Чтение онлайн

На III сессии ГЗК в августе 1917 г. поднимался вопрос о лесах: члены совета ГЗК планировали выяснить мнение местных земельных комитетов о порядке эксплуатации лесов, об объемах нуждаемости в лесных материалах и возможности выделения лесных участков под расчистку 369 . Соответствующие пункты нашли отражение в принятом по итогам сессии постановлении ГЗК 370 . Было принято решение разослать закон о лесах, принятый Временным правительством, а также материалы по лесному делу для «ознакомления губернских земельных комитетов с ходом лесного дела на местах». Совету ГЗК рекомендовалось воздержаться от принятия какого-либо заключения о целесообразности учреждения особых лесных комитетов до обсуждения этого вопроса по существу на планируемом совещании представителей губернских комитетов в Москве 16–17 сентября 371 . Оно состоялось, и по его итогам была разработана инструкция по применению «Временных правил об охране и рубке лесов», переданная для обсуждения в Комиссию временных переходных мер и Лесную комиссию 372 .

24 августа состоялось первое заседание Лесной комиссии ГЗК под председательством экономиста А. А. Рыбникова. Член комиссии Н. И. Фалеев озвучил план развития лесного хозяйства, который предполагалось начать осуществлять с 1 января 1918 г. Он включал создание Главного лесного комитета и лесных комитетов в губерниях и уездах. Лесные комитеты совместно с земельными комитетами должны были составлять сметы «удовлетворения потребностей на древесину». Кроме того, планировалось создать Советы лесничеств и Лесные советы для научно-профессионального руководства лесной отраслью. В утвержденном плане работ Лесной комиссии были определены такие вопросы, как форма собственности на лес, использование лесов под пашню, облесение земель, организация лесного хозяйства и пр. На втором заседании, состоявшемся 7 сентября, были заслушаны доклады ряда членов комиссии о государственных лесах 373 .

В октябре ГЗК разработал Инструкцию уездным земельным комитетам об охране и эксплуатации лесов. В ней предписывалось запрещать в пределах уезда хищническую вырубку леса. Под последней понималась рубка хвойного и смешанного строевого леса, превышающая 1/60 часть, а дровяного лиственного леса – 1/30 часть лесной площади уезда, и находившейся в одной окружной меже с иными сельскохозяйственными угодьями. Уездные земельные комитеты могли приостанавливать по своему усмотрению опустошительные и выборочные рубки леса. Запрещалась рубка защитных лесов, признанных таковыми лесоохранительными комитетами; вырубка, скос, распашка молодняка и пастьба скота по молодняку (молодняком признавался лес, не достигший высоты 4 аршина, или 2,8 м). Не допускалось обращать лесные вырубки в другой вид угодий без разрешения лесоохранительных комитетов. Запрещалась вырубка леса на продажу с промышленной целью, если местное население испытывало нужду в строевом и дровяном материале. Ограничение установленных запрещений допускалось только в случаях «неотложной надобности в лесном материале» для нужд местного населения и военного ведомства 374 .

В ответ на повторявшиеся требования крестьян о приостановлении или прекращении хищнического истребления лесов ГЗК и губернские земельные комитеты обратились к гражданам с воззванием, в котором говорилось о том, что условия войны вызывали усиленную рубку леса для нужд армии. При этом подчеркивалась значимость леса в развитии страны, в укреплении песков и оврагов. Население уверялось в том, что вырубки леса проводились под контролем лесоохранительных и земельных комитетов, которые следили за тем, чтобы они не переросли в опустошительные. «Верьте, Граждане, что все совершается сейчас под контролем общественных органов, делается во имя блага народа и с соблюдением его прав и интересов» – этими словами завершалось воззвание 375 . ГЗК на основе поступавших сведений от Штаба Верховного главнокомандующего о воспрепятствовании ряда волостными земельными комитетами заготовке лесных материалов для армии издал 18 октября 1917 г. циркуляр № 239 губернским земельным комитетам о недопущении подобных действий на местах. Вновь повторялись положения циркуляра от 10 августа № 209, которым необходимо было следовать 376 .

Тогда же ГЗК разработал «Наставление земельным комитетам по применению “Правил об охране лесов и их рубке”». По сути, оно было основами лесоохранительного закона. Согласно этому документу все казенные леса изымались из ведения земельных комитетов, учреждался лесной надзор, в состав которого входили представители земельных комитетов из опытных лесоводов, лесничих и иных лесных специалистов, назначаемых при содействии Всероссийского союза лесоводов. Лесной надзор имел широкие полномочия при осмотре лесов, наблюдении за рубкой, заготовкой и вывозкой лесного материала, пресечении незаконных рубок. Губернские земельные комитеты утверждали представителей лесного надзора, имели право контролировать расчистку леса. Уездные земельные комитеты давали разрешение на расчистку лесов, на пастьбу скота в частных или казенных лесах при определенных условиях, имели право инициировать перевод лесов в категории защитных и водоохранных. Указывалось на необходимость первоочередного удовлетворения нужд армии и промышленности в лесных материалах. Волостные комитеты не должны были препятствовать подобным лесозаготовкам 377 .

