Чтение онлайн

После Пятьдесят седьмой улицы им надо было ехать прямо. Искушение прибавить газу было сильным, но рисковать они не имели права. Автостраду патрулировали многочисленные копы на мотоциклах. Если их остановят — все пропало. Наручники — сами по себе достаточный повод для немедленного препровождения в ближайший полицейский участок. Они, конечно, без труда все объяснят, но время будет упущено.

До платного моста через реку Харлем они шли на скорости шестьдесят восемь километров в час. У моста им удалось, немного повозившись, спрятать скованные руки. Сэм вытянул в окошко свободную левую и заплатил десять центов.

Переехав мост, они увеличили скорость до семидесяти двух километров в час. На набережной они плавно перешли на семьдесят семь и дальше двигались уже с этой скоростью. Они понимали, что Джим Партридж тоже поедет быстро, но у него двадцать минут форы.

У ближайшего перекрестка они свернули направо, чтобы объехать стройку. Дальше дорога шла в гору. На Сентрал-авеню они увеличили скорость до восьмидесяти километров в час.

Через десять минут они с ревом ворвались в Хиллкрест и начали подниматься на холм, который возвышался перед поместьем «Двенадцать часов». На полпути Джонни объявил:

— Отсюда пойдем пешком. Подъезжай к обочине.

Маневр был рискованный, учитывая крутизну холма, но они справились: надели ремни безопасности и заглушили мотор на низкой передаче. Выбравшись наружу, они полезли в гору. Путь им частично освещали уличные фонари.

Наконец они очутились у ворот поместья «Двенадцать часов». Они были широко распахнуты. В доме ярко горел свет. На веранде тоже.

— Черт! — пробормотал Джонни. — Кажется, у них вечеринка.

Они взбирались по дорожке, символизирующей шесть часов. Приблизившись к веранде, Джонни заметил Эрика Квизенберри. С ним были Эллен и Дайана Раск. А еще Николас Бос!

Джонни жестом приказал Сэму остановиться метрах в трех-четырех от веранды. Лучше им держаться подальше от яркого света, чтобы не выставлять напоказ наручники.

— Добрый вечер, друзья, — произнес Джонни. — Мы не опоздали на вечеринку?

— Ха! — вскричал Николас Бос. — Осмелиться прийти сюда? Хорошо. Вы человек, который я хотел видеть. Часы, что вы мне продавать…

— «Говорящие часы», мистер Бос?

— Мистер Бос требует, чтобы я забрала часы назад, — торопливо пояснила Дайана. — Он утверждает, что они… не говорят.

— О, — сказал Джонни, — только и всего? Какая ерунда! Да вам завтра же за доллар изготовят маленькую пластинку с любым текстом, какой только пожелаете!

— Нет! — бушевал Николас Бос. — Вы есть вор, мистер Флетчер! Большой негодяй! Не сказать мне, что часы не в порядок, когда заставили меня сегодня их купить…

— Я не заставлял вас, Бос, — оборвал его Джонни. — Вы сами суетились вокруг них, как цыпленок с отрезанной головой — так вам хотелось их купить. Вы предлагали за них семьдесят пять тысяч долларов. Мисс Раск получила сорок…

— Если они не говорить, это не то же самое! — взорвался Бос. — Вы тоже это знать, негодяй!

Джонни громко откашлялся.

— А не зайти ли нам в дом? Я собираюсь произнести разоблачительную речь. Уверен, она заинтересует всех. — Он быстро посмотрел на дорожку «Три часа». Что там мелькнуло — не тень ли в листве у ограды?

— Почему бы вам не приступить к своему разоблачению прямо здесь? — предложил Эрик Квизенберри. — Раз уж все мы собрались вас послушать.

Тут Сэм Крэгг толкнул Джонни.

— Он здесь! — хрипло прошептал он.

Джонни громко ответил:

— В доме освещение лучше. Я хочу показать…

В это время с дорожки «Три часа» раздался выстрел. Все услышали крик и топот ног — по дорожке, по щебню, потом по траве. Джонни отскочил влево и чуть не упал, так как у Сэма не получилось двигаться с ним в унисон. Вторая попытка удалась.

На веранде все как один повскакали, заговорили. Джонни побежал так быстро, как никогда прежде. Один раз он споткнулся. Сэм за ним не поспевал.

Темноту раскололо оранжевое пламя — прогремел еще один выстрел. На этот раз звук доносился слева. Джонни развернулся и потащил Сэма в том направлении.

— Он пошел вокруг дома! — задыхаясь, выпалил он. — Бежим ему навстречу!

Пробегая мимо веранды, Джонни заметил испуганные лица стоящих там людей. Они кинулись вниз по дорожке «Девять часов». Где-то за домом прогремел третий выстрел.

На полпути вниз Джонни заметил приближающуюся к ним тень. Он резко затормозил, и Сэм, потеряв равновесие, шлепнулся на землю, потянув его за собой. Какое-то время они безуспешно барахтались на траве. Едва они поднялись, как на них налетел бегущий. Сэм повел рукой вправо… и фигура врезалась прямо в наручник, сковавший их руки.

От сильного толчка Джонни с Сэмом стукнулись друг о друга, но тот, кто мчался, угодил в ловушку. Неизвестный не сдавался: лягался, извивался, даже бодался, но против Сэма Крэгга он был бессилен — даже против Сэма Крэгга только с одной свободной рукой. Сэм замахнулся, ударил раз, другой… и их противник упал.

Тут из кустов выбрался Джим Партридж с пистолетом в руке. В свете фонарей с веранды он узнал Джонни Флетчера.

— Ты! — воскликнул он в ужасе.

Стоящий на четвереньках Джонни вдруг стремительно бросился вперед и ухватил Партриджа за лодыжку. Потом дернул, и Партридж рухнул на землю. Сэм навалился на Партриджа и быстро успокоил его всего одним ударом своего мощного кулака.

— Ну и дела! — сказал Джонни. — Достал ты Партриджа!

Он вцепился в воротник второго человека и, вставая, потянул его за собой. Сэм подхватил Партриджа, также находящегося без сознания.

Они вернулись к веранде — скованные наручниками, волоча свободными руками по неприятелю. Навстречу им выскочила Эллен Раск:

— Я уже вызвала полицию. Они сейчас будут здесь!..

— В этом уже нет необходимости, — бесстрастно произнес Джонни. — Больше неприятностей не будет.

— Мистер Партридж! — Дайана Раск открыла рот от изумления.

— Да, Партридж! Но он был только орудием в руках другого… Мистер Квизенберри, вот тот таинственный бродяга, о котором я вам рассказывал. Тот, кто убил вашего сына в Миннесоте…

— Но это же… обыкновенный бродяга! — Эрик Квизенберри находился в замешательстве.

Джонни перевернул бесчувственное тело на спину. Свет упал на лицо бродяги.

— Ну, что скажете? Теперь понимаете, почему мы не обратили на него особого внимания в Миннесоте? Грим просто превосходен…

— Грим? — повторила Дайана Раск.