?

— А где вы такого видели?

— Купил у меня зеленую шляпу, сердак и уехал на велосипеде вон в ту сторону. — Старик махнул рукой на северо-восток, на Раховское шоссе. — Полчаса не прошло.

Дорога на выходе из города была почти сплошь забита возвращающимися с базара закарпатцами. Вереница велосипедистов. Подводы. Автомобили. Пешеходы, В этом потоке и затерялся «Ковчег». Он ехал на велосипеде и почти не выделялся из общей массы. Оглянувшись, чтобы поправить корзину, он увидел невдалеке грузовик с пограничниками.

Лесовоз Шубы продвигался медленно. Смолярчук пристально всматривался в людей, идущих по левой обочине дороги. Тюльпанов контролировал правую сторону. Шуба вертел головой туда и сюда, не пропуская ни одного человека, каждому заглядывал в лицо. Проехали по мосту, переброшенному через небольшую речушку, и скрылись.

«Ковчег» спрятался под тем самым мостом, через который только что проехали пограничники. Он сидел в тени под железобетонной опорой и делал вид, что моет свой запыленный велосипед. Потом он выбрался снова на шоссе и поехал назад, в сторону города, свернул на боковую малолюдную проселочную дорогу. Не снижая скорости, проскочил железнодорожный переезд и скрылся на крутом подъеме за поворотом каменистой узкой дороги. Сторож, охранявший переезд, проводил безразличным взглядом велосипедиста.

Пограничники тоже вернулись назад. Проехав километров пять в сторону города и не найдя велосипедиста в зеленой шляпе, Смолярчук понял, что направился по ложному следу: не мог враг за такое короткое время далеко уйти. Наверно, он избрал себе не эту главную, очень людную дорогу, а какую-нибудь поглуше. Какую же? Не одна, а десять проселочных дорог ответвлялись от асфальтированного шоссе налево и направо. Куда свернул лазутчик? Какой путь показался ему наиболее выгодным?

Смолярчук, как это делал много раз в борьбе с врагом, поставил себя на его место. Нет, вот этот проселок он не избрал бы: ведет к небольшому населенному пункту, где люди хорошо знают друг друга и сразу могут заметить чужого. И этот вот проселок невыгоден: надо проезжать охраняемый мост. А вот этот, пожалуй, соблазнителен. Закрыт с двух сторон садами. И, главное, ведет к железной дороге, где можно воспользоваться поездом. Не сюда ли ринулся враг? Да, конечно, только сюда должен пойти изворотливый, предусмотрительный лазутчик.

— Поворачивай направо, — сказал Смолярчук шоферу.

Исследовав проселок, пограничники нашли на нем след велосипедных шин. Конечно, это могли быть следы и не велосипедиста в зеленой шляпе, можно ошибиться, но Смолярчук попросил ехать дальше.

Подъехали к железнодорожному переезду и остановились: дежурный закрыл шлагбаум, пропуская в сторону границы длинный товарный поезд.

Смолярчук и Тюльпанов, соскочив с машины, присели на корточки, зорко проглядывали обе стороны железнодорожной насыпи: не появится ли на ней из ближайших кустарников тот, кого они ищут, не попытается ли воспользоваться поездом.

Простучал колесами о рельсы последний вагон. Дежурный по переезду, морщинистый безусый человек, вложил желтый флажок в кожаный футляр и повернулся к Смолярчуку:

— Куревом не богаты, товарищ?

Угостив железнодорожника папироской, Смолярчук спросил:

— Не проезжал здесь дядька на велосипеде?

— В зеленой шляпе? Туды подался. — Сторож показал в направлении гор.

Водитель вышел из машины.

— На моем «буйволе» дальше не поедешь, — сказал он с сожалением, обращаясь к пограничникам. — Желаю удачи!

— Спасибо, товарищ Шуба, — поблагодарил Смолярчук и спросил сторожа:

— Телефон в исправности?.

— В исправности.

Сообщив на заставу о своем местонахождении и направлении преследования, Смолярчук простился с Шубой и по крутой, узкой дороге направился в горы. Менее чем через километр дорога превратилась в тропку и круто полезла кверху. Здесь следы велосипедных шин пропали. Смолярчук обыскал с помощью Витязя прилегающую к тропе местность и скоро нашел в лесной чаще брошенный велосипед, а также заметил отчетливые отпечатки больших, хорошо знакомых башмаков.