Чтение онлайн

Особо следует остановиться на тех главах «Дипломата», которые посвящены поездке Эссекса весной 1946 г. в Иранский Азербайджан. Они важны не только потому, что раскрывают подоплеку миссии Эссекса, антидемократические, провокационные методы колониальной политики, но и потому, что разъясняют обстановку в Иранском Курдистане, куда Эссекс заехал «по дороге» в Азербайджан, хотя для этого пришлось сделать большой крюк, раскрывают движущие пружины политики колонизаторов в курдском вопросе. Эти главы являются своеобразным мостом между обоими романами, они позволяют понять, почему Мак-Грегор более чем через двадцать лет после событий, описанных в «Дипломате», решает отдать всю свою энергию и знания помощи курдскому народу, почему ради этого он ставит на карту свою дальнейшую научную и служебную карьеру, рискует жизнью, почему его не останавливает даже разрыв с любимой женой. Эти главы позволяют понять, почему Олдридж, опубликовавший немало книг, посвященных освободительной борьбе народов арабских стран, решил написать «Горы и оружие» — героическую и трагическую эпопею борьбы и страданий курдского народа.

Эссекс предпринимает опасную и отнюдь не предусмотренную соглашением в Москве поездку в Иранский Курдистан с целью внести раскол в возможный единый фронт между курдами и азербайджанцами, противопоставить иракских курдов иранским, натравить одних курдских вождей Иранского Курдистана на других, создать среди курдских феодалов английскую агентуру. Особую активность проявляет Эссекс в последние дни своего пребывания в Курдистане, когда, узнав о предстоящем съезде шейхов и вождей в Соудж-Булаге (Мехабаде), он делает все возможное, чтобы при помощи даров, посулов и угроз предотвратить принятие на этом съезде согласованного решения о дружеском договоре с демократическим Иранским Азербайджаном. Хотя Эссекс — фигура вымышленная, все эти факты отнюдь не являются художественным вымыслом Олдриджа. В конце концов, несмотря на ожесточенное противодействие местной реакции и англо-американской агентуры, руководители обеих автономных республик подписывают 23 апреля 1946 г. соглашение о дружбе и братстве.

В романе «Дипломат» политическая борьба между Эссексом и Мак-Грегором, между силами колониализма и гуманизма заканчивается победой Мак-Грегора. Попытка англо-американских колонизаторов заклеймить с высокой трибуны Совета Безопасности ООН Советский Союз за мнимое вмешательство в иранские дела, используя при этом «материалы», добытые Эссексом, проваливается благодаря смелым разоблачениям Мак-Грегора. В ответ на наглое и циничное утверждение Эссекса о том, что конечная победа будет за ним и его единомышленниками, Мак-Грегор с уверенностью отвечает: «Может быть, вам и удастся помешать урегулированию азербайджанского вопроса путем непосредственных переговоров, удастся осуществить в Нью-Йорке то, что у вас сорвалось в Лондоне. Может быть, не знаю. Но я твердо знаю, что все равно вам не удержать Иран в полном подчинении, как бы вы ни хотели этого».

Расставшись с Мак-Грегором в холодную английскую весну 1946 г. в Лондоне, автор вновь представляет его своим читателям весной 1968 г. в горах Курдистана. Из отдельных фактов и высказываний героев романа «Горы и оружие» можно установить, что прошедшие двадцать два года Мак-Грегор и его жена Кэтрин провели почти безвыездно в Иране, где Мак-Грегор работал на предприятиях, в лабораториях и многочисленных экспедициях Иранской национальной нефтяной компании. Мак-Грегор внес значительную лепту в составление геологических карт Ирана; благодаря его неутомимой деятельности удалось обнаружить очень перспективные запасы нефти и газа в Иранском Курдистане. Все эти годы Мак-Грегор оставался верен своим идеалам дружбы и помощи иранцам, курдам, азербайджанцам и другим народам этой древней страны. Ему неоднократно пришлось страдать за свои убеждения. Несмотря на его английский паспорт и обширные связи Кэтрин в английских правящих кругах, Мак-Грегор подвергался домашнему аресту в Тегеране, испытывал и другие виды гонений. Однако все это лишь закаляло его, к тому же он хорошо знал, что его друзья — иранские, курдские, азербайджанские демократы — пострадали значительно больше. Еще в декабре 1946 г. реакционное иранское правительство Кавама эс-Салтане, пришедшего к власти в шестой раз, благодаря интригам американской дипломатии и агентуры ввело войска, фактически находившиеся под командованием американского жандармского генерала Шварцкопфа, в Иранский Азербайджан. Демократическая Азербайджанская республика была разгромлена, тысячи патриотов повешены и расстреляны. Аналогичная судьба постигла и курдов. В 1947 г. президент Курдистанской автономной республики Кази Мохаммед, его брат Садр Кази — депутат иранского меджлиса и другие курдские руководители — члены правительства и Комитета были повешены. Разгром курдских демократов, укрепившихся в горах, стал возможным лишь в результате измены курдских феодалов и некоторых шейхов племен, в том числе братьев Ильхани-заде, входивших в состав курдского автономного правительства.

