Граф Лондона
Шрифт:
Она зашла мне за спину и стала стягивать пиджак.
— Тонкая талия. Сверкающие, яркие глаза.
Она расстегнула запонки у меня на манжетах рубашки, аккуратно положила их на прикроватный столик, затем вытащила концы рубашки из брюк, ее прохладные пальцы скользнули по моей разгоряченной коже, когда она стала снимать рубашку с моих плеч. Словно загипнотизированная видом моего тела, она медленно провела пальцем по моей коже над поясом брюк. Потом стала теребить пальцами, пытаясь расстегнуть ремень на брюках.
— Мне нравится каждая твоя часть, которую я видел. Теперь я хочу посмотреть, нравятся ли мне те части, которые ты скрываешь от глаз. Твоя киска такая же мягкая и горячая, как я предполагаю? — Она замерла также, как и ее пальцы, перевела дыхание. — Будешь ли ты отчаянно стонать, когда я буду сосать и кусать твои соски?
И будто потребность, перемешанная с отчаянием, пробежали по ее телу, она вдруг резко обмякла, потеряв равновесие. Я скользнул руками вокруг ее талии, удерживая ее в вертикальном положении. Она вздохнула, спустила мои брюки, глядя мне прямо в глаза, скользя вниз по моим боксерам, опускаясь на колени.
— Хорошая девочка, — сказал я, пока она торопясь стала разбираться с моими ботинками и носками. — Поднимись. — Если бы она пробыла еще секунду на коленях передо мной, я поддался бы соблазну трахнуть ее в рот.
— Не уверена, что мне нравится, когда мной командуют.
— Расслабься. Не думай, нравится тебе это или нет.
Она поднялась на ноги, остановив свой взгляд на моем толстом, твердом члене, пульсирующем на уровне живота.
— Продолжай делать то, что я тебе говорю, и ты получишь много раз мой член. Повернись.
Она посмотрела на меня, нахмурившись. Провела языком по верхней губе, но все же медленно повернулась.
Господи, неужели она не понимает, что каждое ее движение заставляет меня с трудом сдерживаться, чтобы не трахнуть ее прямо сейчас?
Я расстегнул молнию на ее платье, и оно упало к ее ногам, не дав мне возможности насладиться чем-то еще, кроме ее обнаженной спины и черных кружевных трусиков. С этого момента она принадлежала мне.
— Без лифчика, — произнес я, слова застряли у меня в горле. — Повернись.
Она перешагнула через платье на полу и повернулась ко мне.
— Сними это, — сказал я, кивая на ее трусики.
Она колебалась, переминаясь с ноги на ногу.
— Я хочу увидеть твою киску. Сними их… не заставляй меня просить еще раз.
Она прикусила нижнюю губу, явно раздумывая.
Это был переломный момент. Сдастся она или нет? Я молчал, пока она пыталась решить, готова ли подчиниться мне.
Ее дыхание стало прерывистым, самомнение закружилось у меня в груди, когда она просунула пальцы под трусики и сняла их.
Она сама добровольно отказалась от контроля. Она была моей.
И она никогда не выглядела такой красивой.
Выпрямившись, она скрестила руки на груди. Я отрицательно покачал головой.
— Нет. — И развел ее руки в стороны. — Твое тело — мое, пока мы вместе. Ты не должна его скрывать. Оно мое, чтобы его рассмотреть, поклоняться, использовать, трахать. Ты предоставила его мне.
Я провел пальцем от ее пупка к идеально зрелой груди, ее розовые соски уже затвердели и отчаянно нуждались в моих прикосновениях. Я зажал каждый из них большим и указательным пальцами, она нахмурилась, затем откинула голову назад и ахнула.
— Я могу делать с тобой все, что захочу.
— Логан, — прошептала она. — Только не причиняй мне боли.
Я не был фанатом БДСМ, хотя пару раз пробовал, был в нескольких клубах. Что мне нравилось в этой системе, так это контроль, устанавливающий баланс сил. Мне нравилось, что партнерша готова довериться мне, а я готов ей дать то, в чем мы оба нуждались. Я отпустил грудь Дарси и взял ее лицо в руки.
— Я собираюсь сделать все, чтобы заставить тебя чувствовать себя очень хорошо.
Прижавшись к ее губам, наши обнаженные тела стали соприкасаться, ее пальцы заскользили по моей спине. Я просунул язык между ее губами и начал исследовать.
Отстранился от нее, и желание пронзило мои внутренности, как только я заметил покрасневшие губы Дарси и ее спутанные волосы.
Я подвел ее к кровати, обхватив за задницу, и подтолкнул на матрас, и пока она падала, ее волосы развевались позади, как будто она находилась под водой.
Раздвинув ее колени, я обратил свой взор между ее бедер. И блеск на подстриженных волосах сообщил мне все, что следовало знать. Я привык к женщинам с побритыми кисками, но мне нравилось, что у Дарси все было по-другому. Ее это устраивало. Доказывая, что она независимая, настоящая женщина, которая меня так очаровала.
Поглаживая руками ее бедра, я прижался губами к ее мягкой плоти чуть ниже бедра, проводя губами едва ощутимую линию к другому бедру. Она запустила пальцы мне в волосы и вздохнула так, будто это она пользовалась мной, пока я поклонялся ее телу.
Но все было не так, но по какой-то неизвестной причине химия между нами была легкой. Возможно, потому, что я четко распределил роли, начерченные на песке, или, возможно, потому что она хотела отдать мне свой контроль. Я прижал язык к ее животу и провел дорожку между ее тяжелыми молочно-белыми грудями. Вся ее тело было полной противоположностью женщинам, с которыми я привык трахаться, но я никогда не испытывал такого возбуждения. Я провел зубами по ее соскам, и она выгнулась, извиваясь подо мной. Готов поспорить, что никто и никогда не осмеливался как следует трахнуть эту женщину, ее.
До сих пор.
Обхватив ее обеими руками, я стал целовать, оказывая сопротивление ее пальцам на моей шеи. А потом лег на спину.
— Садись на меня, — приказал я, схватив ее за бедра и подталкивая к своему лицу. — Я хочу тебя попробовать.
Она ахнула.
— Нет, я не могу…
Я слегка шлепнул ее по заднице.
— Ты забыла, что я сказал, кто здесь главный? — Подушечками пальцев я впился в ее задницу, подталкивая к себе, вперед. — Держись за спинку кровати и скажи мне, когда ты будешь готова кончить.
Ее киска пахла медом, как только я погрузил в нее свой язык. Я начал прокладывать дорожку через ее складки, кружить вокруг клитора, затем снова двинулся ниже. Господи, как же мне нравилось доставлять удовольствие этой женщине, которая не знала, что может быть так хорошо? Самое лучшее, что может быть. Доставлять Дарси удовольствие, которого у нее никогда не было раньше, это все равно, что укреплять свою власть в доминировании. Она пыталась сдерживаться, сдерживать свои вздохи и стоны, пока я удерживал ее на месте, но, в конце концов, начала двигать бедрами навстречу моему языку, как только начал нарастать ее оргазм.