Горячее лето пятьдесят третьего 2
Шрифт:
Судоплатов, который тоже часто общался с товарищем 'Старшим', инициативу соратника разумеется поддержал.
– Товарищи! Ситуация просто адова. По самым скромным оценкам, переаттестацию не пройдут от трети, до половины членов Партии. Я за разработку новой стратегии развития.
– Спасибо, Павел Анатольевич. Георгий Максимилианович?
– Не знаю, товарищи. По-моему, новая стратегия сильно напоминает имперский колониализм. Мы просто заменим 'бремя белых' на 'бремя красных'. Это мне не нравится идеологически, но с точки зрения развития экономики - этот шаг несомненно очень полезный.
А что, Павел Анатольевич, у нас не хватит сил навести в республиках порядок?
– Не хватит, Георгий Максимилианович. Как только мы начнем проводить чистки национальной элиты, сразу снова возникнет басмаческое движение. В республиках до сих пор очень сильны родоплеменные связи. Чтоб гарантированно этого избежать, придется отправить в расход почти пятую часть населения. Возьметесь руководить этой чисткой?
– Нет! Я воздерживаюсь, товарищи.
– Спасибо, Георгий Максимилианович. Лаврентий Павлович?
– За! Только для начала предлагаю провести дробление национальных республик, до мононациональных. Например - ту же Манчжурию следует поделить на северную, где преимущество у этнических маньчжуров и южную, где в большинстве уже ханьцы. По этому же принципу предлагаю перекроить и Закавказье и Среднюю Азию.
Маленков тяжело вздохнул.
– Разделяй и властвуй.
Берия отреагировал мгновенно.
– Да! И 'бремя красных' вместо 'бремени белых'. Законы общественного развития сродни законам природы Мы не можем заставить воду течь в гору.
Главное - не метод, а Цель.
– Спасибо, Лаврентий Павлович. Алексей Николаевич?
Косыгин был краток.
– За!
Также кратко высказались 'за' Громыко, Игнатьев, Василевский, Устинов, Меркулов и Брежнев. Лебедев с Королевым воздержались. Наконец очередь дошла до новичка. Хотя все до этого говорили не вставая, Шелепин встал.
– Товарищи! С изменением стратегии экономического развития я согласен, но этого может оказаться недостаточно. Сама система, когда члену Партии предоставляется больше возможностей для карьерного роста - изначально порочна. Эта система и привлекает в Партию карьеристов и приспособленцев всех мастей. Считаю, что нам нужно максимально отстраниться от прямого управления экономикой, сосредоточившись на планировании и контроле выполнения планов.
А к коммунисту на руководящей должности должны предъявляться только дополнительные требования, без всяких привилегий. Ведь именно так обстоят дела в армии, и армия у нас поэтому непобедимая и легендарная.
– Спасибо, товарищ Шелепин. Предложение принято большинством, при трех воздержавшихся. В рабочую группу по выработке новой стратегии развития предлагаю включить товарищей Берия, Косыгина, Меркулова и Шелепина. Кто за? Единогласно товарищи. На этом на сегодня закончим. Рабочую группу и вас, Павел Анатольевич, прошу ко мне, обсудим первые шаги.
***
7 июня 1953 года. Чукотка, бухта Провидения, пос. Урелики, Штаб 14-й ударной армии 'Десантной армии вторжения'.
Визит министра обороны, маршала Василевского на Чукотку как раз совпал с отправкой первых гарнизонов на Алеутские острова. Генерал-полковник Олешев прошел под началом Василевского Маньчжурскую компанию сорок пятого, и очень его уважал. Оставив дела на начальника штаба, командующий армией лично прибыл на аэродром. На попытку Олешева доложиться по уставу, Василевский лишь тихо скомандовал 'Отставить' и крепко обнял боевого товарища.
– Давай сначала в штаб заедем, Коля, а то я пока добирался совсем от жизни отстал. Просмотрим 'Черчилль капут!', и поедем твоих орлов провожать. А то сейчас что не день, то событие эпохального масштаба.
– Что за 'Черчилль капут!', Александр Михайлович?
– Канал 'ЧК' тебе разве не подключили?
– Подключили, но я не знал, что он так называется. Мы его чрезвычайным зовем.
– По документам он и есть чрезвычайный, а в 'народе' уже так. Кто-то из Судоплатовских головорезов окрестил и пошло...
– А что! Народ у нас толковый, называть умеет. И правда, 'Черчилль капут!'. Отличный канал. Наши придумали, или гэбэшники?
– Сталин, Коля. Лично Сам распорядился и список допущенных лично составил.
***
События действительно происходили эпохальные. После нескольких мятежей, случившихся в Европе и Японии в частях армии уже не существующего единого государства САСШ, началось массовое дезертирство. Дезертировали целыми подразделениями, перегруппировывались по принадлежности к новой Родине и отчаянно мародерствовали, обирая местное население буквально до нитки. Иногда банды таких мародеров сцеплялись между собой, случались и настоящие бои с применением артиллерии и бронетехники. Эти банды пока не совались в советскую зону оккупации, зато по Европе разошлись широко - от Италии до Дании, прорываясь к портам, с намерением скорее покинуть проклятую Европу и каким-то образом добраться домой.
Третьего июня, большая часть американского оккупационного корпуса в Японии присягнула Калифорнии и при помощи союзных КЗША начала вывод своих подразделений. Япония обратилась в СССР, Китаю и Корее с предложением подписать мирный договор, но согласие на начало переговоров получила только от СССР, Китай с Кореей ответили отказом и требованием полной и безоговорочной капитуляции.
Четвертого июня в зону Советской оккупации Германии прибыл канцлер Конрад Аденауэр. Вернее - сбежал, спасаясь от хаоса и бесчисленных банд, бесчинствующих на избравшей его территории. В отличии от Японии, в Европе американцы не спешили присягать никому. Даже бывший уже командующий оккупационной армией, генерал Мэтью Риджуэй, сохранивший контроль над авиацией, ядерными боеприпасами и тремя верными боеспособными дивизиями, не спешил делать выбор. Собственно, он именно поэтому все эти силы пока и контролировал. Сделай он выбор - рассыплется и эта конструкция.
Пятого июня, Республика Аляска обратилась к СССР с просьбой помощи в получении своей доли репараций с Японии и Германии, а шестого такая же просьба поступила от Техаса. Естественно - не безвозмездно.
Шестого июня, югославская армия взяла Тирану, а болгарская - Александропулис, А после того, как СССР объявил о денонсации Карского договора, и поддержке создания независимого Курдистана, началось восстание курдов в турецкой Анатолии.
В штабе быстренько почитали 'Черчилль капут!', закинулись индийским чайком, потом смотались в порт, исполнили ритуальные церемонии, а к вечеру снова вернулись в штаб.
– Как вам там без Сталина, Александр Михайлович?
– Почему без, Коля? Он всем членам бюро доступен, правда ругается, когда с глупостями лезут. Он сейчас теорией озадачен, говорит - 'англичанку' и без меня добьете, а как дальше жить - кто-то должен думать уже сейчас. Он живет уже в будущем, куда нам только предстоит прийти. Он это будущее и создает. Все рассказать не могу, сам понимаешь, но кое-что тебе как старому другу расскажу. У нас уже половина Бюро ЦК искренне считает, что Он не от мира сего. Научный материализм подвергает сомнению уже половина руководства Страны.