Однако местной реакции и англо-американским империалистам не удалось повернуть вспять колесо истории. В 50-е годы были национализированы предприятия Англо-Иранской нефтяной компании^окрепли позиции Иранской национальной нефтяной компании. Британским империалистам пришлось в 1971 г. окончательно вывести свои вооруженные силы и из Персидского залива, который в течение столетия считался «британским озером». Сбылось предсказание Олдриджа, который устами Мак-Грегора еще в романе «Дипломат» утверждал, что дни господства империализма над Ираном сочтены, более того, что страна накануне революции. Это свидетельствует о большой проницательности Олдриджа — глубокого знатока жизни народов Востока. В то время как в секретной документации резидентуры ЦРУ и видных американских дипломатов, захваченной иранскими студентами в посольстве США в Тегеране, постоянным рефреном звучало утверждение, что режим шаха прочен и незыблем, Джеймс Олдридж уверенно предсказал за три десятилетия до этого приближение революционного кризиса и победу иранской революции. Проницательность автора, его глубокое проникновение в сущность провокационных методов империалистических разведок в Иране ярко проявились при описании секретного совещания Эссекса с резидентом Интеллидженс сервис в Тегеране Пикерингом. Последний подробно изложил план использования реакционной части шиитского духовенства для борьбы с партией иранских патриотов — Туде. Для этого, по мнению британского разведчика, энергично поддержанного Эссексом, необходимо было обвинить Туде в том, что она «агентура Москвы» и делает ставку на отрыв Иранского Азербайджана от иранского государства.

Как известно, в 1982–1983 гг. достойные преемники Интеллидженс сервис — заправилы ЦРУ использовали свои связи с наиболее реакционной группировкой шиитского духовенства «Ходжатие» для того, чтобы именно такими методами раздуть в стране антикоммунистическую и антисоветскую истерию, нанести сильнейший удар по партии Туде, осложнить советско-иранские отношения и таким образом ослабить положение Исламской Республики Иран.

Несмотря на колониалистскую и неоколониалистскую политику империалистических держав — в первую очередь Великобритании и США — на Среднем Востоке, невзирая на происки местной феодальной и компрадорской реакционной верхушки, народы этого региона, в особенности Ирана и Ирака, достигли за три с половиной десятилетия, прошедших после опубликования романа «Дипломат», огромных успехов в борьбе за свободу, политическую и экономическую независимость, за восстановление и развитие национальной культуры и цивилизации. 14 июля 1958 г. победила антифеодальная и антиимпериалистическая революция в Ираке, завершившаяся провозглашением республики. Ирак вышел из Багдадского пакта, ликвидировал иностранные военные базы на своей территории, провел национализацию нефтяной промышленности. С приходом в 1968 г. к власти правительства ПАСВ в стране был осуществлен ряд прогрессивных социально-экономических преобразований, взят курс на проведение активной антиимпериалистической политики. 9 апреля 1972 г. между СССР и Ираком был подписан Договор о дружбе и сотрудничестве, десятилетие которого было широко отмечено в обеих странах.

В 60-е годы, несмотря на открыто проамериканскую ориентацию шахского режима, начался постепенный процесс улучшения и советско-иранских отношений. В результате обмена нотами, состоявшегося 15 сентября 1962 г. в Тегеране, иранское правительство заверило правительство СССР в том, что «оно не предоставит никакому иностранному государству право иметь ракетные базы всех видов на территории Ирана». В последующие годы был подписан ряд экономических и культурных соглашений между обеими странами. Однако превращение Ирана в начале 70-х годов в важнейший военный плацдарм американского империализма на Ближнем и Среднем Востоке не могло не сказаться в отрицательном плане на международном положении Ирана и советско-иранских отношениях.

Антиимпериалистическая и антимонархическая революция 1979 г. в Иране нанесла огромный удар по позициям американских монополий в стране, по планам и расчетам Пентагона. Правительство Исламской Республики Иран ликвидировало все американские базы, выслало из страны тысячи американских военных «советников», многочисленную агентуру ЦРУ. В феврале 1981 г. в СССР и Иране было широко отмечено 60-летие советско-иранского договора от 26 февраля 1921 г. — первого равноправного договора в многовековой истории Ирана, создавшего предпосылки для национальной независимости иранского государства, что хорошо понимают прогрессивные силы страны, несмотря на упомянутые выше попытки внешней и внутренней реакции обострить в 1982–1983 гг. советско-иранские отношения.

