Государственная дума и февральская 1917 года революция
Шрифт:
Программа блока была впервые открыто заявлена с Думской кафедры в ответ на декларацию Председателя Совета Министров И.Л.Горемыкина, сменившего на этом посту В.Н.Коковцева.
Особенно выпуклое значение наличия прогрессивного блока Думских фракций сказалось при объявлении войны.
Блок отказался от лица входящих в его состав партий на время войны от проведения каких бы то ни было своих программ, и всю свою работу решил направить в помощь Правительству в исключительно трудные времена войны.
Впоследствии прогрессивный блок всеми возможными мерами боролся против пораженческого движения, несомненно насажденного в России германским шпионажем и агентурой.
Из изложенных мною обстоятельств его возникновения ясно видно, что прогрессивный блок в Государственной Думе явился последствием необходимости самообороны и борьбы с нарождающимся революционным движением в стране. Только полною не?осведомленностью общества об этих причинах и можно объяснить себе все кривотолки и несправедливые нападки, которые сыпались на него со всех сторон.
В весеннюю сессию 1914 года в Государственной Думе прошел законопроект о большой военной программе, которая, выполненная в два года, то есть к 1917 году, делала нашу армию и численно, и по снаряжению значительно сильнее германской.
С момента утверждения этого закона Верховной властью, для нас, членов Государственной Думы, стало ясной неизбежность в самом ближайшем будущем вооруженного столкновения с Германией, которая не могла ждать нашего военного усиления.
С этого же момента революционная агитация, несомненно германского происхождения, среди рабочих разных заводов усилилась до чрезвычайных размеров. Хотя она явно существовала и раньше, но особенно усилилась с начала 1914 года.
Здесь несомненно была применена излюбленная система Германии, путем широкой подпольной агитации внести смуту в тылу воюющей с ней страны. В современных войнах, где техника играет едва ли не первенствующую роль, разрушить правильный транспорт тыла, лишая армию нормального подвоза провианта, интендантского и боевого снабжения, представлялось для Германии вопросом несомненно первостепенной важности. Посеять смуту в умы оставшегося дома населения, посеять недоверие к вождям своим среди русского воинства, путем возбуждения рабочих и подстрекательства их к забастовкам в целях затруднения промышленных работ, направленных к снабжению армии, - это были бесспорно прямые задачи нашего врага и проводились им чрезвычайно умело и упорно в России.
Благодаря попустительству Правительства, препятствий эта пропаганда не встречала, и кроме указанных мотивов упорно сеялась преступная идея пораженчества, успеху которой способствовала неуверенность русского общества в том, что Правительство способно довести войну до победного конца.
Петроград в 1914 году, перед самой войной, был объят революционными эксцессами. Эти революционные эксцессы, возникшие среди рабочего населения Петрограда, часто влекли вмешательство вооруженной силы; происходили демонстрации, митинги, опрокидывались трамвайные вагоны, валились телеграфные и телефонные столбы, устраивались баррикады.
Не подлежит никакому сомнению, что и волнения среди фабрично?рабочего класса были результатом деятельности Герман?ского Генерального Штаба. Так, например, произошли загадочные отравления работниц на табачных фабриках в Петрограде, которые не были раскрыты и так и остались загадками. Забастовки возникали и организовывались без всяких видимых причин, и только теперь стало ясно, где лежал корень всех этих событий. Надо было окончательно разложить и развратить русскую промышленность перед войной и внести непоправимую смуту в русское общество. Семена большевизма на почве разжигания классовой ненависти сеялись, очевидно, щедрою рукою, и эта пропаганда, которую не поняли и с которой никто не боролся, конечно, сыграла видную роль в подготовке к Русской революции.
Все это происходило во время посещения России представителем дружественной нам державы - Президентом Французской Республики Пуанкарэ.
Волнения в столице были настолько сильны, что Президент вынужден был ездить по городу в сопровождении значительного военного конвоя. То же самое, хотя, разумеется, в меньшем мас?штабе, происходило и на местах. Велась энергичная агитация среди крестьян на почве земельных отношений, и нельзя не отметить си?лу и влияние этой агитации. Землевладельцы должны хорошо помнить те условия, в которые были поставлены они, в виду частых волнений сельских рабочих и их постоянных забастовок в горячую пору. Справедливое стремление к увеличению площади своей пахотной земли получило совершенно неправильное направление, под влиянием той же агитации, и назвать состояние умов русской деревни в то время спокойным - было бы большой ошибкой, и, конечно, германская агитация велась на этой почве весьма широко. Однако, за несколько дней до объявления войны, когда международное политическое положение стало угрожающим, когда маленькой братской нам Сербии могущественной соседкой Австрией был предъявлен известный всем и неприемлемый для нее ультиматум, как волшебством сметено было революционное волнение в столице. Я был в это время за границей, в Германии, но, к счастью, мне удалось избежать немецкого пленения.
Вся германская пресса, очевидно, в целях подготовления общественного мнения Германии к войне, на все лады трубила о полном разложении России. Все газеты утверждали, что революция у нас вспыхнет не сегодня - так завтра, на все лады обрисовывалось возрастающее влияние Wundermonch?а (Чудомонаха) Распутина, ненавистного стране, но приобретшего исключительное влияние на Русскую Императорскую Чету и т.д. и т.п. Императорскую Чету и т.д. и т.п.