Чтение онлайн

…Нет, так я непременно разбужу его, – Даша встала и сделала шаг, чтоб поднять листок рукописи. Половица скрипнула, но Женя не проснулся. Тогда она присела на корточки и стала медленно продвигаться к столу, собирая все в аккуратную стопку.

Страницы были пронумерованы, хоть и валялись в абсолютном беспорядке. Собрав их все, она уселась подле дивана и стала раскладывать по порядку. Беглый неразборчивый почерк не позволял вникнуть в содержание, но это сейчас и не главное (она прочтет все в изданном варианте) – важно, что она вносит свою посильную лепту в его труд.

Наконец комната обрела относительно нормальный вид. …Хорошо б еще все здесь пропылесосить, – подумала она, – но это будет следующим этапом… Сложила листы на столе, сверху положила ручку, словно приглашая работать дальше. Чем еще она могла занять себя? Без Жени, ничем. Кроме пресловутой уборки или приготовления обеда, ее фантазии ни на что не хватало. …А это сделал со мной Виталий, мой добрый и заботливый муж, – решила она со злостью, – за что он так со мной? Ведь я не была такой!.. По крайней мере, мне б хотелось так думать… – Даша уселась за стол, подперла рукой голову и уставилась в спящее лицо, пытаясь прочитать бродившие в Жениной голове мысли.

Прошло еще полчаса тишины, и ожидания неизвестно чего. Тем не менее, Даша была благодарна этой спонтанной паузе, позволившей хотя бы приблизительно разобраться в своих чувствах, и что немаловажно, мотивировать свои вчерашние поступки. Теперь они не так пугали своей нелогичностью и явной нестыковкой с принципами морали – просто, оказывается, сначала она все почувствовала, а потом уже дошла умом. В принципе, это свойственно женщинам.

Придя к выводам, не требующим дополнительного осмысления, Даша почувствовала, что ей становится скучно, а Женя продолжал спать, и, судя по ровному дыханию, это могло продолжаться довольно долго. Даша встала и осторожно вышла в коридор; оделась; оглянулась на спящего Женю; потом открыла дверь и сделав шаг за порог, захлопнула ее. Щелчок замка прозвучал в тишине, как выстрел. Женя услышал его, но не смог резко открыть глаза – только почувствовал, что ему холодно, и лежит он не очень удобно. Голова же оставалась тяжелой, и мысли вязли в густом месиве, именуемом дремой.

Через несколько минут ему все же удалось разлепить веки, и он увидел пустую комнату …А где она?.. И где рукопись? Неужто забрала с собой, дура? Над ней же надо еще столько работать!.. Женя вскочил – на столе лежала ровная стопка листов, ручка, а рядом густо исписанные чужим почерком странички из блокнота. На сердце сразу отлегло. Он пробежал глазами последние строчки, чтоб сознание уже начинало трудиться, и пошел в ванную – без душа он вряд ли сможет скоро вернуться в рабочее состояние.

Греясь под теплыми струями, Женя подумал: …Все нормально, но Дашка-то где?.. Блин, как-то неудобно получается… Сократив водные процедуры до минимума, он выглянул в коридор и увидел, что Дашины вещи исчезли. Странно, но при этом он испытал облегчение. Быстро наведя большую чашку кофе и одновременно жуя кусок колбасы, он вернулся за стол. …Так, что она тут принесла новенького?..

К тому времени, когда совсем рядом, в желтоватом сиянии, возникла фигура господина Виталия, Кристина прошла все стадии ожидания – от судорожного подсчета секунд до полного смирения со своей участью.

– Господи, ну, наконец-то! – она давно перестала стесняться своей наготы и даже (в шутку, конечно) решила, что если ей все-таки суждено вернуться домой, то обязательно вступит в ряды нудистов, – я уж тут все передумала за эти две недели!..

– Какие две недели?.. Еще сутки не прошли!..

