Чтение онлайн

Трое техников Таши заканчивают погрузку оборудования в «Тайфун». Космоплан может доставить десятерых, пассажиров сейчас четверо, так что добавочно идут разные припасы.

Девочку, названную «солнышком» совсем не зря — светловолосая с лёгкой рыжинкой, — уже держит на руках отец. Парень работает в ведомстве Пескова. Прощание заканчивается, все трое обнимаются.

Остальная многочисленная делегация провожающих меня пока не тормошит. «Тайфун» многие видят впервые. Поэтому глядят, с трудом удерживая рты закрытыми. Даже Марк с Кирой, у которой, кстати, очень симпатично округлился животик. Честно говоря, удивился этому, когда они вчера прибыли. Размножение в законном браке не могу не одобрить, но это же Кира! Образ светской львицы плохо сочетается с видом добропорядочной мамочки, но поди ж ты! Кире удаётся.

Стоит сейчас рядом с Марком, обнимающим её за талию. Не знаю, кому из них больше повезло. Марк получил в жёны не просто красотку, но ещё и обеспеченную. Насколько знаю Киру — хотя об этом трепаться нигде не буду, ха-ха, — голова у неё перед сном болеть не будет. Не слишком часто, по крайней мере. Марк тоже достойная партия для кого угодно — хоть для принцессы из любого королевского дома. Молодой парень при заоблачной должности и при зарплате уже больше миллиона в месяц. От его решений зависит экономика всего мира, от его слова меняются котировки на ключевых биржах планеты. Поди ещё разберись со стороны, кто из нас более влиятелен, я или он.

Таша заходит в «Тайфун» последней, Лиза отчаянно машет ей ладошкой, уютно устроившись на руках отца. За Ташей опускается носовая часть космоплана, отсекая пассажиров от нас.

— Отходим на сто метров! — командую всем, иду сам. — В момент старта закрыть уши! Барабанные перепонки не порвёт, но гул сильный!

Команда Юны перемещается почти на указанное расстояние. Как и все остальные. Сама глава высокой корейской делегации идёт рядом. Ещё одна моя головная боль. Смягчает её единственная причина: это она, Юна Ким, без которой ничего не случилось бы. Я бы всё равно пробился собственными силами, но она предоставила мне заправленный вездеход с ключами. Сэкономила массу времени и сил. Пару лет как минимум.

— Мы на таком же улетим? — прима корейского шоу-бизнеса с покровительственной улыбкой глядит на пару своих кинооператоров.

— Нет, на том же самом. Он вернётся примерно через сутки.

И то — проверенный лично мной аппарат. А ещё не надо сбрасывать со счетов тот фактор, что работники всегда по-особому относятся к обеспечению первого лица. Всё лучшее — высокому начальству!

— Обратный отсчёт пошёл, — информирует нас Песков.

Три, два, один… Сопла разгонных «стаканов» показывают пучки огненных жал, которые тут же превращаются в мощные факелы. Ракетный комплекс вздрагивает, как мощный жеребец от шенкелей, и трогается с места.

Кинооператоры Юны сливаются со своей техникой, со скоростью минутной стрелки поворачивая объективы в сторону быстро набирающего скорость ракетного монстра. Замолкаем. Двигатели «стаканов» производят даже не гул, а какое-то мощное давление на уши. Впрочем, длится это всего несколько секунд, ракетные струи уносят «Тайфун» вдаль по взлётке, упирающейся в горизонт.

— Есть отрыв, — с удивляющим Юну равнодушием докладывает Песков, держащий руку на пульсе событий.

Перед финальной четвертью полосы мы сделали незаметный невооружённому глазу излом. Всего в полградуса, но этого достаточно для отрыва. Собственные стабилизаторы «стаканов» подъёмную тягу создать не могут, это не крылья. Их предел — возможности элеронов. Поэтому главную скрипку в задании направления полёта играют маневровые боковые движки.

Неторопливо рассаживаемся по автобусам, Юна идёт со мной, бросив своих. Мог бы и я к ним, но вместимость их микроавтобуса не позволяет. Со мной ведь охранный дуэт. Корейцы, кстати, постоянно на них глазами залипают. Почти слышу чпокающий звук, когда они находят в себе силы оторвать взгляд. Девочкам легче, они просто слегка зеленеют.

— Чего ты своим не скажешь, что они не живые девушки? — мы сидим рядом, пресловутые «девчонки» сзади.

— Витя-кун, ты с ума сошёл? — Юна округляет прекрасные глаза. — Лишать себя такой забавы?

Смеюсь. Похожи мы всё-таки во многом.

— Мы вместе полетим?

Еле удерживаюсь, чтобы не поморщиться, но отвечаю:

— Да, вместе, — число пассажиров станет почти предельным, но, учитывая мелкокалиберность корейской публики, резерв останется заметным.

Юна всё-таки замечает моё недовольство:

— Ты чем-то расстроен?

Автобус тем временем начинает движение.

— У нас правило: женщин, не имеющих детей, в космос не выпускаем. Тебя не касается, у тебя они есть, но твои девочки все незамужние и бездетные.

— Это где-то прописано? — Юна влёт бьёт точно в десятку. Правило действительно неписаное.

— Нет.

— В чём тогда дело? К тому же ты мне обещал!

— Что я тебе обещал? — впадаю в удивление. — Я дал тебе право на открытие лунного отеля, но когда это ещё будет?

— Во-первых, Витя-кун, ты не озвучивал никаких ограничений на посещение Луны. Кроме медицинских. Во-вторых, ты мне гарантировал возможность транслировать шоу-номера с вашей станции или снимать фильм, — Юна методично разносит в пыль мои возражения.

— Под твою ответственность, — делаю финт, применяемый всеми руководителями, когда подчинённые достают их своими предложениями.

Обговариваем детали. Всё не успеваем, автобус прибывает в жилой комплекс. Юна хочет всего и сразу: заснять видеоролики с песнями, танцами и выкрутасами с невесомостью, а также отработать некоторые сцены из будущего фильма. Естественно, с космическим уклоном. Только прямой трансляции не получится, группировка «Сферы» даже не начала разворачиваться.

8 августа, среда, время 11:20.

Байконур, Обитель Оккама, спортивный зал на цокольном этаже.

Ту-ду-думт! Анжела красиво падает и гасит силу удара перекатом. Скептически хмыкаю, кошусь на троицу ребят, отвечающих за кинематику. Не, как ни старайтесь, но опытные мастера ближнего боя нашим «девочкам» долго будут не по зубам.

Сейчас роль мастера играет Юна. Засматриваются на неё все, настолько непередаваема словами грация её движений. Как выясняется, ещё и опасная грация. Надо же! Не, я понимаю, что наша Анжела даже до среднего бойца дотягивает с трудом, но поймать её на элементарный фронт-кик? Даже у меня может не получиться!

Однако есть у моих «девочек» одно психологическое преимущество. Их невозможно раздавить морально, лицо останется равнодушно невозмутимым даже при потере конечности. Грозный лик, агрессивная лексика и прочие психологические методы давления — всё мимо. Один этот фактор запросто выведет неподготовленного человека из равновесия.

— Теперь наоборот, госпожа Ким! — просит-командует старший из кинетиков.

Кажется, Сева его зовут.

— Сейчас Анжела нанесёт такой же удар, а вы покажете контрдействие, — расшифровывает Сева.