Чтение онлайн

Когда в комнате Джона девушки увидели Стефани, они бросились друг к дружке и обнялись, счастливые, что они снова вместе.

Когда их оставили в комнате одних, Эмили сказала:

– Доставай листочек, Сэнди. Попробуем вернуться!

– Что за листочек? – спросила Стефани.

Сэнди пересказала ей историю про страницу, которая спасла им жизнь, а под конец добавила:

– Но все мы не переместимся. Полностью отсюда убраться получится только в том случае, если нас перенесет кто-то другой. А пока мы тут кому объясним, что да как… Короче, отправятся только две из нас. Они должны будут растолкать третью.

– И кто эта третья будет?

– Я! – сказала Сэнди, доставая листочек.
– Если там все спокойно, то растолкайте меня через полчаса. Если ситуация будет напряженная, то сразу же.

– А почему через полчаса?
– удивились девушки.

– Мне надо попрощаться с одним человеком.

– С Джоном Сноу? С Сэмом?
– спросила Стеф.

– С Теоном Грейджоем, - уверенно ответила Эмили, глядя на Сэнди с изумлением и любопытством.

Сэнди покраснела, но не стала ничего объяснять. Она зажмурилась и сосредоточилась на девушках и их возвращении домой. Через какое-то время она открыла глаза – девушки сидели рядом с ней.

– Черт!

– Ты уверена, что в листочке было дело? – скептически спросила Стефани.

– Уверена! Просто… видимо, здесь он не действует.

– Но это же портал! – запаниковала Эмили.

– Кстати, а как это «Буря Мечей» смогла быть порталом, если в ней ничего больше нет? Ни одной буковки, – сказала Стеф.

– Да какая разница? Сама по себе книга – портал. Причем портал непосредственно в голову Мартина, в его воображение. Неважно, что в книгах написано, неважно, чего там не написано. Важно, что они есть. И любая их частица – это путь в Вестерос.

– А как найти обратный путь? – спросила Эмили. – Что, если нас там никто не разбудит?

– Разбудят, куда же они денутся?
– проговорила Сэнди неуверенно. – Если они нашли возможность вернуть Джона и Сэма обратно на Стену, то и о нас не забудут.

Эмили неловко посмотрела сначала на Сэнди.

– Вы, ребята, конечно, здорово всех подставили. Вот если бы вы рассказали нам обо всем раньше, кто-нибудь обязательно догадался бы о книгах. Тот же Чьен, он такой головастый.

– Чьен и догадался, - буркнула Сэнди.

– Вот видишь? А теперь неизвестно, что там происходит. А вдруг кто-то из наших погибнет?

Сэнди закусила губу. Она уже думала об этом. Возможно, ничего бы этого не произошло, доверяй они своим друзьям больше.

– Ладно, не сопи там, - толкнула ее локтем Стефани. – Ответь лучше, что у тебя с Грейджоем?

– Ничего, все в прошлом, - ответила Сэнди, без выражения.

Она уставилась в пол, не желая развивать эту тему. Она могла думать только о Тео.

«Вдруг он мертв?» похолодела Сэнди. «Вдруг он пошел к бухте за мной, и Иной его убил? Нет, только не Тео. Только не Тео».

***

Когда удалось разрубить всех упырей и сгрести их в одну огромную шевелящуюся кучу, под Стеной почти сутки горели огромные костры из останков. Некоторые ручонки пытались уползти, но ползли они всегда к живым, поэтому их не приходилось долго выискивать.

В этой бойне погибло так много дозорных, что и без того немногочисленная армия превратилась лишь в жалкий отряд. Черный замок опустел, теперь там практически никого не было. Некогда славная сила стала лишь слабой тенью былого величия.

У Джона не было времени отвечать на вопросы девушек. Он лишь сообщил им о том, что двух Иных они с Клиганом убили, и что все живы и здоровы – ему ведь неизвестно было ни о Хосе, ни о Рамоне, ни о Барте, а о смертях самих девушек он пока не мог рассказать. Он не мог сказать Стефани, Сэнди и Эмили, что они не вернутся назад, что тела их сожжены. Пока у Джона просто не было времени думать о судьбах девушек. Поэтому он просто держал гостий при себе.

Девушек поначалу отправили на кухню, но когда выяснилось, что они ничего не умеют (они умели, но не в таких условиях), боятся тяжелых чугунных сковородок и начинают плакать, когда им приказывают свернуть шею курице, их сбагрили мейстеру.

Эмили при встрече с мейстером Эймоном попала в неловкую ситуацию. Когда они вошли к нему в дом, где стюарты еще не успели растопить печь и где не горела ни одна свеча, девушка громко сказала «Как вы тут можете что либо разглядеть?» Эмили тут же получила пинок от Сэнди и подзатыльник от Стефани.

Девушки хотели было похвастаться тем, что умеют писать и читать, но когда мейстер дал им в руки какой-то документ, они с ужасом поняли, что могут прочесть лишь несколько букв. Сэнди тут же вспомнила Сансу, которой тоже приходилось учиться читать в их мире.

Тогда мейстер предложил девушкам отправиться в лазарет, помогать ему лечить раненых.

Справляясь с тошнотой при виде крови и вывихнутых конечностей (девушки уже не плакали – среди раненых ведь не было куриц), они принялись наносить мази, делать перевязки, поить и кормить тех, кто не мог даже пошевелиться. Справлялись они хорошо: были аккуратными и не жаловались (старались изо всех сил помалкивать), но тут проблемы устроили сами дозорные, которые не могли держать руки при себе.

– Вы же клятвы давали! – плакала Эмили, хватаясь за попу, которую не переставая пытались ущипнуть или шлепнуть.

Закончилось тем, что Стефани вылила содержимое ночной вазы прямо на голову раненного дозорного.

– Вот тебе, верное средство от всех болячек! Все натуральное! Все экологически чистое! – кричала она.

Тогда им предложили заниматься уборкой и стиркой для лазарета – чистые повязки были нужны всем, ведь некоторые упыри пришли с оружием – потому что другой работы в замке просто не было.

Эмили выбрала стирку. Она могла запереться в комнате и не бояться, что кто-то из дозорных покусится на ее честь.

К Стефани и Сэнди, которым досталась уборка, приставили охранников, чтобы те следили, не попытается ли кто из братьев нарушить данные клятвы.

Стефани, вместо того, чтобы как Сэнди материться во время мытья полов и ступенек, распевала песни. Голос у нее был отличный, песни она выбирала музыкальные, отдавая предпочтения рок-балладам, которые для 2002 года были уже несколько устаревшими, зато для этого мира были просто верхом новизны.

Стефани расхаживала по коридорам, размахивая тряпкой, и голосила так, что ее мог слышать весь замок. Эдд Толлетт расцветал, когда она пела «People are Strange», говорил, что эта песня о нем, а когда девушка научила его насвистывать мелодию из «Wind of Change», он просто достал всех дозорных, свистя с утра до вечера.