Чтение онлайн

Помощница Арлен подавилась воздухом, а я смешком.

– Пусть только попробует, - мрачно пригрозил лапкой крыс.
– Я ему нос откушу, клянусь мамой!

Скептично покосились на Око.

– Что? Откушу, как пить дать.

– Вернусь, не переживай, Санто, к позднему вечеру, думаю, уже будем в Долине.

– И Ронар?

Улыбнулась:

– Ну, куда ж без нашего наместника.

Санто облегченно вздохнул и посветлел. Парень старался скрывать, но к Ронару он сильно привязался, не меньше, чем ребенок привязывается к родному отцу — и грустно, и радостно. Вестей же от родных Санто не поступало, а король Драголит и вовсе проигнорировал его существование, глянул брезгливо, и всё. Идиоты эти Драголиты, честное слово. Но не мне их судить.

– Готово, госпожа.

– Спасибо, Лила, - покрутилась у зеркала. Затем потрепала по макушке Санто, паренек всё старался набиться в компанию, чтобы мы взяли его с собой, но я не могла. Мало ли что взбредет Хоманскому в голову.

– Возвращайтесь скорее, госпожа магичка!
– голосок парня от тревоги дал петуха, заставив его смущенно покраснеть.

– Мы, помнится, договорились, Санто: не госпожа магичка, а просто Селин.

Парень неловко улыбнулся и кивнул.

Вышли на улицу, каждый из долино-чадцев, как я их частенько называла, махал нам и кричал, чтобы скорее возвращались, все знали, куда я иду и зачем. И все волновались, что не могло не навевать изрядную долю тепла. Долина незаметно стала мне родным домом.

Махнув всем и сразу, помчалась к арке, где и активировала артефакт, переместившись к величавым ступеням дворца. У меня бы от помпезности здания перехватило дыхание, если бы сама так сильно не волновалась. Однако, заметив знакомую фигуру с непривычными для меня синими глазами и иссиня-черными волосами – Ронара Аттвуда, широко и нежно улыбнулась, неторопливо взобралась по ступеням, вложив в протянутую ладонь свою руку.

Конечно, везде, исключая Долину, Аттвуду придется ходить под личиной. Будет странно, если Великий вдруг так стремительно поменяется во внешности, только дома, в Буранах, он может быть самим собой. Насчет внешности Ронар пока думает: менять что-то или оставить всё как есть. Его право.

– Непривычно вновь видеть вас в таком образе, дорогой жених, - шепнула.

– Блондином я тебе нравлюсь больше, дорогая невеста?

– Ты нравишься мне абсолютно любым, дорогой.

– О, я счастливчик, мне в невесты досталась потрясающе строптивая и сильная женщина.

– Смиритесь, милорд.

Ронар отпустил смешок, я и сама улыбалась, ловя заинтересованные и нередко ревнивые взоры леди.

– Давно смирился, моя дорогая.

– Гм. Надеюсь, милорд, с этими хорошенькими девушками, что так предано заглядывают в ваше лицо, у вас ничего не было? Всё же, вы год собрались терпеть целибат, мне следует напрягаться по поводу мести ваших фавориток?

Замечаю удивление Великого и спокойно отвечаю легкой улыбкой. О любовницах мы ещё не говорили, но раз к слову пришлось, отчего бы и нет. Мне было бы неприятно столкнуться со стороной жизни моего мужчины, пусть я и понимаю: вероятно, проблем не избежать, и даже подумывала расстаться с этой проблемой самостоятельно как можно скорее, если вы понимаете, о чём речь.

– Нет и не будет никаких фавориток, моя леди. Можете не рассчитывать. Подобной грязью я ни вас, ни себя не запятнаю. Приготовьтесь, кабинет короля.

Вот такую обескураженную и изумленную до глубины души Ронар Аттвуд предъявляет меня под очи монарха, а я отстраненно замечаю: между мной и королем ничего во внешности схожего нет от слова совсем. У короля скуластое лицо и сами скулы четкие, широкие, упрямый подбородок, тяжелые надбровные дуги, темные, немного волнистые волосы и острый взгляд ярких зеленых глаз. Хм. В принципе совсем отдаленное сходство есть.

Король тем временем, словно дикий хищник, наяривает вокруг меня вальяжные круги. Хмыкает своим мыслям, и я замечаю очередную удивительную странность: зеленые омуты теплеют.

– Интересно. Интересно. Как ваше имя, леди?

– Селин Калхоун, боевой маг первого разряда, о чём вы наверняка знаете.

– Неверно. Ты Селин Гратери Хоманская-айн-Эльвердэн! Знай своё место!

Король, может быть, и не заметил, а я почуяла, как напряженно втянул носом Ронар, как хищно сузились его раскосые глаза.

– Нет, мой король, я именно та, кем и представилась.

– Дерзишь?
– вскинул свои кустистые брови.
– Видно, Ронар, тебе повстречалась твоя истинная пара. Она такая же дерзкая, как и ты сам.

Мужчины коротко усмехнулись друг другу, король вернул мне внимание, обжигая холодом:

– Хочешь ты того или нет, а ты моя кровь, Селин, моя племянница, пусть не официально, и официально ею не станешь, как и не войдешь в род Хоманских по вине своей предательницы матери, однако, если у тебя на пути возникнет необходимость, знай! Ты всегда можешь положиться на свой род, - король стянул со своей руки один из многочисленных перстней и протянул мне.

Вопросительно глянув на жениха и получив от него одобрение, надела перстень на палец, после чего исполнила глубокий реверанс.

– Клятву, и ступай, живи мирной жизнью, племянница Гратери королевской крови.

В пришибленном состоянии ждала Ронара в приемной под обстрелом любопытных взглядов секретаря и парочки лордов, а когда Аттвуд вышел, то сразу же активировал арку перехода, куда меня и утянул, наплевав на прописанные законом правила поведения во дворце, ах, Ронар, собственно, на то он и лучший друг короля.

С легким удивлением покосившись на дом, где выросла и думала, что родилась, тихо спросила перед тем как войти под руку с женихом в родовое поместье:

– Почему король упомянул в моем имени: Гратери? Что бы это могло значить?

Аттвуд тепло улыбнулся, нежно заправив за ухо прядь моих волос.

– Этим именем как глава рода Хоманских он нарек тебя, Селин, как нарекают детей при рождении в аристократических родах.

На такое утверждение я промолчала, а следующие полчаса купалась в искренней радости и любви названных родителей, тронутая до глубины души, намного больше, чем именем по факту не важного для меня родственника.

Лорд Калхоун… отец… Разорялся, посыпал голову пеплом и молил меня о прощении, что пытался отдать «родную» кровь замуж против воли, матушка просто тихо плакала от радости, а отец, как узнал, что он в общем-то и не виноват, попытался надрать моему жениху уши и успокоился только тогда, когда я заявила, что счастлива, встав между этими боевыми петухами со щитом.

Счастлива по-настоящему и обиды уж точно не держу, скорее наоборот, только лишь благодарность за чудесное приключение в моей жизни и немножко — за жениха, точнее, что отец оказался восприимчив к его магии. Ронар пообещал отцу обеспечить маме лечение и обязательно её поставить на ноги в рекордные сроки, чем растрогал папеньку и заслужил от него в копилку плюсик. Оба родителя с радостью согласились присутствовать на нашей свадьбе, а насчет посещения Долины с опаской обещали подумать, и никто их за опасливость насчет проклятого места не станет судить.