Чтение онлайн

В последние месяцы перед войной значительно активней стала действовать тактическая разведка. По свидетельству генерала Л. Л. Беннигсена, командование почти ежедневно получало в Вильно «известия и рапорты о движениях различных неприятельских корпусов» [574] . На базе этих сведений Барклай определил, что основные силы Наполеона составляют приблизительно 450 тыс. человек и располагаются между Ковно и Гродно. Однако, несмотря на всю активность русской разведки переправа Наполеона через Неман в ночь с 11 на 12 июня 1812 г. оказалась для Александра I неожиданной. В Вильно, где он находился, узнали об этом только через сутки. Сообщение пришло от генерала В. В. Орлова-Денисова, чей полк находился на самой границе. Неожиданность вторжения французских войск внесла некоторую дезорганизацию в управление войсками и разведкой. Точных данных о направлении движения главных сил наполеоновской армии русское командование не имело. В дневнике Н. Д. Дурново, который состоял в начале 1812 г. в свите начальника квартирмейстерской части Главного штаба П. М. Волконского, есть следующие записи. «27 июня… Главная квартира его величества осталась в Янчинах, Барклая де Толли — в Дворчанах, в двух верстах от нашей. Не было никаких известий о движении неприятеля. Одни предполагают, что он направился на Ригу, другие — что на Минск; я придерживаюсь последнего мнения… 28 июня. Весь день прошел за работой. Нет никаких сведений о французах. Наши аванпосты проделали двадцать верст от своих позиций, не встретив ни одного неприятеля. Евреи предполагают, что Минск занят самим Наполеоном» [575] .

Положение осложнялось еще и тем, что у русского командования по существу не было четкого плана ведения войны. Перед войной, начиная с 1810 г., Александру I было представлено несколько планов, записок и соображений. В одних записках предлагались наступательные действия, в других — оборонительные. Перед самой войной М. Б. Барклай де Толли, находясь уже в Вильно, предложил Александру двинуть армию через Неман для последующих наступательных действий против Наполеона. Но этот план не был принят. Поэтому русская армия вынуждена была действовать в начале войны по плану, предложенному ближайшим советником царя прусским генералом Карлом Людвигом Августом Фулем. В случае наступления французов против армии Барклая де Толли она должна была отходить к Двине, к Дрисскому укрепленному лагерю, чтобы привлечь на себя противника. В это время другая русская армия под командованием П. И. Багратиона должна была действовать во фланг и тыл наполеоновской армии, чтобы заставить Бонапарта отступить.

Однако этот план совершенно не учитывал реальной обстановки войны, а главное — соотношения сил французской и русской армий. Вследствие этого плана силы русской армии (200 тыс.) были расчленены на три части. Первая армия под командованием Барклая была расположена вдоль Немана с центром в городе Вильно. В ее задачу входило удерживать неприятеля с фронта с возможностью дальнейшего отхода в Дрисский лагерь. Вторая армия П. И. Багратиона была расположена в Южной Литве, около города Волковыска. Третья, резервная армия генерала А. П. Тормасова стояла на Волыни с опорой на город Луцк. Таким образом, русские войска оказались растянутыми приблизительно на 600 км с интервалами между тремя армиями в 100–200 км. Используя такое расположение русских армий, Наполеон надеялся стремительным выходом к Вильно рассечь армию Барклая де Толли, перерезать ей дороги, ведущие в глубь страны, уничтожить главные силы русской армии и тем самым расчистить себе путь на Москву.

С началом военных действий М. Б. Барклай де Толли начал отступление к Дрисскому лагерю, а затем продолжил отступать в сторону Витебска. Естественный ход событий заставил русское командование стремиться к скорейшему объединению всех трех армий. Пока Барклай де Толли отходил к Витебску, Багратион отступал к Минску. Но французские войска успели занять Минск. Тогда Багратион, минуя Минск, повел свою армию к Смоленску. Барклай де Толли оставил Витебск и пошел со своей армией на соединение с Багратионом к Смоленску. 22 июля русские армии соединились под Смоленском. Их силы не превышали 120 тыс. человек. Армия Наполеона на пути от Немана до Смоленска растеряла до 150 тыс. человек. У Смоленска Наполеон имел примерно 190 тыс. человек. Здесь он рассчитывал дать генеральное сражение русской армии. Но Барклай де Толли, не вступая в сражение, продолжил отступление по направлению к Москве.

Серьезность военного положения, в котором оказалась страна после оставления Смоленска, решение Барклая де Толли об отступлении к Москве вызвали широкое недовольство в народе и армии действиями главнокомандующего. В создавшихся условиях Александр после больших колебаний вынужден был пойти навстречу требованиям военной и гражданской общественности и назначить главнокомандующим всеми русскими армиями генерал-фельдмаршала Михаила Илларионовича Кутузова. Кутузов принял командование отступающей армией в августе 1812 г., когда ему шел 68-й год. Вступая на должность главнокомандующего, Кутузов никакого плана ведения войны не получил. В этом отношении ему предоставлялась большая самостоятельность. Общий стратегический замысел Кутузова сводился к тому, чтобы максимально ослабить и измотать силы противника при одновременном наращивании мощи русской армии. Конечной целью своих тактических мероприятий главнокомандующий ставил переход в контрнаступление и изгнание Наполеона из России. Осуществляя план всемерного ослабления противника, чтобы подготовить переход в дальнейшем к контрнаступлению, Кутузов решил дать Наполеону генеральное сражение у Бородино.

