Чтение онлайн

Читают бессмертный и вечный рассказ»

— У меня тоже стих. И тоже такой непонятный, что мозг сломать можно, — заметил Виктор.

— Это кажется невероятным, но мы с Рагнаром и Мурфиком разгадали мою шараду. Мы поняли смысл. Бились над ним долгими ночами, рассматривали самые разные варианты, порою настолько дикие и нелогичные, что хотелось волком выть от бессилия. Но в итоге разгадка была найдена.

— И какой же сокрытый смысл таит в себе твоя Печать?

Даша перевернула кролика и, сделав пару глотков из бутылки, ответила:

— Глупый ребус говорит о священной реликвии, которую храмовники берегут как зеницу ока уже многие столетия, если не тысячелетия. Эта реликвия — книга, толстенная такая книга с толстым золотым переплётом, инкрустированным самыми немыслимыми самоцветами со всего мира и даже из-за его пределов. Такая махина стоит целого дворца, но инквизиторский орден, видимо, мало заботит богатство. Никто из них, кстати, не знает, что написано в этой книге, потому что какие-то там пророчества гласят, что никто не смеет читать святые строки из этих писаний.

— И какой тогда смысл в этой драгоценной макулатуре?

— Да никакого. Ну, нет, смысл-то есть. Книга — это символ. У неё даже нет названия. Просто Книга, вот. Иногда её ещё называют Книгой Сожалений. Но, чувствую я, в ней таится такая информация, которая способна перевернуть всю Вселенную с ног на голову и сделать читающего абсолютным богом. Шучу, конечно, всё не настолько скверно, иначе давным-давно нашёлся бы умник, который всё-таки добрался бы до Книги и прочитал её. Именно за этой Книгой мы и охотились. Именно ради неё мы пришли в самое логово Ордена, в их столичный храм. Слухи гласили, что Книга находится прямо здесь, в подземелье, глубоко-глубоко под городом, и что её охраняют сами ангелы… в общем, реальность оказалась гораздо более приземлённой. Реликвии тут не оказалось, а в образе бравых стражей священной пустоты оказались лишь сами инквизиторы да отряд разъярённых герцогских рыцарей.

— Зачем вы искали эту Книгу? Вам что, не хватало денег?

— Мне хватало. Рагнару — нет. Возможно, именно из-за этого он и затеял весь этот поход. Но мои мотивы были иными: моя печать гласит, хоть это и не сразу заметно, о том, что я должна прочесть эту книгу. Ну, или хотя бы взглянуть на её страницы одним глазком. В самом крайнем случае — хотя бы просто отыскать её.

— Не понимаю. Зачем? В чём смысл?

— Такие правила игры, Витенька. Лагош развлекается. Он не обременён юридическими ограничениями. Он волен не раскрывать тебе всех частей договора. И он устанавливает условие: тот, кому он дарует, скажем, молодость, должен отправиться в этот мир и выполнить некое указание, которое он завуалировал и нанёс на сердце испытуемого в виде мистической печати. Шарады, которые он загадывают, всегда практически невозможно отгадать, а смысл их в итоге сводится к какой-нибудь мельчайшей глупости. Мол, Лагош загадал гражданину Ивану Ивановичу, чтобы тот трижды подпрыгнул и прокричал: «Ку-ка-ре-ку-у-у!», и тогда договор будет выполнен. Но это будет так искажено поэзией, что Иван Иванович никогда в жизни не сможет догадаться, что от него требуется.

— Ну, и что? Пусть не догадается наш Ваня до сути. Получил молодость — и пусть себе живёт в герцогстве, да не тужит.

— Вот тут-то и загвоздка, — хмыкнула Даша. — Лагош не говорит о том, что на выполнение его задания даётся определённое время.

По спине Виктора пробежал холодок.

— Ч-что? Время? Сколько? — со страхом в голосе спросил он.

— Один земной год, — после недолгой паузы ответила девушка. — И мой год подходит к концу. Я безбожно опаздываю.

Виктор, предчувствуя худшее, решил задать самый страшный вопрос:

— Что будет, если ты не уложишься в установленные сроки?

