Чтение онлайн

– Нашёл?
– мрачно спросил Генри.

– Нет. Тогда я отправил доверенного человека в Горжак за Эвой, но всё оказалось бесполезно, её нигде не было. Шли дни и я ненавидел себя всё больше и больше, жить не хотелось...

– Сан...

– Но у меня оставался Дорн и проводя дни в его комнате, я оттаивал, понимая, что без отца сын останется круглым сиротой. Такой судьбы я ему не желал. И тогда я вызвал из Шао тебя, Генри.

Король вздохнул и опустил глаза.

– Прости, друг, я не рассказал тебе всё раньше, чтобы ты не отвернулся от меня и не ушёл.

– Дать бы тебе в морду, - процедил Генри.
– Согласиться, чтобы сына прикопали где-то, как дохлую собаку. Как ты мог?

– Я не знаю, - каменное лицо Ксандра не изменилось, но по его щеке скользнула слеза.
– Все эти годы я молчал, мучаясь и наказывая себя за чудовищную ошибку тем, что отстранился от дел, считая себя недостойным короны. Именно поэтому я не мешал матери править, как ей хотелось, но это не помогло, а лишь приблизило Нутрею к краю гибели. Так что именно я во всём виноват, я!
– крикнул король.
– И живу с этой болью уже четырнадцать лет!

– Выпейте вина, ваше величество, - посоветовала Илиана, - и постарайтесь взять себя в руки. Это всё, что вы хотели нам рассказать?

– Нет, - выдохнул король, опустошив свой бокал до дна.
– Это лишь часть истории. Продолжилась она разговором с Лигашем, который решил выторговать жизнь семьи и благополучие княжества в обмен на известие, что я не виноват в том, что произошло в ту ночь, когда рожала моя жена. Оказывается, тогда во дворце находился советник Рогош и он навесил на меня метку.

– Что?
– ахнули Илиана и Генри.

– Лигаш сказал, я был под жёстким контролем советника и ничего не соображал, потому что мной управляли.

– Но как же...?
– растерянно спросил Генри.
– Я же тебя всегда внимательно осматривал.

– Когда Рогош узнал, что приезжает Шао, он удалил метки не только мне, но и матери. Но королева отказалась от твоих услуг, Генри, ведь у неё уже был Юташ... сволочь лигийская, так что метку матери вернули, а мне побоялись, опасаясь, что ты сможешь её обнаружить. Связываться с Шао Лигаш не хотел, боялся.

– Понятно, - задумчиво кивнула Илиана.
– Королевой управляли с пользой для Лигии, а вас не трогали, потому что вы не представляли собой значимую фигуру.

– Да, - кивнул Ксандр.
– Я был королём лишь на бумаге, а фактически моя мать продолжала править Нутреей.

– А о няне князь что-то говорил?
– спросила девушка.

– Сказал, советник отправил за ней убийцу, чтобы, вернувшись во дворец, нянька не подняла шум из-за смерти Зораны, ведь Эва сама была лекаркой и её обязательно бы насторожила смерть любимицы.

– То есть, няньку в ту ночь убили?

– Нет, Лигаш был уверен, что она спаслась, сама расправившись с наёмником, его тело обнаружили утром у ворот кладбища, кто-то магией разорвал ему горло.

– А труп убийцы унесли подельники и лишь советник и князь были в курсе всех подробностей, - сообразила Илиана.

– Да, - подтвердил король.

– Почему же Эва не вернулась во дворец?

– Я думал об этом, - ответил Ксандр.
– Поставьте себя на её место. Она уходит хоронить младенца, а за ней отправляют убийцу. Происходит схватка, с помощью магии Эве удаётся покарать наёмника, она возвращается во дворец и слышит, как с Парадного балкона объявляют, что Зорана умерла. Не связать эти два события нянька не могла и поняв, что любимицу убили, исчезает, уверенная, что во дворце её ждёт неминуемая смерть. Именно поэтому няньку нигде не могли найти.

– Конечно, спрятаться старушке было легко, тем более, открыто объявить о её поимке Рогош не мог, - заметил маг.

– И лишь когда ты приехал из Шао, Генри, я начал понемногу приходить в себя, - губы короля дрожали, - осознавая, что никому и никогда не смогу рассказать о своём грехе. Каждую ночь я молил о прощении, укоряя и ненавидя свою слабость и трусость. Я не понимал, как мог так гнусно поступить с собственным ребёнком... А успокоил мою советь злейший враг. Лигаш заявил, чтобы я перестал себя корить, ведь моё помутнение рассудка в те дни было искусственно вызвано Рогошем.

– И ты ни в чём не виноват, - Генри протянул руку и пожал ладонь короля.

– Вас водили на поводке, как марионетку, - добавила Илиана.
– Я знаю, как влияет на разум такая магия. А Рогош всегда работал жёстко, не церемонясь с подопечными. У вас не было никаких шансов сопротивляться, ваше величество. И да, вы не виноваты в случившемся.

Тут король сломался и зарыдал, закрыв лицо ладонями.

– Сестра?
– умоляюще взглянул на Илиану Генри.
– Ты поможешь?

– Подожди, ему это нужно, - шепнула девушка.
– Столько лет считать себя виноватым...

– От такого облегчения я бы точно рехнулся, - Генри встал и долил всем вина, а Илиана, спустя короткое время, встала на колени перед королём и сжала его виски пальцами, исцеляя его измученный разум.

– Успокойтесь и выпейте ещё вина.

– Напьюсь ведь, - тихо сказал король.

– Есть законный повод, - чуть улыбнулась девушка, а затем отодвинулась от него, встала и пересела на своё место.

Они молча сделали по глотку, а затем король сказал:

– И это ещё не всё. Лигаш считает, что мой второй сын может быть жив.

– Что? Как?
– переглянулись Илиана и Генри.

– Люди советника, спустя несколько лет, видели в Пейне старушку с мальчиком, очень похожим на Дорна, но задержать её не смогли. Тогда Лигаш дал денег швали Дна искать Эву по столице и окрестностям и через несколько лет няньку почти задержали, но вмешался какой-то наёмник, случайно проходивший мимо и... в общем, у них ничего не вышло.

– То есть, Эва никуда не уехала и жила рядом?
– спросила Илиана.

– Я не знаю, - печально вздохнул король.
– Сейчас нянька, вероятно, уже умерла, она ведь была пожилой женщиной.

– Но как твой второй сын мог оказаться живым?
– нахмурился Генри.

– Лигаш высказал мысль, что младенец был только полузадушен пуповиной, а по дороге к кладбищу, ожил. Именно поэтому Эва исчезла, спасая себя и мальчика, уверенная, что их убьют.

– Это слишком невероятное предположение, - засомневался маг.

– Но возможное, - упрямо сказал король.
– Именно поэтому я хотел, чтобы при разговоре присутствовала Илиана. Мне нужна помощь Шао в розысках принца, я больше никому не могу довериться, а обитель умеет хранить тайны, если вдруг окажется, что это всё - лишь выдумка сумасшедшего князя.