Чтение онлайн

Цену имело все. И я как Ключ даже могла выбирать, платить ли из своих личных ресурсов, разложить плату на все общины или заставить раскошелиться какую-то одну. Но если не думать об этом, то мои возможности были практически безграничны. Силой Струнного озера я могла убить или покалечить. И с тем же успехом омолодить дряхлого старика или поставить на ноги безнадежного больного. Правда, для этого необходимо было присутствие «пациента», так сказать, во плоти, так что Марфа категорически не рекомендовала заниматься благотворительностью.

Вампирша вообще мне особо не перечила и охотно делилась как знаниями о Струнах и общинах, так и историями из своей жизни. Она была почти на сто лет старше Мавры и даже без обращения прожила бы как минимум лет триста, а уж после обращения и подавно. Мать свою Ягу едва не боготворила, а вот сестру ненавидела той самой чистой и незамутненной ненавистью, какая бывает только у детей и сумасшедших.

Марфа считала, что сестра отняла у нее возможность стать Ключом. И такие мелочи, как то, что Врата, оказывается, выбирали Ключ из потомков какой-то давно забытой ведьмы по лишь им известным признакам, вампиршу не смущали. Впрочем, это не помешало ей подробно разъяснить мне странные родственные связи. Ну не понимала я, кто у кого и когда родился из моих родственничков.

Сама Марфа была дочерью какого-то польского рыцаря, который понравился Яге, и та на несколько лет задержала его у себя в избушке. Потом сама же и выгнала, кстати. А вот Мавра родилась уже по большой любви, и о ее папаше Марфа сообщила только: «Медведь. Тупой, грубый, отвратительный деревенский медведь». Это вполне совпало с описанием Васьки, и я не стала допытываться. И так понятно, что отношения с отчимом у почти столетней на тот момент девочки не сложились.

В общем, незаметно для себя я привыкла к Марфе и общалась с ней почти нормально. Возможно, если бы не ее собственные ежечасные напоминания о вреде доверчивости, и вовсе простила бы ей гостевание у Аррея. В конце концов, маму я с тех пор не раз видела в Струнном озере, и с ней явно было все в порядке. Однажды я даже застала ее целующейся с Георгием и после этого перестала подглядывать. Не то чтобы сцена меня так расстроила. Нет. Но все же было какое-то неприятное чувство. Да и Марфа уж больно противно хихикала, когда увидела выражение моего лица. Не иначе догадалась.

Марфа настояла на том, чтобы я пока не вмешивалась в разборки вампиров. И, подумав, я с ней согласилась. Община после налета оборотней, по сути, раскололась на две части. Большая ушла куда-то вместе с Георгием, и даже Марфа не знала, где они скрываются. А меньшая осталась в общинном доме с Арреем. Тот вел себя тихо, нападать ни на кого не спешил. Да и Ключ, то есть меня, упустил, а значит, и возможность серьезно навредить другим общинам утратил. И я решила, что даже мизерный шанс, что лорд Аррей разберется в местных порядках и угомонится, стоит использовать. Тем более что мне и без этого вампира хватало дел.

Оборотни просили о встрече, но их писулька так и осталась лежать на серебряном подносе. Какая может быть встреча, когда у меня тут Марфа болтается, да и учеба практически не оставляет времени. Еще не хватало что-нибудь напортачить замороченными мозгами во время приема. Кое-как мне удалось убедить Ваську, что хищники вполне могут подождать недельку, с них не убудет.

Кстати, так удачно случившийся налет на вамнирье гнездо организовал не кто иной, как Васька. Лис за каким-то фигом приперся к Вратам, и кот, моментально сориентировавшись, сунул ему в ладонь записку с требованием спасать Ключ, то есть меня. Бумажку написал Костя, он же и вытолкнул Лисью лапу обратно в мир живых. После того как Марфа разъяснила, что скелет служил Ключам секретарем, меня такие умения уже не удивляли.

