Чтение онлайн

Роза заспешила по проходу и поднялась на ступени алтаря.

– Преподобный Уолл, сейчас нет необходимости читать проповедь целиком.

– О чем эта история говорит нам теперь, когда мы стремимся оправиться от последствий мировой войны?
– вопросил священник.

Ди пихнула локтем Шерон.

– Преподобный Уолл.
– Роза подошла вплотную к кафедре.
– К сожалению, у нас сейчас нет времени, чтобы выслушать вашу проповедь целиком. Нам нужно сделать прогон представления.

– А!
– Преподобный Уолл собрал свои бумажки.

– Итак, - продолжала Роза.
– Хор поет "О город Вифлеем", и Мария с Иосифом идут по центральному проходу.

Мария с Иосифом в купальных халатах и носках в крапинку встали в дальнем конце храма и пошли между рядами по центральному проходу.

– Пожалуй, нет, Мария и Иосиф, - передумала Роза.
– По центральному проходу пойдут волхвы с Востока, а вы идете из Назарета. По боковому проходу.

Мария с Иосифом послушно пустились рысцой по боковому проходу.

– Нет, нет, помедленнее. Вы устали. Весь долгий путь из Назарета вы проделали пешком. Попробуйте еще раз.

Они отбежали назад и снова пошли, сначала неторопливо, потом опять заспешили.

– Паства их не видит, - покачала головой Роза.
– Нужно освещение. Преподобная Фаррисон, мы можем осветить боковой проход?

– Ее здесь нет, - сказала Ди.
– Она за чем-то пошла.

– Я ее позову.
– Шерон вышла в коридор.

Мириам Берг как раз входила в комнату, где размещалась воскресная школа для взрослых, с бумажной тарелкой глазированного печенья.

– Ты не знаешь, где преподобная Фаррисон?
– спросила Шерон.

– Минуту назад была в канцелярии, - ответила Мириам.

Шерон отправилась в канцелярию. Преподобная Фаррисон стояла у письменного стола и разговаривала по телефону.

– Когда приедет фургон?
– Она кивнула Шерон, давая понять, что сейчас освободится.
– Вы не можете выяснить?

Шерон смотрела на стол и ждала. Около телефона стояло стеклянное блюдце с леденцами от кашля в бумажных обертках, а рядом банка копченых устриц и три банки чилима. Вероятно, "для малых сих", уныло подумала Шерон.

– Через пятнадцать минут? Хорошо. Спасибо.
– Преподобная Фаррисон повесила трубку.
– Минуточку, - сказала она Шерон и пошла к входной двери.

Преподобная Фаррисон открыла дверь и высунула голову наружу. Шерон обдало холодным воздухом. Наверное, пошел снег.

– Фургон придет через несколько минут, - сказала кому-то преподобная Фаррисон.

Шерон через витражное стекло пыталась рассмотреть, кто там, на улице.

– Я отправлю вас в приют, - сказала преподобная Фаррисон.
– Нет, вам придется подождать на улице.
– И закрыла дверь.
– Ну, так что вы хотели? поворачиваясь к Шерон, спросила она.

Все еще глядя в окно, Шерон сказала:

– Вас просят зайти на репетицию.

Начинался снег. Сквозь стекло хлопья казались синими.

– Сейчас приду. Тут бездомные, о них нужно позаботиться. За сегодняшний вечер это уже вторая пара. Они всегда приходят на Рождество. А в чем дело? Что-то с пальмами?

– Что?
– Шерон как завороженная смотрела на падающие хлопья.

Преподобная Фаррисон проследила за ее взглядом:

– Через несколько минут за ними приедет фургон из ночлежки. Мы не можем оставить их здесь без надзора. За последний месяц было два ограбления методистской церкви, а у нас тут все пожертвования "Для малых сих".

Она показала в сторону зала общины.

"А мне казалось, что подарки именно для бездомных", - подумала Шерон.

– Они не могут подождать в храме или где-нибудь еще?
– спросила она.

Преподобная Фаррисон вздохнула:

– Если их впустить, это не пойдет им на пользу. Они приходят сюда, а не в ночлежку, потому что в ночлежке у них отбирают спиртное.
– Она направилась в коридор.
– Зачем я нужна?

– А, это насчет света. Роза спрашивает, можно ли осветить боковой проход для Марии и Иосифа.

– Не знаю.
– Преподобная Фаррисон пожала плечами.
– Здесь со светом такая неразбериха.
– Она остановилась около распределительного щита, рядом с лестницей, которая вела вниз, в комнаты для занятий воскресной школы и хора.
– Скажите мне, где зажжется свет.

Щелкнул выключатель. Свет в коридоре погас. Преподобная Фаррисон снова включила его. Попробовала другой рубильник.

– Это свет в канцелярии, - сказала Шерон, - и в нижнем коридоре, где занимается воскресная школа для взрослых.

– А этот?

Хористы взвизгнули. Дети завопили от радости.

– Подходит, - сказала Шерон.
– Вот и освещение бокового прохода.
– Она крикнула вниз: - Ну как?

– Прекрасно, - ответила было Роза.
– Нет, подождите. Орган отключился.

Преподобная Фаррисон нажала еще какую-то кнопку, и орган со стоном проснулся.

– Теперь погасли лампы в боковых проходах, - заметила Шерон, - и на кафедре.

– Я говорила, что с этим светом одна морока.
– Преподобная Фаррисон щелкнула еще одним выключателем.
– А сейчас?

– Потух фонарь на крыльце.

– Хорошо. Так и оставим. Может, это отпугнет бездомных. На прошлой неделе преподобный Уолл разрешил бездомному подождать в помещении, а тот помочился на ковер в воскресной школе для взрослых. Ковер пришлось сдать в чистку.
– Она с укором посмотрела на Шерон.
– С этими людьми нельзя поддаваться состраданию.

"Нельзя, - подумала Шерон.
– Иисус поддался состраданию, и смотрите, что с ним сделали".

– Хозяин гостиницы мог прогнать их, - нараспев читал преподобный Уолл через двадцать минут после начала предрождественской проповеди.
– Он был занят, и гостиница была переполнена путешественниками. Он мог закрыть дверь перед Марией и Иосифом.

Вирджиния наклонилась к Шерон и Ди:

– Человек, который залез в церковь, взял что-нибудь?

– Нет, - сказала Шерон.

– Он написал на пол в детской, - прошептала Ди.

Преподобный Уолл смущенно умолк и взглянул на хор.

Ди громко закашлялась и закрыла рот рукой, чтобы заглушить кашель. Преподобный Уолл слабо улыбнулся ей и повторил:

– Хозяин гостиницы мог прогнать их.

Ди немного подождала, затем открыла сборник церковных гимнов на том месте, где лежала программка, и застрочила карандашом. Она передала программку Вирджинии, та прочитала и отдала Шерон.