Чтение онлайн

— Боже, я уже и забыла какой ты раздражающий, когда никем не одержим, — пробормотала Клэри. — Мне стоит напомнить, что ты сам признал, что не можешь защитить меня от всего? Мы можем защищать друг друга только в том случае, если мы вместе. Если мы противостоим всему вместе. Если мы доверяем друг другу. — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Я не должна была останавливать тебя от похода к Конклаву, позвав Себастьяна. Я должна уважать решения, которые ты принимаешь. И ты должен уважать мои. Потому что вместе мы будем долгое время, и только при таких условиях это сработает.

Его рука медленно приблизился к ней на одеяле.

— Находиться под влиянием Себастьяна, — хрипло сказал он. — Для меня, сейчас, это похоже на дурной сон. То сумасшедшие место… те шкафы одежды, для твоей матери…

— Значит, ты помнишь. — Она почти прошептала это.

Кончики его пальцев коснулись ее, и она чуть не подпрыгнула. Они оба затаили дыхание, когда он коснулся ее, она не двинулась с места, наблюдая, как его плечи, медленно расслабились, и выражение тревоги исчезло с его лица.

— Я помню все, — сказал он. — Я помню лодку в Венеции. Клуб в Праге. Ночь в Париже, когда я был самим собой. — Она почувствовала, как кровь приливает ей под кожу, делая ее лицо пылающим. — В каком-то смысле, мы прошли через такое, что никто другой не сможет понять, кроме нас двоих. И это заставило меня понять. Мы всегда и намного лучше, когда вместе. — Он поднял к ней лицо. Он был бледен, и огни плясали в его глазах. — Я собираюсь убить Себастьяна, — произнес он. — Я собираюсь убить его за то, что он сделал со мной, что он сделал с тобой и то, что он сделал с Максом. Я собираюсь убить его за то, что он сделал и сделает. Конклав хочет его смерти, и они будут охотиться на него. Но я хочу быть тем, чья рука поразит его.

Она протянула руку, потом положила руку ему на щеку. Он вздрогнул и прикрыл глаза. Она ожидала, что его кожа будет теплой, но она была прохладной на ощупь.

— А что, если я буду та, кто его убьет?

— Мое сердце — это твое сердце, — ответил он. — Мои руки — твои руки.

Его глаза были цвета меда, и так же медленно, как мед, скользили по ее телу, вверх и вниз, впервые с того момента, как она вошла в комнату, от ее запутанных ветром волос, до обутых лодыжек, и обратно. Когда их взгляды снова встретились, во рту у Клэри пересохло.

— Ты помнишь, — начал он, — как при нашей первой встрече я сказал, что был уверен на девяносто процентов, что нанесение руны тебя не убьет — и ты дала мне пощечину и сказала, что это за остальные десять процентов? — Клэри кивнула. — Я всегда думал, что демон убьет меня, — сказал он. — Изгой Нижнего Мира. Битва. Но я понял, что могу умереть, если я, не буду целовать тебя и очень скоро.

Клэри облизнула сухие губы.

— Ну, сделай, — сказала она. — Я имею в виду, поцелуй меня.

Он протянул руку и взял локон ее волос, между пальцами. Он был так близко, что она могла чувствовать тепло его тела, запах его мыла, кожи и волос.

— Недостаточно, — сказал он, давая ее волосам выскользнуть из его пальцев. — Если я буду целовать тебя каждый день весь остаток моей жизни, этого не будет достаточно.

Он склонил голову. Она ничего не могла с собой поделать и подняла голову выше. Ее голова была занята воспоминаниями о Париже, как она держалась за него, будто в последний раз, и так чуть и не оказалось. Воспоминаниями о том, какой он был на вкус, его прикосновения, дыхание. Она слышала, как сейчас, он дышит. Его ресницы щекотали ей щеку.

Их губы были на расстоянии миллиметра друг от друга, а потом и вовсе не оставили места между собой. В начале, это было похоже на легкое касание, но чем дальше, тем больше креп поцелуй; они схватились друг за друга — и Клэри почувствовала маленькую искру — это было не больно, скорее похоже на ток, прошедший по ним.

Джейс быстро отпрянул. Он покраснел.

— Возможно, нам необходимо над этим поработать.

У Клэри всё ещё кружилась голова.

— Хорошо.

Он смотрел прямо перед собой, все еще тяжело дыша.

— Я хочу тебе кое-что дать.

— Я это уже поняла.

На этих словах он вернул взгляд на нее и — будто с неохотой — ухмыльнулся.

— Не то, о чем ты подумала.

Он достиг низа воротника своей рубашки и вытянул кольцо Моргенштерна на цепочке. Он натянул его на голову и, наклонив вперед, бросил его слегка в ее руку. Оно хранило тепло его кожи.

— Алек забрал его у Магнуса для меня. Ты будешь снова его носить? — Она сжала его в руке.

— Всегда.

Его усмешка переросла в улыбку, и, смело, она поместила свою голову на его плечо. Она чувствовала его дыхание, но он не шевелился.

Сначала он сидел, не двигаясь, но медленно напряженность ушла из его тела, и они наклонились вместе. Это не было горячо и тяжело, но это было общительно и сладко.

Он прочистил горло:

— Ты знаешь, что значит то, что мы сделали… что мы почти сделали в Париже…

— Прогулка к Эйфелевой башне? — Он заправил прядь волос ей за ухо.

— Ты никогда не позволяла мне сорваться с крючка и на минуту, не так ли? Забудь. Это одна из вещей, которые я в тебе люблю. Во всяком случае, та вещь, которую мы почти сделали в Париже… это, получается, вне игры пока что. Если ты, конечно, не хочешь получить малыш-я-вся-горю, когда мы целуемся, эти вещи станут буквальными.

— Никаких поцелуев?

— Хорошо, поцелуи вероятны. Но что касается всего остального…

Она провела рукой по его щеке.

— Мне хорошо, если хорошо тебе.

— Ну конечно мне нехорошо. Я подросток. Как мне кажется, это самое ужасное, что со мной происходило, даже когда я узнал, почему Магнусу запрещён въезд в Перу. — Его взгляд смягчился. — Но это не изменит того, кто мы друг для друга. Это как будто часть моей души навсегда пропала, но это часть внутри тебя, Клэри. Я помню, как ты сказала, что существует Бог или нет, мы сами творим свою судьбу. Но когда я с тобой, я точно не Бог.

Она закрыла глаза, чтобы он не видел её слёзы… слёзы счастья впервые за долгое время. Несмотря ни на что, несмотря на то, что руки Джейса осторожно лежали на его коленях, Клэри чувствовала облегчение, настолько подавляющее, что оно заглушало всё остальное — беспокойство о местонахождении Себастьяна, страх перед будущим, покрытым мраком неизвестности — всё отступало на задний план. Это не имело никого значения. Они были вместе, и Джейс снова был самим собой.

Она почувствовала, как он повернул голову и легонько поцеловал ее волосы.