Чтение онлайн

Повоевал и хватит. Тем более что уже все закончено.

Два краббера еще живы – включая предводителя. Но это уже агония. Моя интуиция давно говорит, что победа осталась за нами.

А вот и доказательства – мелькнувшая перед глазами строчка свидетельствует, что предпоследний краббер отправился в рай.

И едва это случилось, Кира пронзительно закричала:

– Стоп! Стоп! Не бить! Стоп!

Воинам было непросто остановиться и еще пару минут слышались глухие удары, пока, наконец, над превратившейся в бойню грязевой ямой не повисла тишина.

В глубокой грязи стояли измученные победители. Все в грязи. Неузнаваемые. Еще не успевшие обрадоваться победе или даже осознать сам факт того, что победа осталась за нами.

С долгим облегченным стоном Док отлепляет ладони от широченной спины полуорка и падает на колени.

– Я справился! Все целы… все живы… никто не улетел… - срывается с его губ. Раскинув руки, тощий лекарь плюхается спиной в грязь и счастливо улыбается. Все верно. Он вправе торжествовать. Все мы уцелели, никто не улетел на локацию возрождения. Что может быть радостней для лекаря?

– Мы… мы сделали это? – неверующе улыбается Кэлен – Сделали?! Сделали! Да-а-а!

Тяжко поднявшись на дрожащие от переизбытка чувств ноги, я шагаю к Кире и тоже не могу сдержать радостной ухмылки, расползающейся по моим губам.

Мы сделали это!

Бом дрожащими руками убирает меч и щит за спину, хрипло, но радостно матерится сквозь зубы.

Крей внешне невозмутим, но в его взглядах бросаемых на танцующую в грязи Кэлен светится законная гордость.

Орбит не разделяет общей радости – по его щекам катятся обильные слезы. Эльф скорбит по погибшим призракам. Я бы тоже прослезился при виде столь горестного лица, если бы не зажатый в его ладони страшенный ножик. Лысый эльф скорбит, но при этом уже ищет кого превратить в очередного духа.

– Я знал! Я знал! – шлепая по грязи, к нам пробирается Пенек Лупоглаз, решившийся покинуть свое убежище – Герои! Герои!

Лохр радуется, но пока не торжествует. Ведь один из их заклятых врагов еще жив.

Тиран крутится под ногами Кэлен, присоединившись к ее танцу победы.

А я не свожу глаз с Киры, стоящей в боевой позе над распростертым и дергающимся предводителем крабберов. Он явно не способен уже продолжать бой. Но пока еще не умер. Почему Кира не добивает его?

– Кира?

– Он хочет говорить – пожимает плечами девушка – С тобой.

– Да ну? – устало поражаюсь я – Краббер?! Говорить?! Да еще и со мной?

– С лидером – уточняет Беда.

Я останавливаюсь рядом с девушкой и устремляю взгляд вниз, на поверженного врага, безвольно лежащего в грязи. Его броня буквально изломана в крошево. Сплошные дыры в казалось бы несокрушимой защите. Сапог Киры прочно упирается в его израненную грудь, острие ее меч застыло у горла краббера. Одно движение и враг умрет.

– Ты-ы-ы… - со свистом вылетает изо рта предводителя – Ты ведешь их…

– Ага. Я. Что ты хотел? – бесцеремонно приступаю я к делу.

Мне не хочется разговаривать. Я устал. Один удар мечом и мое задание будет выполнено. К чему тянуть?

– Это была славная битва – пророкотал умирающий лидер отряда крабберов – Славная… вы победили… на этот раз…

– Это все что ты хотел мне сказать?

– Победили нас. Я не справился. Я подвел – выплевывает краббер – Но придут другие! Мы не отступимся!

– Бывает – пожал я плечами с полным безразличием – Это все?

– Рос! – вмешивается Кира – Дай ка я спрошу… эй, крабовое мясо, зачем вы пришли сюда? Что ты хочешь?

– Зачем мы пришли? – голос краббера набрал силу – Мы пришли за своим богом! Богом, что вы отняли у нас! И мы никогда не отступимся! Мы пришли за своим богом! Верните его нам! Верните нам бога!

Слова краббера услышали все без исключения. И вновь над полем завершившейся битвы повисла тишина.

Нужно было время, чтобы наши усталые мозги смогли переварить и осознать столь громкое заявление.

– Что я хочу? – продолжал скрежетать краббер – Я знаю, что вы защищали этих бескостных и никчемных лохров… трусливых тварей позорящих чистоту дарящей жизнь воды! Вам не спасти их! Не мы, так другие уничтожат их! И так будет продолжаться до тех пор, пока мы не добьемся своего!

– Так что же ты хочешь от меня, враг мой? – повторил я – Скажи! Тебе что-то надо от меня?

– Да! Если поможете, если вернете нам то, что по праву принадлежит нам, мы уйдем из этих мест с вонючей и сладкой водой! Мы оставим это место вашим прикормленным тварям лохрам… Пусть живут! Но только если вы вернете принадлежащее нам по праву!

– Что именно? Что вернуть-то?

– Бога! Верни нам бога! – вырвался из глотки яростный рев – Верни!

– Та-а-ак… - протянул я, переглядываясь с Кирой – Вернуть бога?

– Да!

– А можно поподробней, уважаемый умирающий? – попросил я, заглядывая в тускнеющие глаза предводителя крабберов – Люблю детали…

– С тех пор как наш бог пал, участь нашей расы незавидна! Незавидна участь тех, кто позволил своему богу пасть! С тех пор нам осталось лишь мстить всем подряд! Мы покидаем воды океана и нападаем на наземные поселения, проходясь по ним клешнями несущими смерть!

Содрогающийся предводитель крабберов вздохнул, сплюнул сгусток зеленой жижи и продолжил, буравя меня непокорным взглядом:

– Во время одного такого похода, один из отрядов наткнулся на израненного и уже умирающего человека. Прежде чем клешня одного из воинов сомкнулась на его мягком податливом горле, он успел выкрикнуть имя нашего бога, звенящим эхом отозвавшимся в наших горюющих сердцах! Одно только слово напомнило нам о том, что произошло много приливов назад! Воин успел сдержать свой удар и человек заговорил! Каждое его слово звенело в наших ушах словно набат!...

Святой Боже… как же я устал от длинных и страстных речей в последнее время.

Но приходилось напрягать уставший мозг и внимательно вслушиваться, не пропуская ни слова. Постепенно начинала складываться еще одна игровая и вполне реальная легенда о божестве крабберов, предательски убитом! Убитом! Боге! Что в принципе было невозможно и поэтому, несмотря на жесткие слова краббера, речь шла лишь о «падении бога».

Краббер продолжал говорить, а мы, выстроившись полукругом, внимали его словам. Я устало, Орбит безразлично, Бом нетерпеливо, Крей и Кэлен завороженно, Док пораженно, а Кира Беда несколько удивленно.