Чтение онлайн

– Откуда вы знаете об узнике Бастилии?
– сердито спросил Ришелье, сбрасывая с колен кота.

– Я провел там ночь как гость Бастилии, ваша светлость, зажатый между дверьми тамбура камеры пыток.

– Что такое?
– обернулся Ришелье к Мазарини.

– Должно быть, господин комендант проявил свое обычное остроумие, ваше высокопреосвященство, не желая, чтобы гость переступил хотя бы порог любой каморы.

– Прекрасно!
– воспрянул Ришелье.
– Тогда распорядитесь, чтобы господин комендант провел в этом же месте предстоящую ночь.
– И кардинал поправил фигуры на доске.

– Но ото невозможно, ваша светлость!
– запротестовал Ферма.

– Почему?
– удивился кардинал.
– Ведь я же сказал.

– Он слишком толст, ваша светлость, и двери просто не закроются, пока он не похудеет.

Кардинал Ришелье расхохотался:

– Я должен отдать вам должное, метр, и в легкой игре, и в легкой беседе. Но сейчас и игра, и беседа примут серьезный характер.

– Я готов, ваша светлость.

– Готовы лишиться собственного дома?

– Если вы ставите против него - свободу графу Эдмону де Лейе.

– Ставка сделана. Ваш ход, метр! Пеняйте на себя и не ждите от меня пощады, если ваша семья останется без крыши над головой.

ЭТЮД ФЕРМА

– Такова жизнь, ваша светлость, и шахматы в известной степени отражают ее, - сказал Ферма, разыгрывая начало партии, которое теперь назвали бы вариантом дракона, а в ту пору считали неправильным началом.

– Вы стремитесь во что бы то ни стало выиграть или остаться без крыши над головой. Но вы забываете, что ничья не принесет желанной для вас свободы графу-еретику.

– Потому я и стремлюсь ее добиться.

– Учитываете ли вы все ресурсы моей защиты?

– Шахматы, ваша светлость, единственное средство отгадывать мысли другого.

– Недурно сказано! Слышите, Мазарини? Не снабдить ли нам камеру откровенности комплектом железных фигур для отгадывания мыслей преступников? Но ваши мысли, сударь, я отгадываю и без шахмат, и без камеры откровенности.

– Что вы имеете в виду, ваше высокопреосвященство?

– Вашу судебную практику, метр, заставляющую меня предостеречь вас от излишнего усердия в оказании помощи (даже математической!) простолюдинам в ущерб интересам высокородных господ. В вас не чувствуется, метр, дворянского подхода (впрочем, кажется, вы и не дворянин!), и, может быть, поэтому не понимаете, что взятые вами под защиту люди слишком часто берутся за оружие, причиняя нам с Мазарини немало хлопот.

– Я руководствуюсь в своей судебной практике только соображениями справедливости, как учит наш король и вы, ваше высокопреосвященство.

– Г-м!
– задумался, глядя на доску, кардинал.
– А не находите ли вы свою активность излишней и неоправданной? Хотя бы в этой партии?

– По крайней мере, в этой партии вы не можете упрекнуть меня в пренебрежении к высокородным фигурам.

– У вас офицер против трех пехотинцев, но они создали моему королю крепость покрепче Ла-Рошели.

CHESS096.GIF

У черных действительно было подобие укрывшей короля крепости, а белая пешка, стремившаяся к восьмой горизонтали, надежно контролировалась черной ладьей (96), она не могла двинуться вперед, поскольку белая ладья была под ударом пешки "f".

41. е7? fg 42. е8Ф Kf8+ 43.Kpd8 Л : е8 44.Кр : е8 Ке6 45.Cc1 f6, и у белых нет никаких надежд на выигрыш, а победа Ферма была необходима. И он сделал "невероятный ход"!

41.Лg1!

– Что такое?
– изумился кардинал.
– Вы подставили туру?

– Нет, это дар взамен свободы узнику Бастилии.

– В Бастилии, метр, крепкие стены. Да воздается дающему по заслугам, и кардинал со стуком поставил свою ладью на место взятой: 41 ... Л : g1.

Но Ферма, ждавший этого, предложил новый "подарок":

42. Се5+!

– Вы, кажется, метр, на деле демонстрируете свое пренебрежение к дворянскому сословию, отдавая офицера, - проворчал Ришелье, забирая слона.

– Я верю в скрытую силу пешек, ваше высокопреосвященство.

– Не слишком надейтесь на вновь обретенную королеву. Одиникая, она не справится с крепостью, которую вы, вместо того, чтобы разрушать, еще больше укрепили: 42 . . de 43 е7 Л : g5!

А вот и неучтенная вами вилка!

– Почему же неучтенная, ваша светлость? Ее можно предотвратить: 44. Kd5 Kf6+ 45. К : f6 Kp : f6.

Ришелье смело шел на размен, справедливо считая, что ферзь окажется бессильным перед ладьей с четырьмя пешками.

Последовал ошеломивший кардинала ход Ферма:

46. е8К, мат!(98)

CHESS097.GIF

CHESS098.GIF

– Это как же?!
– непроизвольно воскликнул Ришелье.
– Мат на середине доски одним конем, к тому же превращенным! Вы ловко отвлекли меня разговорами, чтобы завлечь короля в пешечный лабиринт и закрыть оба выхода из него моими же фигурами! Учти я это, жить бы прокурору Массандру в вашем доме.

– Однако теперь ему придется отказаться от обвинений графа Эдмона де Лейе.

– Разумеется, - сердито сказал Ришелье.
– Я всегда плачу по своим обязательствам. И всегда взыскиваю, строго взыскиваю.

Советую вам, метр, не сделать в жизни такой ошибки, какую я допустил, взяв вашу туру.

– Вы не ошиблись, ваша светлость. Отказ от взятия приводил к проигрышу.

– Тогда проверим, метр. Власть словам не верит.

– Извольте, ваше высокопреосвященство:

CHESS099.GIF

41 .. Kf8+ 42.Крс6 Л : е6 43.С : d6 (99) - Что делать черным?

– Например, развязаться, разменять вашу последнюю пешку, - предложил Ришелье.
– 43. f6.

– Тогда: 44. Kpd5! Ле8 45.gf+ Kp : f6 46.С : f8 Л : f8 47.Kd7+(100), и белые выиграли!

– Гм! Разве мне так уж и нечем ходить? Если двинуть в королевы пешку "f"?
– 43. f4.

CHESS100.GIF

CHESS101.GIF

– Получится любопытный конец, ваша светлость: 44. Kd5 f3 45.Kf6 f2 46.Лh1(101) Ле1 47.С : f8+ Kp : f8 48.Лh8+, и неизбежный мат.

– Значит, жертву необходимо принимать? До сих пор я был знаком с вашими математическими этюдами, а теперь я вижу, что вы создали этюд на шахматной доске? Он позабавит короля, когда я покажу ему эту позицию. Что же касается вас, метр, то вы искусный игрок и опасный человек. Отдаю вам должное и как математику, и как юристу. Мазарини проводит вас и скажет вам отеческое напутствие. Учтите, он скоро станет кардипалом. Отнеситесь к нему по-сыновьи. Кстати, Мазарини, отдайте все нужные распоряжения в Бастилию и не забудьте проверить, уместится ли комендант в тамбуре "камеры откровенности". Так не забудьте, метр Ферма, о чем я говорил вам: о защите привилегий дворянства.