Данные правила в виде отдельного «Положения об охране лесов и их рубке» были вынесены на повестку заседания Земельной комиссии Предпарламента 23 октября под председательством Н. Я. Быховского с участием заместителей министра земледелия Н. И. Ракитникова, П. А. Вихляева, Н. И. Фалеева, председателя ГЗК А. С. Посникова 378 . Правда, по существу этот документ комиссия так и не рассмотрела.

Участники II Всероссийского съезда ЛАР в июне 1917 г. высказались за национализацию лесов и передачу их в преимущественно кооперативное или земское пользование 379 .

Вопросы водопользования лишь изредка обсуждались Временным правительством. В продолжение работ, начавшихся еще в царский период по использованию водной энергии реки Малая Иматра (Положение утверждено Советом Министров от 23 декабря 1916 г.), 25 июля правительство издало постановление о распространении аналогичных мероприятий на р. Волхов и об улучшении судоходства по ней. На данные мероприятия из казны выделялось 32 млн руб. 380

При отделе земельных улучшений Министерства земледелия в июле 1917 г. была создана Комиссия по организации водного хозяйства и водного режима в связи с подготовкой аграрной реформы. Руководил комиссией видный специалист по водному праву Д. С. Флексор. Первое заседание состоялось 24 июля, на котором рассматривался план мероприятий по организации водного хозяйства страны. Предполагалось провести водный кадастр, определить меры для сбережения водных запасов с учетом местных особенностей отдельных территорий, разработать общегосударственное водное законодательство и др. В комиссию вошли авторитетные специалисты водного, лесного, сельского хозяйства: В. И. Масальский, В. Г. Глушков, Е. Л. Кениг, И. И. Вихляев, Г. Ф. Чиркин, В. В. Никитин, А. А. Рыбников и др. 381

Обращает на себя внимание найденная нами докладная записка акционерного общества «Развитие и использование производительных сил России», составленная 10 июля 1917 г. и адресованная министру земледелия. Ее авторами явились директор «Бюро экономических работ» Л. Л. Рума, уполномоченные Уральского земельного инженерного товарищества (А. Скобелев, К. Николаевский, К. Г. Толстой). Они раскритиковали деятельность отдела земельных улучшений, указав на допущенные ошибки: отсутствие у него общего плана мелиоративных работ, сотрудничества с частными организациями, реализация «сложных и ответственных мероприятий без надлежащей и авторитетной разработки проектов». Под последним они подразумевали поручение оросительных и осушительных работ дилетантам, в то время как опытные зарубежные специалисты из Индии, Египта, США предлагали свою помощь. Инженеры советовали при проектировании оросительных систем обращаться за экспертизой к мировым специалистам, привлекать к реализации крупных проектов частный капитал, в т.ч. иностранные инвестиции, разработать основы водного законодательства. При этом государство осуществляло бы координирующую и инспектирующую роль 382 . Иными словами, рекомендовалось наладить частно-государственное партнерство в деле мелиорации и развития водного хозяйства страны.

9 сентября на заседании комиссии обсуждался доклад профессора В. Г. Глушкова об учете и регулировании водных запасов страны. По мнению докладчика, воды России представляли собой «национальное имущество громадной ценности и первостепенного значения для жизни и хозяйства населения». Они должны были находиться в публичной собственности. Для правильной (т.е. рациональной) организации водного хозяйства требовалось провести учет и описание всех водных ресурсов государства. Комиссия дополнила рассуждения ученого выводами о важности составления водного кадастра, проведения единовременных обследований водных ресурсов и в дальнейшем постоянных наблюдений за их свойствами. Регулярные наблюдения за водами следовало начать в тех районах, где остро стоял вопрос водопользования, в иных местностях достаточны были бы гидрометрические и метеорологические пункты. В целях экономии средств необходимо было проводить наблюдения в малоизученных районах, а также для решения особых задач создавать экспедиции. Работа по изучению и учету водных ресурсов страны должна была координироваться единым государственным органом управления, финансироваться правительством. В помощь государственным усилиям важно было привлекать население. Все работы местного значения ложились бы на плечи органов местного самоуправления. Для государственных и общественных нужд водопользования необходимо было осуществлять мероприятия по сбережению и улучшению водных запасов, водного режима. Причем это могло было быть сделано в форме сохранения естественных условий или в виде искусственной, водоустроительной деятельности человека. Отдельного внимания заслуживали вопросы законодательного урегулирования водопользования и водосбережения, в т.ч. в связи с охраной лесов в верховьях и по берегам рек 383 .

На заседании 16 сентября Д. С. Флексор выступил с докладом о важности общего водного законодательства, которое бы охраняло воды от «хищнической их растраты», вводило бы учет, регулирование и распределение водных запасов страны, регулировало бы борьбу с оврагами. Большое значение юрист придавал популяризации идей бережного отношения к водным источникам, практике подготовки специалистов разных отраслей водного хозяйства, распределению финансирования мероприятий в сфере водопользования между государственными, общественными и частными организациями и учреждениями 384 .