Городской детектив. Тени прошлого
Шрифт:
– Да! – Глаша похлопала глазами. – Но вряд ли их можно ставить в ряд синонимов!
Что-то пробормотав, Визгликов быстро скользнул в парадную, не придерживая двери.
– Я же могла там остаться! – Укоризненно сказала Глаша.
– Я этого и добивался! – Шикнул на неё Стас. – Ну-ка тихо!
Вход в дом мрачнел стенами, давно не видевшими ремонта, воздух был насыщен пылью, а также запахами, которые явно выдавали присутствие кошек.
Визгликов стал осторожно, почти неслышно подниматься по лестнице. Он вытянул шею и посмотрел сквозь спираль перил, уходящую вверх. Жестом подозвав Глашу, Стас шепнул.
– Иди на улицу! Стой там, пока я не позову.
– А что случилось? – Затаив дыхание, спросила девушка.
– Просто уйди! – Зашипел громче следователь.
– Стас, это ты там в казаки-разбойники играешь? – Сверху свесилась голова мужчины.
– Тьфу ты! – Выругался Стас. – Всё прикрытие испортил, я, можно сказать, молодое поколение стращаю, а ты! Пошли Польская!
– Ну зачем вы так? Я же поверила! – Обиженно протянула Глаша.
– Понимаешь Польская, – Стас остановился на лестнице и повернулся к ней вполоборота, – тебе, как следователю голова дана, чтобы думать, а не просто для красоты!
После этих слов Глафира услышала, что за её спиной открылась входная дверь. Стас вдруг изменился в лице, Глаша лишь почувствовала, как он железной хваткой вцепился ей в руку и девушке показалось, что она буквально по воздуху пролетела несколько метров. Глаша больно ударилась при падении и оказалась под защитой выступа стены. А на том месте, где она стояла, стали слышны какие-то чёткие и быстрые хлопки, и только спустя мгновение Глаша поняла, что это выстрелы.
– Польская, наверх! – Скомандовал Визгликов. – Мужики, в квартиру запустите её, вызывайте подмогу! Снаружи два человека, внутри один. Свидетеля от окон уберите! – Прокричал он и прыгнул спиной вперёд за тот же выступ. – Какого беса ты здесь сидишь? – Тяжело дыша спросил он у Глаши.
– Я не знаю! – Девушка была в состоянии шока, она смотрела расширенными от ужаса глазами на Стаса и мотала головой.
– Дура! – Цыкнул следователь на девушку. – Э, алё! Борзота, вы в курсе, кого сейчас кошмарите?
– Да нам фиолетово! – Отозвался высокий голос. – Визгликов, а я смотрю, ты форму растерял совсем!
Стас на секунду перестал дышать, потом поднялся во весь рост и вышел из укрытия.
– Погорелов, вы чё обалдели, что ли? Чего за игры такие дебильные? Тем более в жилом доме!
– Здравия желаю, Станислав Михайлович! Дом под расселение, людей здесь нет! Только рабочие живут, но их мы предупредили. – Мужчина стянул маску с лица. – Прости, дорогой товарищ, но у нас сложная ситуация. – Погорелов пожал руку Визгликову.
– Она была бы крайне печальной, если бы у меня табельное с собой было! Ты же знаешь, что я стреляю без промаха! – Стас ответил на рукопожатие и повернул голову к Глаше. – Польская, ты там живая?
– Местами! – Всё ещё ошарашенная Глаша стояла, прижавшись к холодной стене.
– Вот и барышню мне чуть до неврастении не довели! Дебилы, как есть! – Покачал головой Стас.
– Станислав Михайлович, моё дело маленькое! Мне приказали, я проверку навыков провёл, теперь поехали со мной. Василий Степанович ждёт! А то, что вы оружие с собой не носите, знают почти все!
– Погорелов, у меня заготовлена целая речь по поводу твоего появления! Но все мысли я выскажу непосредственному руководителю, а своё отношение к тебе уже по дороге. Ибо не хочу, чтобы рабочие, которые здесь живут, смогли выучить сакральный язык офицерского мата! Они ведь не офицеры. Поехали, чего встал? – Сварливо сказал Визгликов, пробегая мимо человека в чёрном костюме и с балаклавой в руке.
Глаша, не ожидая приглашения, на трясущихся мелкой дрожью ногах, спустилась по лестнице и скользнула за Визгликовым в машину. Она притаилась на заднем сидении микроавтобуса и разглядывала ничего не выражающие лица двух мужчин, чья комплекция заполняла весь ряд передних кресел.
– Стас, не обижайся, – в машину прыгнул ещё один человек. – Ну, ты же знаешь, что такие проверки часть нашей работы!
– Не, не, не! – Визгликов помотал головой. – Вашей! Я уже не в теме!
– Это ты так думаешь. – Усмехнулся Погорелов.
– Блин, со мной же эта была, – Визгликов пощёлкал пальцами, силясь вспомнить имя Польской.
– Глафира! – Подсказала девушка.
– Точно! – Визгликов покивал головой. – Мы её в подъезде забыли!
– Вы издеваетесь? – Укоризненно спросила Глаша.
– Ну, как-то уже фразу подготовил, не сказать было бы обидно. – Пожал плечами Стас. – Едем-то куда?
– Стас, ты вроде на память не жаловался?! – Погорелов вздохнул. – К Скорякову.
Микроавтобус чётко встал на пятачок парковки, и люди поспешили на выход из машины, а дальше все бросились короткими перебежками ко входу в здание, потому что, наконец, хлынул ливень, который уже второй час не мог решиться спускаться ему на землю или нет.
Окна в кабинете генерал-лейтенанта Скорякова были распахнуты, вокруг витал запах свежести, воды и весны. Мужчины расселись на стулья, а Глаша примостилась у стены за шкафом, там, где опять был единственный свободный стул. Вскоре дверь распахнулась, широким шагом через кабинет прошёл Василий Степанович и присел во главе стола.
– Добрый вечер, товарищи офицеры! Спасибо, что так оперативно собрались! Дело у нас сложное, но очень важное. – Скоряков вздохнул. – Стас, ты помнишь Зарянского?
– Виктора Соломоновича Зарянского, тысяча девятьсот шестьдесят девятого года рождения я не помню! – Мрачно сказал Визгликов.
– Вот и отлично! Он пошёл на сотрудничество со следствием, но разговаривать будет только с тобой! Это, так сказать, его личное решение. Причём он просит, чтобы когда его будут перевозить по городу ты тоже присутствовал.
– Ну, может ему аниматоров вызвать или пати-басс нанять? Чё сразу Визгликов? – Возмутился Стас.
– У него есть важная информация! И давай здесь мне не ёрничай! – Скривил лицо Скоряков.
– Пять лет прошло и вдруг на тебе. Его озарило! – Визгликов стукнул себя по лбу. – С его умственным развитием, он через месяц события забывает, а не то что через такое количество времени! – Заметил он.
– Не бузи. – Вздохнул Василий Степанович. – Короче, у него появилась информация, что его хотят убить! Причём за что, он расскажет только тебе, – Скоряков развёл руками, – почему он такой любовью воспылал именно к тебе, я не знаю. Но есть оперативная информация, что у того, кто шёл к Зарянскому имеется отличительная черта, а именно косой шрам через весь подбородок и татуировка на тыльной стороне ладони в виде треугольника.