Численность русской армии в Бородинском сражении составляла 120 тыс. человек и 640 орудий, против 130–135 тыс. человек и 587 орудий у французов [576] . Местом сражения стало поле за Можайском в 110 км от Москвы. Решающее сражение произошло 26 августа 1812 г. После многочисленных и кровопролитных атак французские войска значительно потеснили русскую оборонительную линию, захватили Семеновские флеши на левом фланге и батарею Раевского в центре русской позиции. Но все попытки Наполеона обойти фланги и прорвать центр русской армии не удались. Умелыми маневрами, фланговыми контрударами и применением резервов русским войскам к вечеру удалось восстановить первоначальное положение. В итоге французские войска отошли на исходные позиции. Обе армии стояли друг против друга, готовясь к продолжению боя. Потери русских войск убитыми и ранеными составили почти 44 тыс. человек, французы потеряли более 55 тыс. человек [577] . Сражение не дало явного успеха ни той, ни другой стороне. В сложившейся ситуации Кутузов, для сохранения армии и подготовки условий для перехода в контрнаступление, принял решение об отступлении и оставлении Москвы без боя. 2 сентября 1812 г. армия Наполеона вступила в Москву.

Тем временем, русская армия стала скрытно отступать по Рязанской дороге, стараясь скрыть от разведки противника маршрут своего движения. Армия б'oльшую часть марша совершала в ночное время, выступая в поход в 2 или 3 часа ночи. Двигаясь двумя колоннами по проселочным дорогам, войска соблюдали во время марша строгую дисциплину, ни один человек, от генерала до рядового, не имел права отлучаться от своего места. Всем генералам Кутузов приказал неотлучно находиться в линиях при своих корпусах [578] . Марш-маневр главных сил армии прикрывался сильным арьергардом, в задачу которого входило не только обеспечение планомерного и безопасного движения войска, но и дезориентация противника. С этой целью часть войск арьергарда совершала движение в ложном направлении, увлекая за собой отряды противника. 5 сентября Кутузов приказал командовавшему арьергардом генералу М. А. Милорадовичу направить казаков по Рязанской дороге для «фальшивого движения». «Движение всего Вашего арьергарда должно быть так скрытно в ночи, — предупреждал главнокомандующий, — чтобы ни малейшего следа на фланговой нашей дороге неприятель не открыл» [579] . Войска арьергарда не только успешно выполнили свои обязанности, но также установили направление движения и численность наполеоновских войск.

Несмотря на то, что Наполеон разослал по всем дорогам отряды, чтобы установить направление движения главных сил русской армии, ему так и не удалось правильно определить это направление. В течение двух недель, вплоть до 14 сентября, Наполеон не знал, где находится русская армия. В это время армия Кутузова, пройдя 30 км по Рязанской дороге, переправилась через Москву-реку у Боровского перевоза и неожиданно повернула на запад. 6 сентября армия форсированным маршем перешла на Тульскую дорогу и сосредоточилась в районе Подольска. Через три дня она уже находилась на Калужской дороге и остановилась лагерем у села Красная Пахра. Для отвлечения сил неприятеля от русской армии Кутузов выделил из состава армии крупный отряд под командованием генерал-майора И. С. Дорохова, состоявший из трех казачьих полков, одного гусарского и одного драгунского полков. Отряд был направлен на Смоленскую дорогу в район села Перхушкова и только за одну неделю своих боевых действий в тылу противника уничтожил до четырех кавалерийских полков. Кроме того, отряд захватил большие обозы и взял в плен более 1500 солдат и офицеров. Всего же партизанскими отрядами еще до Тарутина было взято в плен более 5 тыс. французских солдат и офицеров [580] .

Армия Кутузова простояла на отдыхе в Красной Пахре пять дней. Затем она совершила еще два перехода по Калужской дороге, и 21 сентября, перейдя реку Нару, войска остановились в Тарутине. Этим маневром прикрывалась не только Калуга, где были сосредоточены огромные запасы для армии, но и Тула с ее оружейными заводами. Крупнейшее стратегическое значение марш-маневра состояло еще и в том, что он открывал широкие возможности для развертывания наступательных действий русской армии и партизанских отрядов.

В ходе подготовки армии к контрнаступлению Кутузов уделял огромное внимание разведке. В предписании генералу M. И. Платову Кутузов писал в октябре 1812 г.: «при нынешних обстоятельствах мне непременно нужно, чтобы Ваше высокопревосходительство доставляли как можно чаще сведения о неприятеле, ибо, не имея скорых и верных известий, армия сделала один марш совсем не в том направлении, как бы ей надлежало, отчего весьма вредные следствия произойти могут» [581] . Чаще всего для сбора сведений о противнике использовались партизаны. Партизанское движение в период пребывания русской армии в Тарутине приняло невиданные размеры. Армейские партизанские отряды создавались преимущественно из казачьих войск и были неодинаковыми по своей численности: от 50 до 500 человек. Перед отрядами ставились следующие задачи: уничтожать в тылу противника его живую силу, наносить удары по гарнизонам, подходящим резервам, выводить из строя транспорты, лишать противника продовольствия и фуража, следить за передвижением неприятельских войск и доносить об этом в Главный штаб русской армии.

Первый армейский партизанский отряд был сформирован подполковником Д. В. Давыдовым. Отряд направился в тыл французской армии сразу после Бородинского сражения. Затем такая практика стала постоянной. В своих воспоминаниях генерал А. П. Ермолов писал: «Вскоре по оставлении Москвы докладывал я князю Кутузову, что артиллерии капитан Фигнер предлагал доставить сведения о состоянии французской армии в Москве и буде есть какие чрезвычайные приуготовления в войсках; князь дал полное соизволение… Князь Кутузов был весьма доволен первыми успехами партизанских его действий, нашел полезным умножить число партизан, и вторым после Фигнера назначен гвардейской конной артиллерии капитан Сеславин, и после него вскоре гвардии полковник князь Кудашев» [582] .