– Сутки?.. – Кристина выпучила глаза, – между прочим, идет уже семнадцатый день! Календаря, правда, у меня нет, но восходы и закаты я считать умею.

– Блин… – Виталий покачал головой, – выходит, за тысячелетия течение времени здорово изменилось. Может, сдвинулась земная ось?..

– Может, и ось, – страхи Кристины рассеялись, сменившись более практичными мыслями. …Если там прошли всего сутки, значит, пока ничего страшного, – решила она, – никто, кроме отца, и не заметил моего исчезновения, а ему придется соврать, типа, загуляла. Ну, покричит, какая я «эгоистка», зато я столько всего видела!.. Никто не поверит!.. А мне и не надо, чтоб верили – важно, что я сама знаю …

– И как ты? – сбил ее с мысли Виталий, – что ела, где спала?

– Ничего не ела и нигде не спала, – Кристина беззаботно рассмеялась, – мы ж, боги, и в такой ерунде не нуждаемся.

– Допустим, мы все же не боги…

– Для них мы – боги, и мне это жутко нравится.

…Жутко нравится… – подумал Виталий– а если она не захочет возвращаться? Отец ее заявит в ментовку… вот, не хватало головной боли… Дурак, неправильно я с ним разговаривал!.. Хотя нет, такого не может быть – человек всегда желает оставаться человеком. Там у нее нормальная жизнь, а здесь? Что за удовольствие болтаться в пустом небе?.. Интересно, как она отнесется к моему предложению?.. Ладно, потом скажу, когда она домой запросится, а то неудобно – типа, пойдем, трахнемся…

– Тут все так классно!.. – голос Кристины сделался восторженным, а глаза радостно заблестели, – я пирамиды видела!.. И Ахетатон тоже!..

– Подожди. Давай по порядку и, желательно, поподробнее.

– Пожалуйста. Сначала, значит, я двинула за Синатхором. Скука смертная – кругом сплошные меловые скалы, глянуть не на что. Правда, кое-где они отступают от берега и образуют небольшие долины, в которых стоят деревушки, домов в десять-пятнадцать; поля там крохотные, каналы, по которым они воду на них подают, а дальше – пустыня. В Ниле, правда, до фига крокодилов – единственное развлечение. Синатхор пытался охотиться на них, но ни одного не убил. Корабль шел под парусом, поэтому двигались мы не слишком быстро.

Виталий отметил это «мы», роднившее рассказчицу с происходившими событиями, и это ему совсем не понравилось.

– Только к вечеру, – продолжала Кристина, – мы подошли к небольшому городу. Потом я узнала, что называется он, Абидос. Здесь Синатхор остановился. Я думала, он собирается заночевать, но он, оказывается, захотел вознести молитвы Осирису.

– А в Фивах он не мог этого сделать?

– Не мог! – Кристина победно улыбнулась. Теперь она знала гораздо больше мага, и это льстило ее самолюбию, – в Абидосе находится главный храм Осириса, где похоронена его голова.

– Почему голова? – изумился Виталий, – а где остальное?

– Это длинная история. Я изучила ее в рисунках на стенах храма, пока Синатхор произносил молитвы. Рассказать?.. Только говорю – история длинная.

– А мы куда-то спешим? – спросил Виталий в надежде, что девушка воскликнет: – Конечно! Я хочу домой!.. Но Кристина ничего подобного не воскликнула.

– Тогда слушайте, – она мечтательно подняла глаза, – бог земли Геб и богиня неба Нут родили четырех детей: Осириса, Исиду, Сета и Нефтиду. Трое из них были, типа, хорошими, и только Сет, вышедший не как все, а разорвав бок матери, оказался плохим. Причем, Осирис и Исида полюбили друг друга еще в утробе, и по выходу оттуда у них сразу родился сын Гор. У Сета вариантов не оставалось, и ему пришлось жениться на Нефтиде.