Чтение онлайн

Он сидит за своим столом, похожий на доктора Мэтью Рассела, знаменитого спинального хирурга, Хотти МакХотпентс. Я думаю, вчера он подстригся. Его тёмные пряди укорочены по бокам, они выглядят гуще и по-модному растрёпаны наверху. Мэтт в своём белом халате. Под ним бледно-синяя рубашка, её оттенок немного темнее его глаз. Он побрился утром, что означает, что между мной и этой гладкой челюстью не будет преград.

Мужчина сосредоточен на том, что читает открытое дело, лежащее на его столе. Мэтт водит вперёд-назад своим пальцем вдоль нижней губы, пока читает.

Я напоминаю себе, зачем я здесь, поэтому беру себя в руки. Затем, прежде чем его образ снова не загипнотизировал меня, громко стучу в дверь и прочищаю горло, когда захожу внутрь.

Он смотрит на меня, и его приветливая улыбка как стрела в моё сердце. Я даже замираю и заикаюсь, как будто это был физический удар.

Мэтт небрежно оценивает меня с ног до головы, прежде чем вернуться к делу.

— Доброе утро, Бэйли.

У него тёплая интонация, и я хочу, чтобы его белый халат был немного больше. Его портной знает, что делает.

До меня доходит, что я стою, разговариваю сама с собой в своей голове, а он ждёт некоторых объяснений, почему я пришла в его кабинет в такое время.

Снова прочищаю горло и трясу листом бумаги в моей руке.

— Да, привет, доктор Рассел. Прошу прощения, что побеспокоила тебя. Мне просто нужно отдать тебе это.

Хорошо. Мой тон говорит, что я по делу, а он понял намек. Вроде как.

Его хитрая ухмылка говорит об обратном, когда он берет документ в свои руки.

— Как видишь, это контракт, — объясняю я.

Его брови с интересом приподнимаются, и он пытается скрыть усмешку. Проклятье. Почему Мэтт выглядит так, словно это его веселит. Я дала ему документы!

— Чтобы для тебя подвести итог, это официальный документ, который указывает, что мы не можем встречаться.

Он кивает.

— Я вижу это. «Прежде всего, не должно происходить никаких прикосновений, поцелуев и прочего»

Хорошо, да, я гуглила юридический жаргон на своём телефоне.

Он продолжает:

— «Впредь, доктор Рассел должен воздержаться от любых неприличных улыбок и флирта». — Торжественно кивает, словно воспринимает это очень серьёзно. — О, я вижу. В дальнейшем. В таком случае...

— Да, а затем продолжение...

— «Истец, Бэйли Дженингс, будет воздерживаться от проявлений или действия непреодолимых сил, чтобы не искушать доктора Рассела».

Я не уверена, что значит слово Истец, но мне нужно было это необычное слово.

— Документ пришёл прямо из отдела кадров, — объясняю я.

Он стирает свою ухмылку.

— Ах, да, звучит в стиле Линды.

Я взмахиваю своими кулаками, словно проклинаю богов.

— Ах, если бы только был какой-то другой путь.

— Бэйли, — он серьёзен и искренен. В моей голове звенит предупреждающий звонок. — Ты не должна была это делать. Если ты не хочешь продолжать что-то со мной, то...

— Доброе утро, доктор Рассел! — говорит его ординатор позади меня. — Я принёс ваш кофе и, не волнуйтесь, в этот раз я не добавлял сливки.

Да! Как раз вовремя. Я хочу расцеловать этого парня. Мэтт должен отложить то, что хотел сказать мне. Отлично, я не хочу знать. Я хочу притвориться, что он просто хирург, а я его помощник, ничего более. На самом деле, у меня есть работа.

Я делаю шаг, чтобы ускользнуть из комнаты.

— Увидимся в операционной!

— Ты ничего не забыла?

Я оглядываюсь назад и вижу, как Мэтт ставит подпись в строке контракта, затем берет его для того, чтобы отдать мне. Я шагаю вперёд, и Мэтт не отводит от меня взгляд. Когда я пытаюсь забрать контракт, Мэтт не отпускает. Он указывает, что мне нужно подойти ближе, чтобы он мог мне что-то сказать.

У меня нет выбора. Я должна или наклониться, или рискнуть и заставить его говорить громче, чтобы ординатор услышал.

— Я не жалею о воскресенье, и ты не должна.

ЗДРАВСТВУЙТЕ! ОН ЗНАЕТ, ЧТО ТАКОЕ ШЁПОТ?

Я выдавливаю искренний, фальшивый смех и качаю головой.

— О, доктор Рассел, вы такой шутник. Понятия не имею, о чем вы говорите. Повеселитесь на обходе!

Затем я перехожу к хорошей, быстрой пробежке и не останавливаюсь, пока не оказываюсь в безопасности в комнате для персонала. Как только у меня появится время, я заламинирую контракт. Дважды. Если мое сердце так реагирует на несколько безобидных слов, что произойдёт, если он снова попытается меня поцеловать?!

Занимаюсь подготовкой к нашей операции, полностью сосредотачиваю свое внимание на работе. Такое чувство, что со времен моей последней операции прошло несколько лет, а не два дня. Я делаю все, что в моих силах, и поскольку у меня остаётся еще несколько минут, прежде чем мы начнем, я убиваю время, еще раз изучив дело, поэтому знаю его наизусть. Там не будет слез, перекинутых инструментов и повода, чтобы Мэтт снова на меня орал.

Я ожидаю, что он продолжит свою маленькую, утреннюю шараду, когда чуть позже зайдёт в операционную. На самом деле меня трясёт от нетерпения. У меня появилась возможность быстро заглянуть в смотровую и там, должно быть, по крайней мере, человек сорок, они как сардины, желающие понаблюдать, как сегодня работает в операционной их версия Майкла Джордана. Надеюсь, он не скажет мне ничего, что они смогут услышать. Я серьёзно отношусь к своей работе и не хочу, чтобы мои способности в операционной были омрачены вульгарными сплетнями о том, что он и я встречаемся, это важно, особенно если учесть, что мы этого не делаем.

По крайней мере, пока.

О, боже мой, ПРЕКРАТИ ДУМАТЬ О ТОМ, ЧТОБЫ ВСТРЕЧАТЬСЯ С НИМ.

Когда Мэтт проходит через вращающуюся дверь, я замираю, мои мысли в полном беспорядке. ТВОЙ РОТ БЫЛ НА ЭТОМ МУЖЧИНЕ. ТЫ СТОНАЛА, ТЫ ТЯНУЛА ЕГО ЗА ВОЛОСЫ, ТЫ...

Он осматривает всю комнату, и его взгляд останавливается прямо на мне. Я улавливаю намёк озорства в его глазах, но это проходит прежде, чем я хорошо присматриваюсь. Мэтт заканчивает проверку персонала, а я держу в руках его халат и жду, когда он подойдёт ко мне.

Его маска и налобный осветитель на месте. Я вижу лишь часть его лица и, к счастью, у меня также. Мне нравится, что в такие дни, как этот, я могу спрятаться за маской, когда мои эмоции кипят прямо на поверхности.

— А как насчёт тебя Бэйли? У тебя все готово?

Я киваю.

— Да.

Затем он обращается к комнате.

— Тогда все в порядке. Наш пациент сегодня — Хантер Ларсон. Десять лет. Ему поставлен диагноз — подростковый идиопатический сколиоз. У него искривление позвоночника, которое мы постараемся исправить с помощью заднего спондилёза. Я размещу стержень и медицинские винты от пятого шейного позвонка до четвертого поясничного. Все согласны?