Чтение онлайн

Правда, с годами, когда я становился уже человеком как молодым, так и не очень, я вдруг почувствовал, что самым удивительным образом похожу на кого- то еще. Иначе, зачем тогда меня останавливали на улице совершенно незнакомые люди и расспрашивали то про какую-то загадочную Матрену Тимофеевну, то передавали привет несуществующей теще и даже просили записать на какой- то прием… И это еще не все. Ситуация усугублялась еще и тем, что очевидно я походил на нескольких человек сразу. По всей видимости, один из них был доктором-гинекологом. Данный вывод я сделал после того, как однажды был буквально атакован целым женским батальоном, требовавшим немедленно всех осмотреть…Атака продолжалась аж до самых дверей нашей конторы, где я работал бухгалтером. Естественно, что как человек отзывчивый, отказать в смотринах я не мог… И долго смотрел им вслед с ужасом в глазах…

Другим моим двойником являлся некий автослесарь. Теперь уже меня атаковали мужики, которые спрашивали, когда можно будет посмотреть машины? Я отвечал, что мол, еще посмотрим…

Но труднее всего пришлось, когда однажды около меня остановилась милицейская машина и бравые ребята в камуфляжной форме и автоматами в руках предложили совершить поездку по вечернему городу. И хотя мне было не по пути, но и на этот раз отказать я не мог…

В отделении милиции, казалось меня только и ждали, тут же предоставили отдельную комнату, правда почему-то с решетками на окнах и принялись задавать различные вопросы. При этом меня предупредили, что им уже все обо мне известно, и что самое лучшее, если я чистосердечно во всем признаюсь. Я ответил, что, единственно, в чем я могу признаться, так это в любви к милиции, которая меня так бдительно бережет, как не берегут наши денежки ни в одном отделении сбербанка. Однако, взаимности со стороны внутренних органов я так и не добился. Зато добили меня и вскоре я готов был признаться в чем угодно, включая кражи, грабежи, разбои и что- то там еще, чем очень даже порадовал всю следственную бригаду. Возможно, от меня добились и большего, однако вскоре я вынужден был всех огорчить, поскольку поймали настоящего преступника…

Но и на этом мои приключения не закончились. Однажды на улице ко мне подошла незнакомая женщина и принялась отчитывать так, что зазвенели стекла в близлежащих домах. Затем незнакомка крепко схватила меня за руку и куда-то повела. Все мои попытки вырваться из крепких рук дамы результатов не дали. Я повиновался злодейке судьбе… и вскоре был этапирован к какому-то дому, вставлен в лифт и препровожден в некую квартиру… Здесь незнакомка подтащила меня ближе к свету и воскликнула: – Дети, вот полюбуйтесь на своего дорогого папулю!»…

Любоваться прибежали ни много ни мало трое карапузов, старший из которых был не выше подоконника. Малышня стала резвиться рядом, издавая давно забытые мною крики и требовать сладости. Я попытался было отговориться тем, что уже полгода не получаю зарплату, но аргумент этот был явно мало убедительным. Визги усиливались и походили на вой сирены. Я сделал попытку объяснить как малышне, так и их мамаше, что никакой я не отец и что вообще впервые в этой квартире. Но в ответ услышал лишь одно слово: «Хам!» После этого незнакомка заперла меня на ключ и оставила один на один с дурными мыслями, коих в голове было с избытком. Все пути к бегству были отрезаны…

Не буду описывать все подробности своего заточения, Скажу только, что где-то через месяц я сделал вывод – не все так уж и плохо! В конце концов меня кормили, поили, одевали, обували… причем совершенно бесплатно. А главное, она меня любила! Правда, немного пошаливали как пацанята, так и мои нервы, но это не главное, главное другое. Неожиданно для самого себя я вдруг осознал, что тоже неравнодушен к этой женщине, имя которой для меня так и оставалось загадкой, поскольку спросить об этом я побаивался… Все шло как нельзя лучше. Я даже подумывал, а не жениться ль мне и в самом деле. Как вдруг однажды поздно вечером раздался протяжный и нудный звонок.

