Чтение онлайн

– Как так-то, – с досадой в голосе произнес Харальд, обративший внимание на то, что город не имел следов боя или штурма. И выглядел как новенький. Причем комитаты, втянувшиеся внутрь, делали его абсолютно неприступным. То есть, не давали викингам даже шанса учинить разбой и разорение.

И вот теперь, 23 июня 868 года в старом Соборе Винтана Ивара «повенчали на царство». То есть, провозгласили новый ригом Уэссекса. А старую династию объявили низложенной и лишенной прав.

Более того, по инициативе Ярослава Ивар тем же днем обвенчался с невестой Альфреда, брата бывшего рига. На девице Эльсвит, которая оказалась в городе и ожидала возвращения жениха из похода.

И все бы хорошо, да только Ивар на радостях от такого события так налакался, что его «пьяный труп» занесли в покои к Эльствит. Для, так сказать, первой брачной ночи. Если бы не Харальд, то и обошлось бы. Но тот весь вечер подначивал сына Рагнара. Да так пьяным и рухнул под лавку вместе с ним.

Они спорили.

Харальд, впечатленный такими успехами, предлагал идти на восток, к Люденвику. Чтобы разбить объединенную армию и уже пограбить в сласть. Ивар же думал о своем новом государстве и не спешил продолжать поход. Другие вожди склонялись к идее Харальда – грабить. Но не всем нравилась мысль – лоб в лоб встречаться с саксами и англами в большом бою. В общем – тем для бесед хватало. И чем дальше продвигался вечер, тем медленнее становили речи, и труднее коммуникация. Впрочем, так и не подрались. Просто не хватило сил встать из-за стола.

Ярослав же пил очень осторожно. Где-то пропускал. Где-то проливал. Где-то отвлекался на разговоры. Будучи человеком умным, он не спешил в таком застолье «накидаться». Поэтому ближе к полуночи оставался одним из немногих трезвых и даже стоящих на ногах на этом «празднике жизни».

Он не собирался подчиняться Харальду, поэтому идти вместе куда-то даже не думал. Это понимал и сам конунг из норвежских фьордов. Поэтому не настаивал. Своего он добился – перехватил власть над норманнами и утвердился среди них как удачливый военный вождь. Поэтому планы Ярослава в целом его не интересовали…

Полночь.

Прохлада. Темнота.

Многоголосый храп пьяных людей, напоминающий собой какой-то адский оркестр… или скорее орган. Ярослав с пустым взглядом сидел за столом, смотрел на мертвецки пьяное тело Харальда и боролся с желанием его убить. Очень уж он его достал. Но держался. Он был ему еще нужен…

– Государь, – произнес подошедший комитат, который стоял на посту. А войска Ярослава почти в полном составе были трезвые. Он им все объяснил, что, дескать, викингам доверия нет и лучше перестраховаться. И что он им потом сам нальет. Вот они и не возражали.

– Что-то случилось? Опять пьяная драка?

– Нет. Мы там бабу поймали. Полуголая. Ухоженная. Дорогие украшения. Решили тебя позвать. Дело темное.

– Очень интересно… – произнес Ярослав, поднялся и зашагал за комитатом, борясь с легким шумом в голове.

Когда же он вошел в импровизированный пост охраны, то присвистнул. Перед ним сидела Эльсвит, стеснительно пряча свои груди руками. Потому как была топлес. Видимо часть одежды она где-то потеряла, явно вырываясь из чьих-то рук.

– Ты чего тут делаешь? – Спросил Ярослав.

– Бежать пыталась, – ответил за нее комитат.

– Как бежать? Сдурела?

– Я другому обещана.

– Слушай. Я себя неважно чувствую. Так что не морочь мне голову. Зачем ты пыталась сбежать?

– Я не буду его женой!

– Ты дура? – Добродушно улыбнувшись, спросил Ярослав. Но она лишь глазами сверкнула. – Значит так. Ивар согласился взять тебя в жены ТОЛЬКО по моей просьбе. Ты – мерсийка, близкая родственница рига. Война эта еще не кончилась. Еще предстоят битвы. И выживут ли твои родичи в этой войне – не ясно. Ты – последняя надежда своего рода. И продолжишь его, если все полягут в ратном поле. И спасешь, если в плен возьмут. Родичей жены Ивар убивать не станет. Он – твоя защита и надежда. Уяснила?

