Чтение онлайн

Это был самый опасный момент. Если учесть, что мы пока намеревались хранить мое происхождение в тайне, а откровенный обман со стороны простого мага алхоры почувствовали бы моментально. Но мама справилась.

— Я познакомилась с ним, когда гостила у маминой подруги. Помогла спрятаться от храмовников. Забеременела. Мы расстались. Это все. Подробности я хотела бы оставить при себе. Они не имеют никакого отношения к тому, в чем обвиняют мою дочь.

Несколько скупых фраз. Не ложь — всего лишь полуправда.

— Отец вашего ребенка маг. — снова вмешался Тэйн. — Вы, как выясняется, тоже, а вот дочь...

Тяжелый взгляд прилип к моему лицу, сполз по фигуре вниз, и артефакт, надежно спрятанный под одеждой, ощутимо нагрелся.

— Дочь — пустышка, — закончил Серкус брезгливо. — Как такое возможно?

— Элис проверяли несколько раз, в том числе, служители Пресветлой в столичном храме Каари, и не нашли никаких магических способностей.

И снова ни капли лжи, все ведь, действительно, так и было.

— Такое случается. И у одаренных родителей рождаются «пустые» дети, — к моему удивлению, примирительно пробасил Чидлис-старший.

После маминого признания он вообще стал как-то странно на меня поглядывать.

— Зато теперь понятно, почему ли Норд так относился к жене и дочери, рисковал их жизнями, — отец Айтона сочувственно качнул головой.

И опять вопросы... вопросы... вопросы... О герцоге, нашей жизни, Кайнасе, поместье ли Тораев, даже об учебе. Но голоса алхоров теперь стали мягче, вежливее, уважительней. Неуловимо изменилась сама атмосфера в зале.

После мамы пришел черед Рика Харта, полностью подтвердившего мои слова, и Хвича, мысленную речь которого я тоже слышала, как и все высшие.

Горгул с присутствующими вообще не церемонился. Отвечал коротко, четко, но довольно скупо.

Когда один из алхоров поинтересовался, почему он бросился помогать варрийке, совершенно посторонней, да еще и лишенной магии, фамильяр ткнул в меня когтем, уверенно заявил:

— Она хорошая.

И самодовольно оскалился.

Спасибо, Хвич. Ты тоже... неплохой.

С начала встречи прошло часа три, не меньше, когда горгула наконец отпустили.

— Что скажете, лорды? — выпрямился в кресле председательствующий.

Тэйн тут же воспользовался любезным приглашением.

— Фамильяры обычно говорят то, что нужно Хозяину. Мать всегда защищает своего ребенка, маг она или нет. Стоит ли доверять таким свидетельствам? У нас есть показания пленного варрийца, мы слышали слова лэйра Виаста, записанные целителем. Все они прямо обвиняют эту женщину в предательстве. И я им верю. Не имеет значения, чья она дочь, важно, кто ее воспитал, кого она считала отцом и кому была предана. Мое мнение не изменилось — виновна.

Серкус замолчал,

Один удар сердца...

Второй...

И тут со своего места, резко отставив стул, поднялся Айтон.

— Прошу уважаемых алхоров выслушать меня, прежде чем они вынесут какое-либо решение, — отчеканил он и замолчал, ожидая вердикта старших.

— Когда это вас успели выбрать в совет и наделить правом голоса?

Тэйн и тут оказался первым. Кто бы сомневался.

— Насколько мне известно, вашу семью по-прежнему представляет лорд Деаш, — отец Верены демонстративно повернулся в сторону Нетгарда-старшего. — Или я не прав?

— Правы, — сдержанно согласился Айт.

— Так почему вы вообразили, что архам и главам родов интересно ваше мнение?

Серкус торжествующе ухмыльнулся.

— Потому, что я — лорд-протектор Кайнаса, член следственной группы и... — Айтон на миг остановился, а потом так же твердо закончил: — близко знаком с леди Аэлаиссой. Разве этого недостаточно?

— Нет, — отрезал Тэйн.

— А я бы послушал мальчика, — подал голос алхор слева от прадела. Судя по возрасту, скорее всего, арх. — Малышка ведь была твоей альтэ, верно? — Он дождался подтверждения от Айта, и продолжил: — Ну вот. А все мы прекрасно знаем, как в этом случае переплетаются и раскрываются чувства. Мне, правда, и сейчас кажется, что девочка не лукавит с нами, ее эмоции немного… хм… смазаны, туманны, но достаточно искренны. Однако дополнительное свидетельство не помешает. Пусть говорит.

Арх доброжелательно кивнул, и высшие рядом с ним согласно загудели.

— Пусть... пусть...

Окружавшие Нетгарда-старшего алхоры тоже оказались непротив.

— Я — за, — наконец скупо обронил Чидлис, и его согласие стало решающим.

Тэйн раздраженно зыркнул на соседа, помрачнел, но вынужден был сдаться.

— Мы познакомились с леди Аэлаиссой, когда я искал новую альтэ... — начал Айт, и я опустила глаза, забыв, что умею дышать.

Боялась ли я того, что сейчас услышу? Невероятно.

С того момента, как мама призналась совету, что я не дочь ли Норда, я старалась больше не смотреть в сторону Айтона. Было страшно. Вдруг он думает, что я обманула его, а, на самом деле, давно знала мамину тайну? Или считает, что мы договорились с герцогом и купили свободу ценой жизни Виаста и его отряда? Прошлое все еще стояло между нами, и я, как ни старалась, до сих пор не забыла ледяной тон лорда-протектора и его: «Ты меня предала... Не один раз».

Да, в нашу последнюю встречу он вел себя иначе, но чем Сахтар не шутит? Что если Айтон, внимательно изучив за эти дни материалы дела, снова изменил свое мнение? Мое и мамино слово против показаний пленного варрийца и свидетельства целителя, который якобы разговаривал с Виастом. Что весомее? Уж точно не наши объяснения. Тут надо просто верить. А в доверии Айтона я... Сомневалась? Да. Не поверил один раз — не поверит и второй. И он ведь даже еще не знает, что я дочь Эвераша.

О, Пресветлая...

Нет, Претемный...

Ну вот, теперь даже не представляю, к кому обращаться в трудную минуту.

Ничего не могла с собой поделать — я будто вернулась на несколько недель назад, и снова стояла, бессильно опустив руки, и вслушивалась в негромкий уверенный голос.

А Айтон говорил...

О том, что он сам разрешил мне скрыть свое настоящее имя. Что я никогда сознательно не лгала ему, лишь утаивала часть правды, защищая близких. Что его люди сопровождали меня и дежурили возле дома с того момента, как я получила приказ покинуть Кайнас. А потом он лично общался с командиром отряда по несколько раз в день и со всей ответственностью заявляет, что я не сделала ни единой попытки с кем-то связаться. Но и без донесений агентов и Виаста уверен, что я не стала бы этого делать.

Он говорил… Уверенно, четко. И тугой, колючий комок в горле, который мешал дышать. таял с каждым его словом.

— Чувства Элис всегда были чистыми, ясными, без капли червоточины. Она не способна на предательство. Я ручаюсь в этом и, если необходимо, готов поклясться, — закончил Айтон, и в моей душе разлилось тепло.

Даже источник заискрил ярче.

Он мне верит. Верит! Не леди Аэлаиссе Эвераш, высшей, наследнице и будущей Хозяйке, а именно мне. И готов поручиться своей честью. Если бы сейчас все остальные закричали, что я виновна, мне было бы уже все равно.