–Кто бы это мог быть?! – пробурчала она и направилась к двери. Через некоторое время до меня донеслись крики. В одних трусах я бросился на помощь и вдруг увидел… самого себя. Да-да. В дверях стоял мужчина, вернее полное мое отражение. Бедная женщина была растеряна окончательно. Она смотрела то на меня, то на того самого. И ничего не могла понять. Как впрочем и все остальные.

– Кто это такой?! – спросил тип, готовый ринуться на меня с кулаками. Этот же вопрос задал и я. Страсти все накалялись. Еще б минута – и кулаки были бы использованы по прямому своему назначению. Но в последнюю минуту нервы сдали у моего отраженца.

– Маша, выбирай сама!

Так я узнал имя незнакомки.

Маша выбрала меня…

Обмен

Леденцова В.К. разбудил болтун попугай. Тот долбил клетку, как пьяный дятел, готовый выломать тонкие позолоченные пруточки и что есть попугаевой мочи, орал: «Кар-кар-кар-аул!» …Валерий Кузьмич дернул за шнурок торшера, обвел комнату сонным взглядом и недовольно пробурчал:Чего раскаркался? Дня тебе не хватает, что ли?!»

Но заморская птица не реагировала на замечания, наоборот, орала тем же истошным криком, который вырывается наружу у человека в момент крайней опасности:

– Кар-раул! Кар-раул!

– Ну, чего, чего случилось-то?!

Леденцов с трудом отлепился от долговязой кровати и ступил босыми ногами на половицы. Пол был таким же холодным, каким бывает разве что асфальтовая дорожка в декабре месяце. Все тело обдало холодной волной, будто Валерий Кузьмич находился не в коммунальной квартире, а на улице. Попугай дрожал всеми своими перьями и больше походил на взлохмаченного воробья. Леденцова тоже бросило в дрожь. Он потрогал батарею. Последняя была мертва. А в комнате уже во всю хозяйничала зима, развесив кругом сопливые сосульки.

– Сволочи, людей совсем замо-ррр-озили! – взорвался Валерий Кузьмич.

– А ты др-р-р-рыхнешь без задних ног, кой как тебя ррразбудил, – возмущенно изрек очень умный попугай.

– До утра-то дотянешь?!

– А ты? – переспросила птица.

– Поп-р-р-робую, – послышалось в ответ. И попугай застучал клювом, а Леденцов – зубами…

С первыми ударами дворника ломом об лед он уже с силой выдавливал на стареньком телефоне цифры, пытаясь дозвониться до ЖЭУ. Но, сколь раз ни проводил данную простую операцию, трубка в его мускулистой руке лишь жалобно пищала. Кончилось тем, что Валерий Кузьмич швырнул трубку, набросил на себя потертое пальтишко и решительно рванул на себя дверь… – Ты куд-куда?! – окликнул его попугай…

– Куда надо!– грохнулось в ответ, и дверь глухо захлопнулась.

Леденцов выскочил на улицу с той же скоростью, с какой выскакивает откуда-нибудь из подворотни презлющая собачонка. Да и настроение тоже было собачьим, тем более что забыл дома шапку. Но возвращаться не стал –дурная примета…

Чем дальше продвигался Валерий Кузьмич к ЖЭУ, тем больше на пути возникало рытвин, ям, канав и прочих колдобин – плодов человеческих рук и фантазии. Не хватало лишь окопов, рвов, минных полей и укрепленных огневых точек. Но если б даже пришлось ползти на брюхе и с боем штурмовать данное учреждение, он бы ни минуты не раздумывал и готов был пожертвовать для достижения цели последними брюками и пальто.

И зря работники ЖЭУ с ехидством поглядывали из окошек на человека, чья лысина, отражая солнце, пускала по сторонам солнечные зайчики, и терпеливо ожидали, когда же тот угодит в одну из многочисленных ям- ловушек. На этот раз ничего у них не вышло! С честью преодолев все препятствия, Леденцов ворвался на территорию заклятого своего врага – ЖЭУ!

Обведя работников взглядом победителя, он потребовал от них немедленной подачи тепла по указанному адресу. Однако последние глядели на Валерия Кузьмича весьма холодно. Так холодно, что зубы сами собой стали выстукивать азбуку Морзе.