Чтение онлайн

– Господи, что же теперь будет? – запаниковала Матильда. – Я так рассчитывала на нее во время стрижки! Конечно, жаль Берта, но что же мне делать одной?..

Она обвела глазами пустую кухню и вдруг заметила, что они забрали с собой пакет муки, мешок сахара и большой кусок окорока.

«Больше никогда в жизни не буду никому доверять!» – со злостью подумала Матильда. Теперь необходимо было дойти до стригальни и посмотреть, хватает ли там людей.

Девочка с трудом вышла на веранду. Габриэль командовал работниками, толпившимися у стригальни. Слава богу, хоть этот вернулся! Но у нее есть одно дело, которое необходимо сделать прежде, чем она вернется к хозяйственным делам. Ей необходимо попрощаться со своим ребенком.

Ноги дрожали, но в голове прояснилось, когда Матильда обогнула дом и направилась к семейному кладбищу. Слезы наворачивались на глаза, но она не давала им воли. «Все это слабость! – думала она презрительно. – У меня нет времени жалеть себя».

Новая могила была прикрыта камнями, чтобы дикие динго не могли добраться до тела; небольшой крест из свежих досок был укреплен в изголовье. Матильда опустилась на колени. Слезы все же покатились по лицу, когда она дотронулась до аккуратной маленькой могилки, где лежал ее ребенок. Бедный невинный малютка, которого она ни разу не видела и не держала на руках…

Матильда хотела помолиться, но не смогла найти слов. Она была наказана за свою строптивость и ненависть к отцу. Бедное невинное дитя попало из-за этого на небеса. «А может быть, все к лучшему? – подумала она, когда слезы высохли. – Его бы всю жизнь преследовали сплетни, отравив нам радость общения».

Матильда сорвала несколько диких цветов и положила у креста. Она долго стояла, глядя на могилу сухими глазами.

– Я переживу это, как пережила все остальное, – прошептала она. – Но клянусь, когда-нибудь на твоей могиле будет самый красивый памятник!

Дженни закрыла дневник, заливаясь слезами. Она знала, что значит потерять ребенка, и прекрасно понимала чувства Матильды. Каким сладким был ее маленький, рыженький Бен! Какая у него была невинная улыбка! Какие чудные маленькие ножки и пальчики!

Но она хоть успела узнать его, подержать на руках. Успела полюбить его всем сердцем до того, как он погиб. У Матильды же не осталось даже фотографии. Только грубый крест на могиле…

Дженни уткнулась в подушку и зарыдала, оплакивая судьбу Матильды и свою.

Брет стоял перед дверью, не решаясь постучать. Он целый день готовился к этому, собираясь с силами, – ему не давала покоя собственная грубость. Он отравил всю поездку мисс Сандерс, и ему, конечно, следует извиниться. А как она радовалась тому, что смогла побороть свой страх перед лошадьми! Тоже не шутка после такого падения…

Черно-белый щенок келпи крутился в руках, пытаясь освободиться. Но Брет только крепче прижал его к себе одной рукой, а другой все-таки наконец постучал. В ответ не раздалось ни звука. Но он видел свет в ее спальне по дороге к дому. Может, она заснула? Осторожно открыв дверь, он вошел в дом, прислушиваясь. И вдруг застыл, услышав рыдания. «Господи! – испуганно подумал он. – Может, это из-за меня? Вряд ли, но с женщинами разве угадаешь?» Больше всего на свете Брет боялся женских слез. Надо удирать, пока не поздно, – им обоим будет неловко, если теперь вдруг обнаружится его присутствие. Но было поздно: щенок каким-то образом вырвался из рук Брета, шлепнулся на пол, заскулил и помчался к дверям спальни.

– Кто там? – испуганно спросила Дженни.

– Не пугайтесь, миссис Сандерс, это я, Брет. Наверное, не вовремя, простите… я зайду завтра!

– Нет-нет, подождите минутку, я сейчас выйду.

Брет подхватил на руки щенка, снял шляпу и застыл в нескольких шагах от спальни. Он слышал ее движения за дверью, последние всхлипы и представлял, как она торопливо вытирает слезы. Более неловкое положение трудно было себе представить. Хотел бы он сейчас оказаться в общежитии! Черт его дернул вообще сюда прийти…

Дверь открылась, он увидел ее заплаканное лицо и отступил. Взгляд промытых слезами огромных глаз Дженни странно подействовал на него.

– Я пришел мириться, – забормотал он. – Понимаю, что вы, наверное, не хотите меня видеть, и все-таки…

Он говорил, глядя в сторону и смущенно переступая с ноги на ногу. Но Дженни ничего не замечала, уставившись на щенка в его руках.

– Это мне? Какой чудесный! – прошептала она. – Как вы добры, спасибо!

Глаза девушки засияли. Он протянул ей щенка, и Дженни прижала его к лицу. Щенок тут же стал вылизывать остатки слез, а Брет утонул в этих странных глазах, которые иначе, чем фиолетовыми, не назовешь.

Неожиданно он обнаружил, что ему трудно дышать, а все заготовленные заранее слова вылетели из головы. Ему вдруг так захотелось обнять и утешить ее, что он позавидовал щенку.

Когда до него наконец дошло, о чем он думает, Брет резко отпрянул. Ничего себе, влип! Она же его хозяйка! Должно быть, у него поехала крыша. Он прочистил горло, кашлянул и приосанился.

– Просто хотел извиниться за сегодняшнюю грубость… и за вчерашнюю, – выдавил он. – Думал, вам не помешает компания. Он толковый парень, только еще не приучен к дому.

Брет почувствовал, что краснеет, когда она внимательно посмотрела ему в глаза. Он неловко смял шляпу в руках, повернулся и пошел к выходу.

– Это лучший подарок, который вы могли сделать мне, спасибо, Брет! – быстро проговорила Дженни, догоняя его со щенком в руках, который повизгивал от избытка чувств.

– Уже поздно, – буркнул Брет, останавливаясь в дверях. – Завтра увидимся.

Он упорно смотрел куда-то поверх ее правого плеча.

– Вы очень спешите? Может, останетесь и выпьете пива со мной? Заодно поможете выбрать имя этому чуду с хвостиком.

– Ну… – протянул Брет, разрываясь между желанием остаться и пониманием, что ему нужно убегать, пока не поздно.

– Пожалуйста! – фиолетовые глаза с тоской смотрели на него.

Брет вдруг вспомнил, как жаловалась Марлин на свое одиночество, когда он пропадал целыми днями, и застарелое чувство вины победило. Он закрыл входную дверь и прошел за Дженни в кухню, решив, что одна банка пива никому не повредит.

Он уселся за стол, а Дженни налила молоко в блюдце и поставила перед щенком. Тот тут же принялся лакать, разбрызгивая молоко на пол, на свои лапы. Дженни рассмеялась и потрепала щенка по голове. Потом достала из холодильника две бутылки пива, открыла их, одну протянула Брету, а из второй сделала большой глоток сама.

Брет наблюдал, как она, запрокинув голову, глотает, как красива ее длинная, обнаженная шея, и гадал, какую игру она затеяла. Наверняка ведь чувствует, как действует на него! Женщины всегда об этом догадываются каким-то шестым чувством. Он только допьет свое пиво и сразу уйдет, пусть не рассчитывает!

Дженни села за стол рядом с Бретом, наблюдая, как щенок играет с ее ботинками.

– Еще раз спасибо, Брет, это страшно мило с вашей стороны.

– Да ерунда, не стоит благодарности, – буркнул он.