– Я…

– А теперь встала и быстро вернулась к мужу! – Рявкнул Ярослав. Дура… ну что за дура?

После чего комитаты отвели ее в покои, выделенные для первой брачной ночи. И, запихнув внутрь, закрыли двери, встав у дверей почетным караулом…

868 год, 4 июля, Люденвик

В Винтане союзники разругались окончательно.

Ярослав решил «уходить», заявив, что выполнил свои обязательства. Но Ивар уговорил его помочь с разгромом объединенной армии англов и саксов. Однако идти с Харальдом вместе он отказался наотрез. Поэтому отправился к кораблям, чтобы на них обойти Кент и высадиться на берегу Темзы.

Сам же Ивар оставался со своей довольно крупной дружиной в Винтане. Ему предстояло взять бразды правления Уэссексом. Что было весьма непросто в условии вероятных восстаний и подхода отрядов Мерсии с севера и запада. И Харальд в целом с ним согласился. Если противник займет Винтан – выбивать его оттуда будет изрядной проблемой.

Остальные же викинги, возглавляемые Харальдом, решили идти дальше на восток. К месту сосредоточения англов и саксов на Темзе у Люденвика. Им это не сильно хотелось. Все-таки крупное полевое сражение. Но без разгрома этой армии невозможно было спокойно оперировать на юге Британии. И выбора у них попросту не оставалось. Ударить по противнику это воинство должно было сообща с легионом Ярослава. Должно. Но связи между ним не было никакой. И все оставлялось на откуп случая… Кроме того, Ярослав был убежден, Харальд вновь попытается «украсть славу…»

Возвращение в Хамвик было быстрым и мрачным. Викинги «на радостях» его не только разграбили, но и почти полностью вырезали. Из-за чего он больше напоминал «мертвую деревню», чем живой город.

Хорошо хоть корабли были в порядке. Не рискнул Харальд на них покушаться. Хотя мог. Но, все-таки одно дело собачиться и бороться за власть внутри войска. И совсем другое дело грабить своих. Этого даже викинги не поняли бы. Да, бывало, что викингов, возвращающихся с набега, грабили другие викинги. Но ключевое слово – другие. А тут Ярослав хоть и был «ромейцем» и «змеей», но «своим ромейцем» и «своей змеей».

Так или иначе, но Ярослав добрался до Хамвика и, погрузившись на свои корабли, отплыл в сторону Лондона… эм… то есть не Лондона, а Людевика. И отличались они не только разными названиями, но и тем, что это были разные города, стоящими, впрочем, совсем рядом.

Лондиниум был основан в 43-ему году нашей эры как римский каструм – укрепленное поселение. Однако, уже в 60-ом его уничтожили войска Боудикки. Женщины, что предводительствовала в одном из племен бриттов. Впрочем, к 65-ому году римляне каструм полностью восстановили. А между 190 и 225 годами даже построили каменную стену высотой шесть метров и толщиной в два с половиной. Она шла по трех сторонам прямоугольного периметра и утыкалась в берег реки. Но уже в районе 250 года римляне и там поставили каменную стену, чтобы защитить город от набега саксонских пиратов, что в III веке выполняли примерно ту же роль, что в IX лежала на плечах викингов. Только масштаб их злодеяний был пожиже.

Когда в V веке римляне ушли, Лондиниум оказался брошенным после разграбления его саксами. Там никто не селился. И даже рядом. Почему? Бог весть. Однако в VII веке саксы основали небольшое поселение к 1,6 километрах к западу от старого римского города у реки Флит. И назвали его Люденвик. Это была обычная торговая фактория. Просто много домов и складов. Без самостоятельных укреплений, во всяком случае, ничего серьезного там не было.

Лишь в самом конце IX века на Лондиниум обратил внимание Альфред Великий, переселив в него из Люденвика жителей и начав развивать. Заодно и подновив каменные стены. Но это – в оригинальной истории. В этом варианте в 868 году к Люденвику подошли корабли Ярослава из дома Ангмар. И ничего хорошего это местным жителям не сулило…