Чтение онлайн

Его прервал грубый мужской голос со стороны арки:

— А я не понимаю, что вы трое здесь делаете?

В темноте, закутавшись в пышную велюровую мантию, стоял смотритель скриптория Пелкор. Широкоплечий нисмант сделал шаг и поманил их толстым пальцем.

— Трое? — тихонько переспросил Уотт.

Верф оглянулся, только теперь заметив, что Имарос исчез. Наверное, спрятался за кафедру или скрылся за стеллажом. Очень вовремя, но мог бы предупредить и их.

— Ну что же вы? Живее, братья, — прогремел Пелкор, потирая громадные ручищи. — Розги сами к вам не придут.

— Спасибо, Верф, — пробубнил Дольф, нехотя зашагав к архивариусу. — Из-за твоего каменного мужика на нас теперь живого места не оставят.

— Не жалуйся, брат мой. На все воля божья, — шепнул Уотт. — Жаль только, пострадаем ни за что.

Верф шел рядом, бросая сосредоточенные взгляды на друзей. Кое в чем он все-таки убедился. Их точно отправят в горы.

***

Едва Пелкор с прислушниками покинули скрипторий, Имарос выглянул из-за стеллажа и тихонько засмеялся. В этой кеновии все были такими гордыми и важными. Никто не воспринимал его всерьез, а между тем он один здесь планировал каждый шаг. Он мало разговаривал и много думал, расплачиваясь за это одиночеством, но лучше уж видеть картину целиком с печатью молчания на устах, чем ударяться в словоблудство, не замечая элементарных вещей. Разум его подчинялся иным законам, и не было в нем места ошибкам. Собственное разоблачение он ловко разыграл. Как иначе ему бы удалось узнать, что затевает эта троица?

Имарос подкрался к кафедре и стал переворачивать страницы бестиария. Жаль, что братьев рассекретили и теперь накажут. Уотт всегда был добряком, да и Верф оставался славным малым, пока к нему не возвращались замашки деревенского парня. Только Дольф — этот маленький южный зверек — заслуживал сотен плетей, желательно с двух сторон и по детородному органу, которым паренек все равно уже никого не породит.

— Значит, каменный мужик… — себе под нос промурлыкал Имарос, второпях просматривая названия существ.

В книге не было порядка, и ему пришлось изрядно попотеть, прежде чем удалось отыскать создание, о котором рассказывал дед. Пелкор мог вернуться в любую минуту, поэтому Имарос стал читать частями, пропуская предложения:

— Големы — неживые сущности, созданные из твердого материала и оживленные с помощью магии. Достигают любых размеров. Принадлежат к роду низших гомункулусов. Ареал обитания — преимущественно гористая местность… Бывают двух типов: рукотворные и природные. Природных големов от рукотворных отличает способность к росту (см. Ниргалион). Големы появляются в местах древних развалин, где зреет энергия прошлого и среди залежей металлов. В среднем вырастают на полфута в год. Классифицируются в следующем порядке. Каменный голем — созданный из твердых пород камня. Болотный голем — вылепленный из глины. Огненный голем — выточенный из обсидиана. Ледяной голем — вырезанный из глыбы льда. Металлический голем (только рукотворный тип) — составленный из различных металлических элементов. Обладают магическими способностями… — Тут Имарос в изумлении присвистнул. — Находятся в зависимости от стихий породивших их, и могут быть ими же разрушены…

Странно, что он так мало о них слышал. Големам у Герхарда было уделено аж три страницы. Все они выглядели одинаково — бесформенное тулово с отростками в форме рук и ног и подобие башки на широких плечах. Исключением были металлические големы, которых создавали похожими на прекрасных воинов, с ног до головы закованных в мощные латы.

Дочитав до конца, Имарос умиротворенно улыбнулся и закрыл фолиант. Даже после праздничных обедов он не чувствовал такого насыщения, как после чтения полезной книги. И пусть сейчас это была капля в море, все равно он стал умнее и мог применить знания на практике.

— Значит, воля должна быть подкреплена магией, — вслух произнес Имарос, вспоминая детали сна, описанного Верфом. — Если все это правда, остается только выяснить — какой именно.