Однако за все эти годы отнюдь не улучшилось положение миллионов курдов, проживающих в странах Ближнего и Среднего Востока. По-прежнему происки империалистической агентуры, шовинистическая политика правящих кругов ряда ближневосточных стран в национальном вопросе и, что весьма важно, узколобый национализм реакционной феодальной верхушки курдских племен препятствовали ликвидации многовековой раздробленности, социальной, экономической и культурной отсталости свободолюбивого курдского народа. Тем не менее развитие производительных сил и создание современной промышленности в Ираке и Иране ускорили разложение родо-племенных отношений у курдов, способствовали появлению в таких городах, как Мосул, Киркук (Ирак), Мехабад, Керманшах (Иран), курдского пролетариата, курдской национальной буржуазии и интеллигенции, активно включившихся в исторический процесс национально-освободительного, антиимпериалистического движения. Поскольку все это происходило в нефтеносных районах Ирака и Ирана, где быстро расширялась добыча нефти и газа, быстрыми темпами создавались нефтеперерабатывающие и нефтехимические предприятия, прокладывались новые нефтепроводы, — эти первые, весьма важные социально-экономические сдвиги в курдском обществе вызвали крайнее недовольство сил внешней и внутренней реакции, укрепили их стремление остановить возрождение и развитие курдского народа, отгородить его высокой стеной традиций и национализма от активного участия в великом процессе освобождения от собственных и чужеземных угнетателей. Таков исторический фон, на котором развиваются события в романе «Горы и оружие».

Обнаружение больших и весьма перспективных запасов нефти и газа в горах Иранского Курдистана, на стыке границ с Ираком и Турцией, является своеобразным катализатором, который активизирует в романе различные, противодействующие друг другу силы, заинтересованные в решении или, наоборот, во всемерном торможении решения курдской проблемы. Прибегая к весьма своеобразному литературному приему, Джеймс Олдридж оживляет деятельность Комитета возрождения Курдистана, созданного в 1942 г. и провозгласившего в январе 1946 г. Курдистанскую автономную республику. Оживляет автор и главу этого Комитета — президента республики Кази Мохаммеда, повешенного иранскими реакционерами по указке их англо-американских руководителей осенью 1947 г. На страницах романа он назван «кази», что значит по-курдски «судья». Освещая действия кази, Олдридж подчеркивает неоднократно его непоколебимую веру в курдское единство. Во время своих постоянных странствий по горам Курдистана кази бережно хранит в чемодане священное знамя курдских демократов — символ задушенной реакционерами и колонизаторами Курдистанской автономной республики. Рядом с кази борется за свободу своего народа бесстрашный Затко, который уже сознает невозможность сохранения старого, отжившего союза курдских феодалов, понимает необходимость борьбы на два фронта — против внешней и внутренней реакции, но не находит в себе сил порвать окончательно с закоснелым курдским традиционализмом.

Носителем самых отсталых, самых реакционных черт родо-племенного и феодального курдского традиционализма выступает на страницах романа ильхан — собирательный образ, в котором Олдридж воплотил черты феодалов братьев Ильхани-заде, пробравшихся в правительство Иранского Курдистана в январе 1946 г., продавших и предавших это недолговечное свободное курдское государство и принимавших активное участие в кровавой расправе над его руководителями, в первую очередь Кази Мохаммедом. Ильхан образца 1968 г. отличается от своих прототипов 1946 г. значительно более тесными связями с иностранными разведками и другими спецслужбами. Через своего сына Дубаса он устанавливает прямые контакты с представителями ЦРУ, Интеллидженс сервис и «Сюрте женераль». При его активном участии Комитет заключает соглашение с бейрутским синдикатом, продав ему монопольное право на нефтеразведку и нефтедобычу в горах Курдистана. Полученные деньги переправляются в Европу для закупки оружия, столь необходимого курдам для освободительной борьбы. Этого оружия с нетерпением ждут кази, Затко и иракский Али — активный член Комитета, олицетворяющий нарождающееся единство иракских и иранских курдов. Однако у ильхана и его присных свои расчеты в этой истории с оружием. Ильхану и Дубасу оружие нужно не для борьбы с угнетателями курдов, а для восстановления и расширения своего господства над курдскими племенами, для увековечения отсталости и феодальных пережитков, ибо только в них ильхан и ему подобные видят надежный залог сохранения своей власти; не для борьбы с колонизаторами всех мастей и оттенков, а для подавления нарастающего демократического движения внутри курдского народа, для предотвращения союза между курдскими, иранскими, иракскими трудящимися.