Чтение онлайн

– Я буду думать о том, как трахаю тебя, – заявил он и положил ладонь на глаза. – Это я смогу. Мой мозг – единственное место, которое не болит.

– Ты уже это делаешь? – спросила она

– Да. Целиком и полностью. Черт, а я хорош. У меня шикарная техника, – заметил Ян.

– Просто скажи мне, когда я кончу, просто чтобы знать.

– Ты уже почти. Почти. По...ч…ти. Ты кончила. И сразу же после кончил я. Вау. – Ян убрал руку с лица. – Ух. Я надеюсь, тебе было так же хорошо, как и мне.

– Даже лучше. Ты трахал меня так сильно и так хорошо, что я не могу двигаться.

– Я животное, – согласился Ян с рычанием, и Искра так сильно рассмеялась, что вскрикнула от боли в спине. – Готова ко второму раунду?

– Еще нет. Мне нужно время прийти в себя. Но я сражена твоей выдержкой.

– Знаешь, что поможет нам чувствовать себя лучше? – задал вопрос Ян, прыгая на своей стороне, как рыба, выброшенная на берег.

– Морфий?

– Даже лучше, чем морфий.

– Героин?

– Вообще-то я думал о чем-то менее опасном и незаконном.

– Викодин?

– Горячая ванна. Мы могли бы раздеться и пойти в горячую ванну. Что думаешь?

– Думаю, лучше Викодин.

– Ты, правда, не любишь горячие ванны? Думал, ты шутишь.

– Они меня нервируют.

– Почему они тебя нервируют? Если тебе от этого станет легче, я могу взять свой свисток спасателя, а ты наденешь нарукавники.

– Я нервничаю не из-за того, что могу утонуть. Я просто…

– Что?

– Я стесняюсь.

Ян широко открыл глаза от удивления.

– Расскажи, чего именно. Это приказ.

– У меня появилась сыпь в горячей ванне, когда я была ребенком. Вот и все.

– Сыпь.

– Да. Сыпь на попе.

– У тебя появилась сыпь на попе от джакузи, когда ты была ребенком. Маленькая?

– Не маленькая.

Большая?

– Представь пиццу, Ян. Такой была моя двенадцатилетняя попа.

– О, Боже! Это отвратительно. Я никогда больше не стану есть пиццу. Не пойми меня неправильно. Я буду есть твою попу, но не притронусь к пицце.

– Видишь? Ты бы тоже стеснялся джакузи, если бы она превращала твою попу в пиццу. Я неделю не могла сидеть. Мне пришлось спать на животе. Бедной маме пришлось накладывать мне мазь. Это был кошмар.

– Где у тебя появилась эта сыпь от джакузи?

– Мы поехали отдыхать, когда я была ребенком, и остановились в отеле с джакузи.

– Ясно, джакузи в отеле стала твоей первой ошибкой. И второй. Одна ошибка для двух половинок твоей попы. Там же сточные воды могли быть.

– Расскажи мне об этом.

– У меня новое джакузи, я его сам вымыл, обработал с хлоркой дважды. Вода идеальная. От нее у тебя не будет пиццы, клянусь.

– Ты никогда не позволишь мне забыть об этой пицце, да? – поинтересовалась она.

– Нет. Никогда. Пока мы оба живы.

– Да, я так и подумала. А теперь ты расскажи что-то смущающее. – Она медленно перевернулась на бок и посмотрела Яну в лицо.

– Что-то смущающее? Ладно, это не настолько смущает, как пицца-попа, но я мог бы рассказать о случае, когда у меня был секс с моей девушкой, и я забыл выбросить упаковку от презерватива, а мой папа нашел ее на полу в гостиной на следующее утро.

Искра поморщилась.

– О, это плохо. Когда это случилось? В старших классах?

– Сегодня утром.

Она распахнула глаза.

– Вот, черт! Что сказал твой папа?

– Ну, он посмотрел на меня таким отцовским взглядом... – Ян скривил лицо, выражая серьезность, смешанную с суровостью, одновременно пытаясь не смеяться. – Затем спросил: «Кто-то, кого я знаю?» – довольно странный вопрос, если задуматься.

– Ты сказал ему, что это была я?

– Сказал.

– Он взбесился?

– Сначала немного, да, потому что думал, что ты все еще сотрудник. Я сказал ему, что ты увольняешься.

– И все?

– В основном, – ответил Ян, пожимая плечами, что очень ее впечатлило, учитывая то, что он лежал на боку на деревянном полу.

– Так, значит, это не все?

– Он сказал, что испытывает беспокойство по поводу того, что мы встречаемся. Обычная тема отцов. Ничего особенного.

– Какое беспокойство?

– Искра, правда, ничего особенного.

– Скажи мне, что он сказал.

– Ничего важного. Он переживает, что ты будешь чувствовать себя неуютно с семьей Эшеров, когда мы все... – Ян приложил палец к кончику носу и приподнял его.

– Все такие важные? Все такие богатые и важные? Богатые и важные и занимаетесь важными делами?

– Правильно. Но, все-таки, это Портленд, не Лос-Анджелес или Нью-Йорк. Я хотел напомнить ему, что мы Эшеры, а не Рокфеллеры. Мы даже не Кардашьян. Я воздержался от повторения этого вслух. Еле-еле.

– Твой отец прав.

– Нет.

– Да. Я буду чувствовать себя неуютно. Я уже чувствую себя неуютно.

– Это потому, что ты лежишь на полу. Вставай. Мы идем в горячую ванную. Если мы собираемся говорить о серьезных отношениях, нам лучше сделать это обнаженными и в горячей воде. Вставай.

– Обязательно?

– Да. Я босс. Когда я говорю прыгай, ты …

– Ты кто?

– Очень смешно. – Он перекатился и занял позицию отжимания, затем, показав внушительную грацию и мускулы, вскочил на ноги. Ян наклонился и протянул ей руку. Она застонала и позволила ему взять ее за руку и помочь встать.

– Можешь раздеться или мне тебя раздеть? – спросил он.

– Я сама могу раздеться.

– Очень плохо. Я все равно сделаю это. Руки вверх.

– Я не могу ими пошевелить.

Ян покачал головой.

– Жаль. – Он взял ее за запястья и поднял руки. Как только они оказались вверху, он взял ее свитер и снял через голову. Потом он расстегнул молнию на джинсах и спустил джинсы, и тогда Искра напомнила ему, что обычно нужно сначала снять обувь, а уже потом джинсы. Он предложил, что в будущем ей стоит инвестировать в юбки и ноль белья под ними. Она сказала, что подумает над этим, но, принимая во внимание факт, что он живет на вершине чертовой снежной горы, она все-таки лучше будет продолжать носить джинсы и нижнее белье. Он признал поражение.