Чтение онлайн

Раскаявшись в своих злодеяниях, Иван Грозный в 1583 г. учредил во всех монастырях поминовение опальных. На помин души И. М. Висковатого в Троице-Сергиев монастырь царь прислал большой вклад в 223 руб. и на 23 руб. свечей. Для сравнения: на поминовение придворного священника Сильвестра в Кирилло-Белозерский монастырь было выделено 25 руб. и 25 алтын.

Афанасий Лаврентьевич Ордин-Нащокин родился около 1607 г. в дворянской семье в провинциальном городке Опочка, пригороде Пскова. Когда Афанасию исполнилось 15 лет, отец отвез его в Псков и записал в полк на государеву службу. В начале 30-х гг. Афанасий Лаврентьевич женился и окончательно перебрался из Опочки в Псков. Благодаря своим недюжинным природным дарованиям он быстро осваивал иностранные языки, математику и механику, отличался большой начитанностью не только среди провинциального служивого люда, но и среди столичной вельможной знати. С поляками он легко разговаривал по-польски, с литовцами — на их родном языке. Мог изъясняться и по-немецки, научившись этому языку у заезжего иностранца в Опочке.

В начале 1640-х гг. семья Нащокиных переехала в Москву. Энергичный провинциальный молодой дворянин был принят в доме боярина Ф. И. Шереметева и вскоре представлен ведущим деятелям московской приказной администрации. В 1642 г. Нащокин принял участие в переговорах со шведскими уполномоченными по пограничным спорам. Результаты были столь успешны, что в том же году ему поручают более важную миссию — посольство в Молдавию.

24 октября 1642 г. Афанасий Лаврентьевич отправился в свое первое заграничное путешествие в молдавский город Яссы. Этот город был выбран не случайно. Здесь пересекались торговые пути, ведущие с Востока на Запад, в частности, из Оттоманской империи на Украину и Польшу. По тайному договору между русским царем и молдавским господарем было условлено, что Нащокин поступает на службу к Василию Лупу и будет выполнять его личные указания и распоряжения. Служба у молдавского господаря обеспечивала московскому посланнику надежное прикрытие.

Ордин-Нащокин начал с изучения обстановки. Прежде всего, Михаилу Федоровичу, государю московскому требовалась информация о планах польского и турецкого правительств и их военных приготовлениях против России. В то время такой разведывательной информацией до некоторой степени располагали греческие монахи и странствующие русские и молдавские купцы. Ордин-Нащокин нашел к ним нужный подход, и в Москву стали уходить частые доклады и наблюдения об обстановке на российской границе. В одном из них, например, подробно излагалось содержание антирусских выступлений в сейме Польши в 1642 г. В другом речь шла о намерении крымских ханов совершить поход на Москву, в третьем — о коварстве литовских князей и их сговоре против московского царя.

После успешного завершения миссии в Молдавии Афанасию Лаврентьевичу поручается новое ответственное задание. Требуется срочно узнать о намерениях польско-датских отрядов, сгруппировавшихся для атаки в западных приграничных районах России. Ордину-Нащокину удалось установить контакты с архимандритом Духова монастыря в Вильно, используя свой прежний опыт «работы» с церковными иерархами. Через архимандрита А. Л. Ордин-Нащокин узнал, что Дания не намерена ссориться с Россией, а Польша в одиночку на Россию не нападет. На этот раз деятельность Ордина-Нащокина получила одобрение самого царя Михаила Федоровича.

В 1645 г. московский престол занял сын умершего царя — Алексей. Начались перестановки в правительстве. К власти пришел Б. И. Морозов, царский свояк, сменивший покровительствовавшего Ордину Ф. И. Шереметева. Оказавшись не у дел, Афанасий Лаврентьевич уезжает в свое псковское имение. Там его застал мятеж 1650 г., причиной которого была спекуляция хлебом. План подавления бунта, предложенный правительству Нащокиным послужил тем трамплином, с которого он продолжил свою карьеру.

В 1652 и 1654 гг. А. Л. Ордина-Нащокина снова включают в состав пограничных межевых комиссий, где он действует весьма успешно. В конце 1654 г. Ордин-Нащокин стал воеводой Друи, небольшого городка Полоцкого воеводства, непосредственно примыкавшего к шведским владениям в Прибалтике. Важным этапом в биографии Афанасия Лаврентьевича стало участие в войнах против Речи Посполитой и Швеции. Особенно Ордин-Нащокин отличился как дипломат во время русско-шведской войны 1656–1658 гг. После взятия русскими войсками городка Кокнесе (в Литве) он был назначен туда воеводой. В ведение Афанасия Лаврентьевича перешли все занятые русскими войсками города в Ливонии. Проводимая Ордином-Нащокиным политика в Прибалтике имела глубокий экономический смысл и тонкий политический расчет. Он стремился утвердить среди местного населения хорошее отношение к России. Талантливый администратор, Ордин-Нащокин возвращал жителям несправедливо изъятое имущество, сохранял городское самоуправление, права и свободы горожан в виде магдебургского права, поддерживал ремесленников и торговцев.