Даша снова приложилась к бутылке, на этот раз осушив её наполовину. Протянув вино Виктору, ответила:

— Моя душа станет его собственностью. Станет издеваться. Как предположил Мурфик, скорее всего, он вернёт меня на Землю.

— Так это же хорошо. Вернуться на родину и всё такое.

— Да не совсем. Он запихнёт меня обратно в то обезображенное тело и будет поддерживать в нём жизнь ещё полвека, пока мои кости не станут ломаться от дуновения ветра. И после этого то, что называется душой, отправится в копилку к этому гнусному демону, а я останусь обречена на вечные муки в междумирье.

Воцарилось молчание. Виктор вдруг окончательно понял, во что ввязался. Перспектива стать трофеем обожествлённого махинатора казалась не просто безрадостной, а невыносимо беспросветной, лишённой всяческой надежды хоть на мало-мальски благоприятный исход.

— Я, если что, уже свыклась с этой мыслью, хотя всё равно меня каждый раз кидает в дрожь, как думаю о своей дальнейшей судьбе, — сказала Даша. — Но это не значит, что я опустила руки. Мы с Мурфиком продумали план… план по выведыванию информации о местонахождении Книги. Мы сошлись во мнениях, что обладать этими данными могут лишь два человека на всей планете. Это Его Преосвященство епископ Клод Люций и Его Светлость герцог Авельонский Герберт Чаризз.

— А где сейчас Рагнар Чёрный? Почему он тебе не помогает?

— Поверь, он помогает, но инкогнито. Он не может появиться в столице, потому что его сразу же схватят и повесят, поэтому его помощь заключается в дёргании за некоторые ниточки в этом богами проклятом городе. Конечно, не так эффективно, как личная помощь, но тоже неплохо. Так вот, по поводу плана. Я долгое время пробиралась в храм Ордена, надеясь вынюхать хоть что-то, но ничего в итоге выяснить не удалось. Клод Люций, видимо, планирует унести эту тайну с собой в могилу. И думается мне, что во дворце среди бухгалтерии тоже нет смысла копаться. Поэтому… кхм… поэтому нам нужно побеседовать с одним из хранителей секрета лично. Лично!

— Лично с епископом? Да он одним движением руки заставит нас четвертовать, как только увидит.

— Вот именно. Поэтому остаётся лишь герцог. Но как к нему подобраться? С глазу на глаз он говорит только с высокопоставленными чиновниками, главенствующими банкирами, отличившимися в боях полководцами и просто обеспеченной знатью. Остальные же довольствуются беседой с его управителями.

— И как быть? Пробираться к нему в спальню, заковывать в кандалы и допрашивать с пристрастием? Может, оторвём ублюдку большой палец?

— По-твоему, это смешно? К Его Светлости просто так не подберёшься. Его охраняют пуще российского президента. Так что единственный вариант — праздник, который состоится через несколько дней. Праздник, на котором Герберт Чаризз снизойдёт до общения со своим народом.

— В честь чего гуляния? День независимости Пепельников? Или, может, Болотневство?

— Как-то у тебя с юмором сегодня не очень, — заметила Даша. — Никак слабость сказывается. Нет, глупый, всё гораздо банальнее: герцогская дочка выходит замуж. Будет пир на весь мир, балы до утра, рыцарский турнир и море заколотых в спину пижонов в париках. Мы с тобой, накинув на себя капюшон чужой легенды, прикинемся знатью из пограничной провинции и проникнем на пиршество. А дальше всё строго по плану: я втираюсь в доверие к Его Светлости и обманом вытягиваю из него всю необходимую мне информацию. Или это сделаешь ты. А после того, как я узнаю, где находится Книга…

— Стой-стой. Это и есть твой план? Прийти, забрать сведения и уйти? Так просто?

Девушка смущённо отвернулась:

— Ну, эта часть плана ещё не до конца проработана, так что придётся импровизировать. Но других мыслей у меня нет, а времени остаётся совсем мало. Катастрофически мало.

Виктор втянул носом аромат жарящегося мяса и его рот сразу же истёк слюной. Руки сами потянулись к ещё сыроватому кролику, но глядящая в оба Даша хлёстким ударом по пальцам обломала голодному и раненому Виктору все планы на скорый обед.