Чтение онлайн

Я была с ним полностью согласна, хоть и удивлена, что он может так спокойно рассуждать, когда другой мужчина обнимает и целует меня у него на глазах. Но, наверное, дело в разном менталитете и воспитание.

Пока я обдумывала поведение Рика и Рея, Хаун покрывал поцелуями по плечи и чувствительную шею, из-за чего из моего горла вырывались тихие стоны.

– Если вы закончили обсуждение, я хотел бы поскорее оказаться с тобой наедине. – прошептал он мне в ухо, а после облизал раковину, от чего я тихо пискнула.

Мои щёки покрылись краской, а дыхание с сердцебиением участилось многократно от мыслей, чем мы с Хауном займёмся наверху, в супружеской спальне.

Согласно местным традициям, у каждого мужа была своя личная комната, и они навещают свою супругу по её желанию. Кто-то устанавливает расписание.

Например, моя тётушка поделилась, что раньше, до беременности, они спали все вчетвером в одной кровати. Но с тех пор, как месяц назад лекарь запретил близость тётя Лена засыпала в обнимку с одним из братьев. И чтобы никого не обидеть, она установила очередь, согласно которой дяди по очереди спят в главной спальне.

Я планировала поступить так же, как и моя тётя, и спать в одной кровати со всеми, конечно, если они согласятся. Но сегодня ночью я буду принадлежать лишь Хауну.

– Идите уже, иначе мы присоединимся. – громко рассмеялся Рик и толкнул брата в плечо.

Рей улыбнулся шутке брата и окинул меня пылающим взором, от которого меня бросило в жар. Я спрятала пылающее лицо у Хауна в шее, но горящие уши наверняка меня выдавали с головой.

– Тогда, увидимся завтра. – многообещающе промурчал Хаун и понёс меня к лестнице, ведущей на второй этаж. – До утра я не выпущу тебя из спальни… – шептал он мне на ухо обещанья, от которых кровь вскипала в жилах. – Ох, как же я мечтал о твоей коже, синеве глаз и шёлку волос… – он зарылся носом мне в волосы, вдыхая полной грудью. – Ты так сладко пахнешь, Зара…

– Хаун… – проскулила я, потираясь промежностью о его бугор, что манил своей твёрдостью. – Я хочу тебя, но… Я ещё не разу не… – пыталась сообщить, что я невинна, но он меня понял и так.

– Знаю, Зара. Я буду очень осторожен, тебе понравиться. – он остановился на лестничном пролёте, и невинно коснулся моего носа губами. – Ты мне веришь?

– Да. – без сомнения ответила, глядя в ртутно-серые глаза.

– Тогда нам нужно поскорее добраться до спальни иначе я возьму тебя прямо в коридоре. – он широко улыбнулся, немного показывая клыки.

Не знаю почему, но от этих грубых слов и странной фантазии у меня всё внутри сжалось в пружину и на нижних губках стало неприлично влажно.

Как мы добрались до третьего этажа и моей спальни я не заметила. Помню лишь кремовые обои с коричневым рисунком в виде листьев, шоколадное постельное бельё на большущей кровати и глаза Хауна, что словно звёзды горели в закатных лучах Аль.

А дальше наступила лучшая в моей жизни ночь.

Хаун разделся буквально за секунды, а вот с меня каждая деталь снималась мучительно медленно.

Когда он расстегнул застёжку лифа, и откинул белую ткань в сторону, я покраснела и на эмоциях прикрыла грудь руками. Хотя получилось не очень, так как ладони у меня были тонкими и небольшими, а груди полными и пышными.

– Дорогая, не прячь их от меня. – пожурил меня муж, с лёгкой улыбкой оглядывая от макушки до скрещенных на груди рук. – Дай я поиграю с твоими ягодками. Уверен, они прекрасны.

От его слов у меня соски сжались в камушки и упёрлись в ладони, царапая кожу. Я очень медленно развела руки и подняла на уровень головы, словно сдаваясь на милость эрсхонца.

Вишнёвые соски ярко выделялись на фоне золотистой кожи и холмов грудей. Хаун наклонился надо мной, обдавая горячим дыханием грудь. Мне кажется, что покраснели у меня не только щёки, но я вся стала словно варёный рак. Но стоило шершавому языку коснуться моего соска, как я забыла про всякое смущение.

Грудь словно иголочками начало покалывать от сосущего рта эрсхонца, что присосался к ней словно младенец к маминой сисе.

– Ах! – сосать Хауну показалось мало, и он прикусил мою вишенку до лёгкой боли.

– Нравится? – продолжая играть языком с одним соском, и пощипывая второй, спросил он.

– Умм… – всё что я смогла выдавить из себя, но он меня понял.

Его губы начали спуск по моему телу. Он поцеловал мой плоский поцелуй, лизнул тазовые косточки и, потянув юбку за пояс вниз, согрел дыханием голую кожу лобка. Да, тётя уговорила меня убрать всю лишнюю растительность на теле перед брачным обрядом, и спасибо ей за это.

Чтобы полностью снять нижнюю одежду, мне пришлось приподнять бёдра, тем самым приблизив свою промежность к его рту.

– Ррр… – прорычал Хаун и просто разорвал ткань юбки, оставив меня полностью обнажённой на шоколадных простынях. – Ты прекрасна, Зара. – сказал он, прежде чем зарыться лицом в мою киску.

Я и пикнуть не успела, как он уже начал вылизывать меня широкими движениями, особое внимание уделяя маленькому комочку нервов, что был чуть выше щели влагалища.

Невозможно неподвижно лежать, когда мужчина твоей мечты пирует над твоей киской.

Мои руки опустились в его волосы, но они были в хвосте, что меня не устраивало, потому я дёрнула конец шнурка, что служил Хауну резинкой, и выпустила на волю чёрную копну волос, что растеклась плащом вокруг меня и мужа.

Пальцы тут же нырнули в эту шёлковую прохладу. Хауну это явно понравилось, так как он одобрительно замычал и ещё усиленнее принялся меня ласкать.

Всё моё тело дрожало, словно в лихорадке, капля пота скатилась по виску. Пытаясь не слишком громко стонать, чтобы меня не услышали братья, что должны были отдыхать в соседней комнате, я прикусила почти до крови губу.

С каждым движением опытного необычного языка эрсхонца у меня внутри всё больше судорожно сжимались мышцы. Я уже до предела сжала бёдра вокруг головы Хауна, пятками толкая его в спину. Мне не хватало пары движений для того, чтобы перешагнуть черту, за которой меня ждал самый сильный в моей короткой жизни оргазм.

– Ах… Ещё немного, самую капельку. Прошу, Хаун – умоляла не останавливаться

– И просить не надо, жёнушка. – на секунду оторвался от ласк Хаун и мне хотелось ударить его за это. – Всё для тебя, любимая! – он подул на клитор и засосал его так сильно, одновременно проникая указательным пальцем во влагалище, что у меня не оставалось шансов.

От силы удовольствия меня буквально подкинуло на кровати, руки пытались за что-то зацепится и в итоге впились в спинку кровати, царапая лак, пока ногами я судорожно била пятками Хауна по спине.