Безупречная манера мышления помогла ему отсечь все лишнее. У остальных не было ни шанса. Мантия практика будет принадлежать только ему. С этими мыслями он погасил лампу и вышел из скриптория.

***

Верф опомниться не успел, как очутился на подъездной площадке за пределами кеновии. Дольфа и Уотта увели на склад, а его мастер Торакс лично привел сюда. Сначала Верфу показалось, что его собираются выгнать. Он уже хотел требовать встречи с аббатом, чтобы доказать — проникновение в скрипторий было вынужденным проступком, но страхи быстро рассеялись, стоило увидеть на мосту две повозки. Рядом стояли ополченцы, облаченные в бело-голубые сюрко и кольчатые доспехи. Три воина, опоясанные короткими мечами, разгружали телегу, наполненную деревянными коробами. Еще один — коренастый, расположился с краю площадки в тени чахлой лиственницы и, облокотившись об перила, разглядывал что-то внизу.

Вскоре из распахнутых ворот вышли Дольф и Уотт. Оба несли по мотку пеньковой веревки.

— Аккуратнее с ящиком! — прогремел Торакс, предостерегающе поднимая две громадные ручищи. — Серая пыль не терпит волнений. Вы же не хотите взорвать мост!

— Не беспокойтесь, ваше преподобие. На данный момент ящик — это наша работа, а ее мы выполняем на совесть, — самонадеянно отозвался молодой ополченец с пухлыми розовыми щеками. — Что до безопасности, так это наше второе имя!

— Я и первого не слышал. Осторожнее, говорю вам.

— Взорвать? — робко переспросил Верф. — Что вы собираетесь тут взрывать?

Рослый келарь медленно повернулся и уткнул загрубевшие кулаки в бока. Пристально посмотрев на него, Торакс задумчиво произнес:

— Пожалуй, следует рассказать вам сейчас. Все равно тоже туда полезете.

— Куда это мы полезем? — заволновался Уотт, роняя веревку под ноги.

— Вчера под мостом братья-удильщики обнаружили вход в пещеру, сокрытый чарами. Вглубь вел узкий тоннель…

— Почему вы считаете, что он был зачарован, мастер? — рискнул спросить Дольф, прижимая моток пеньки к груди.

— Потому что часть каменного склона просто осыпалась, словно пыль. Должно быть, чары со временем потеряли силу. Его высокопреподобие предполагает, что их наложили люди, построившие эту крепость.

— Замечательно, но зачем там что-то взрывать? — повторил Верф.

— Потому что это больше не крепость. Милорд аббат не хочет, чтобы в кеновию можно было попасть иным способом, кроме как по мосту. Мы внимательно все изучим, а потом вернем этому месту первозданный вид.

— Но как же… — хотел было ввернуть Уотт, судя по выражению лица не горевший желанием стирать руки о веревку, но прямой взгляд келаря подавил приступ любопытства.

Торакс обладал удивительным даром моментально прекращать любую беседу. Для этого требовалось лишь внимательно посмотреть на собеседника. Взор мастера в такие минуты напоминал ястребиные зеницы, пробирая до самых костей.

— Вас — нарушителей — это не должно беспокоить. Хватайте ящики и спускайте их вниз. Я прослежу.

Дольф уныло глянул на повозки, в которых помимо деревянных коробов с порошковой смесью было много другого барахла.

— Я бы предпочел розги, — пробубнил паренек, глядя на мозолистые ладони. — Кожа на руках дольше заживать будет.

— Кто сказал, что ты их не получишь? — прогремел Торакс, выслушав взрыв хохота со стороны ополченцев. — Вечером перед капитулом вас всех ждет жаркая молитва, а теперь за работу, бездельники!

Верф едва не возмутился. Не бывает наказания в виде труда и порки поочередно. Оставалось только надеяться, что келарь просто шутил. Ведь не могли же их так сурово наказать за то, что они, в отличие от полуобразованной братии, добровольно спустились в чертов «Крипторий».

Подойдя к краю, туда, где стоял коренастый ополченец, он заметил, что у его ног к каменным перилам уже привязана веревка.