Вместе с тем, Афанасий Лаврентьевич постоянно заботился о стратегическом укреплении подведомственного района и повышении боеспособности войск. Он тщательно изучал театр возможных военных действий в Прибалтике и регулярно докладывал о своих наблюдениях царю. В секретных посланиях в Москву Афанасий Лаврентьевич указывал численность шведских вооруженных сил, давал подробное описание состояния дорог и военных фортификаций, рекомендовал наиболее удобные пути передвижения российских войск. Как разумный политик и прозорливый дипломат, Нащокин советовал царю шире применять практику найма на платную военную службу в российскую армию солдат из числа латышей. По его мнению, это способствовало бы росту русофильских настроений среди прибалтийского населения.

Но все-таки большую часть своего времени Афанасий Лаврентьевич отдавал разработке собственной внешнеполитической программы. Он справедливо полагал, что невозможно вести одновременно войну с Речью Посполитой за Украину и Швецией за Ливонию. Ордин-Нащокин высказывался за мирные отношения с Польшей и готов был даже пожертвовать Украиной ради союза с Речью Посполитой против Швеции. Горячий сторонник укрепления России на Балтике, Нащокин добился официального перехода Курляндии под патронат России. В целях противодействия шведскому флоту он принял меры к началу строительства русского флота на Западной Двине. Однако планы Афанасия Лаврентьевича не получили поддержки в Москве. Во внешней политике Российского государства победили сторонники возобновления войны с Польшей.

Война 1658–1667 гг. была фактически продолжением предыдущей войны за Украину, начавшейся в 1654 г. После смерти 27 июля 1657 г. от кровоизлияния в мозг Богдана (Зиновия) Михайловича Хмельницкого в Москве решили, что Украина уже окончательно слилась с Россией. Эта уверенность в решении украинского вопроса привела к желанию ограничить права Украины. В Москве попытались поставить под свой контроль внешнюю политику Украины, взять в свои руки сбор налогов, разместить русских воевод и гарнизоны не только в Киеве, но и в других городах. Такая политика России способствовала тому, что новый гетман Украины И. Е. Выговский принял решение о возвращении Украины в состав Речи Посполитой.

В отличие от Богдана Хмельницкого, который видел возможность сохранения украинской государственности в конфедерации с Россией, Иван Выговский намеревался сохранить эту государственность в составе более слабой и децентрализованной Речи Посполитой. В 1657 г. Выговский заключил союзный договор с Крымским ханом, а 6 сентября 1658 г. в городе Гадячи гетман подписал договор о возвращении Украины в состав Речи Посполитой. Польский сейм этот договор не ратифицировал и, не считаясь с реальностью, требовал возвращения на Украине тех порядков, которые существовали до 1648 г. На Украине против Выговского восстали казаки Полтавского и Миргородского полков, а также атаман Запорожской Сечи Я. Ф. Барабаш, которые обвинили гетмана в измене.

В январе 1658 г. возобновилась русско-польская война. Гадячский договор Выговский старался держать в секрете от Москвы. Открытое вооруженное выступление гетмана против России началось в августе 1658 г. Переход И. Е. Выговского на сторону Речи Посполитой означал для России возобновление войны с Польшей и Крымом, в условиях продолжавшейся войны со Швецией.

В апреле 1658 г. царь жалует Ордина-Нащокина в думные дьяки и поручает срочно начать секретные переговоры о мире со Швецией. В результате переговоров в декабре 1658 г. в деревне Валиесари (Валлисаари) было подписано перемирие. Срок перемирия для России определялся в 3 года, для Швеции — 20 лет. Практически это означало, что Швеция могла нарушить договор о перемирии через 3 года на вполне законном основании. Россия же не имела права в течение 20 лет начинать войну со Швецией. Неравноправие сторон отражало реальное соотношение сил в Прибалтике. Но согласно договору Россия сохраняла свои завоевания в Ливонии до окончания установленных лет перемирия, что рассматривалось русской дипломатией как крупный успех.

В 1661 г. на мызе Кардис (Кярди) был подписан «вечный мир» между Россией и Швецией. Первую русскую делегацию на переговорах возглавил Ордин-Нащокин. Афанасий Лаврентьевич отличался не только искусством мягкого и хитрого маневра, но и «бульдожьей» хваткой. С самого начала переговоров он занял жесткую позицию по отношению к территориальным требованиям шведских дипломатов. Тогда шведы пожаловались царю, что причиной затягивания переговоров о мире является исключительно неуступчивая позиция Ордина-Нащокина. 10 января 1661 г. царь Алексей Михайлович приказал Нащокину сдать все дела новому составу делегации во главе с князем И. С. Прозоровским, который полностью проиграл дипломатическую дуэль со шведами. Договор был подписан 21 июня 1661 г. Прозоровский уступил все те территории в Ливонии, которые в гораздо худших обстоятельствах отстоял в Валиесари Ордин-Нащокин. Таким образом, дипломатические планы Нащокина оказались разрушены. Но, несмотря на это, он и в дальнейшем упорно пытался убедить царя в необходимости заключить мир с Польшей, доказывая, что обладание Ливонией выгоднее для России, чем присоединение Украины.