Но если Васька, рассказав об этом, хотел разбудить во мне чувство благодарности оборотням, то сильно просчитался. Припомнив последний разговор Лиса с Волком, я тут же сообразила, зачем рыжий приходил, и разозлилась пуще прежнего. Только такого рода ловеласа тут еще не было. «Брутальный самец» уже командовать пытался, «нежный романтик», на поверку оказавшийся мужем моей же матери, тоже мелькал. Осталось еще с рыжим жигало пообщаться.

Зато с котом, если не считать разногласий по хищникам, у меня сложилось полное взаимопонимание. С тех пор как в особняке поселилась Марфа, он утробно рычал всякий раз, когда та приближалась ко мне ближе, чем это было необходимо, а ночевал исключительно со мной. Мы болтали о всяких пустяках, и мне удавалось хоть чуть-чуть отдохнуть от той атмосферы прогрессирующей паранойи, которую насаждала своими уроками Марфа.

Наконец настал день, когда Марфа заявила, что уже научила меня всему, что знала сама, и хочет уйти. По-моему, после этого сообщения даже доспехи в холле с облегчением выдохнули.

Подозрительно довольная, она шла к воротам степенной походкой королевы-матери, я же будто ступала по раскаленным углям. Что-то было не так. Что-то было очень сильно не так…

Марфа остановилась, коснувшись ладонью витых прутьев решетки:

— Ну что ж, давай прощаться, Секлетинья.

Но я, окидывая взглядом привычно-величественную позу бабки, медлила. Над ней витал флер торжества и какого-то облегчения, что ли. Будто она чего-то опасалась, и, как выяснилось, зря. Вот этот едва уловимый даже не аромат, а так, намек на него не давал мне просто отпустить бабку, избавившись от ее присутствия. И тут в голове вдруг словно что-то щелкнуло, и я вспомнила вопрос, который так и не удосужилась ей задать.

— Еще один нюанс, бабушка, — с кривой улыбкой проговорила я.

Она приподняла бровь.

— Вы же помните, что я хочу, чтобы вы говорили мне исключительно правду.

— Да ты мне это раз десять на все лады повторила, — усмехнулась Марфа. — Не подкопаешься.

— Отлично, тогда скажите, как умерла Мавра, ваша сестра.

Бабку на мгновение перекосило.

— Понятия не имею, — быстро отозвалась она, но я уже поняла, что нащупала именно то, что нужно.

— Ее убили?

— Да.

— Вы?

— Нет.

— А кто ее убил?

— Какой-то человек.

— Почему он это сделал?

— Я дала ему денег, — прохрипела Марфа.

Она не хотела отвечать. О, как она не хотела отвечать… Она даже пыталась противиться магии Врат, но, разумеется, безуспешно.

— И зачем вы это сделали? — тихо спросила я, присев на корточки и почесывая за ухом глухо зарычавшего Ваську.

— Мне нужен был свиток! — выкрикнула Марфа, окончательно потеряв контроль над собой.

— Какой свиток? Зачем? — холодно уточнила я.

Именно в этот момент я поняла, что пыталась втолковать мне хитрая бабка, раз за разом требуя правильно формулировать приказы. Не формулировка была важна. Точнее, не только она. Я должна была в своей собственной голове четко представлять, что хочу получить, будь то правдивый ответ или определенный вариант поведения. И вот сейчас мне даже смотреть на ошарашенную вампиршу не возникало необходимости. Я знала, что впервые все делаю правильно.

— Список наследниц. Я хотела знать, когда появится новая наследница Врат и кто ей станет. Тот человеческий выродок должен был просто напугать мою дуру-сестру и отобрать у нее свиток. Но он ударил ее слишком сильно! Я этого не планировала!

— А что вы планировали, Марфа?

— Просто получить свиток! И найти наследницу первой. Свиток дает такую возможность. Покидая Врата, Ключ должна носить свиток при себе на случай каких-то непредвиденных обстоятельств! Без него невозможно ввести наследницу в права наследства, и, окажись он запертым в пустых Вратах, конец всем общинам! Кто ж знал, что гадкая девчонка отдала свиток ненавистным хищникам?..