Графиня на арене
Шрифт:
– Да, думаю, не стоит.
Эллиот прищурился.
– Я тебя чем-то обидел?
– Нет.
– Просто вид у тебя не самый довольный.
Джо извернулась в седле, чтобы посмотреть назад – на остальных. Жан Луи и Арлетт что-то увлеченно обсуждали и смеялись, сильно жестикулируя.
– Не волнуйся, они нас не услышат, – успокоил ее Эллиот.
– Я собой недовольна, – призналась Джо, не глядя на него.
– А-а.
Она резко обернулась.
– Как это понимать?
– Никак.
– Та ночь больше не повторится.
– Это ты уже говорила.
Его слова прозвучали так мягко, что Джо еще больше разозлилась. Ну почему она ведет себя как жеманная школьница?
«Потому что ты в него втюрилась, цыпленочек».
«Ох, отвяжись, Мунго».
– Тебе не приходило в голову, что Гай и Син тащили это оружие с собой в такую даль не просто так? Что у них могут быть на него свои виды?
– Будет безопаснее для них – и для всех остальных – не встречаться с Домиником Стриклендом вооруженными.
Эллиот уже хотел было возразить, но неожиданно для нее сказал:
– Знаешь, а тут я с тобой согласен. Но что, если, когда мы доберемся до места, окажется, что они уже забрали оружие из тайника?
– Тогда придется добывать винтовки и пистолеты где-нибудь еще.
Эллиот расхохотался.
– Что смешного?
– Ты так уверена, что будет где – не говоря уже о том, что совесть по поводу предстоящей кражи тебя явно не мучает?
– После двадцати лет войны в Европе оружия пруд пруди. Если кто-то сейчас не в состоянии раздобыть пистолет, у него нет никакого права им пользоваться.
– Верно, – признал Эллиот. – Но пистолеты стоят дорого, и хозяева обычно неусыпно за ними следят.
– Пьяные солдаты везде одинаковые – не особо заботятся о безопасности, когда дело касается вина и женщин.
– Что ты хочешь этим сказать?
– А что, по-твоему, еще можно этим сказать?
Тонкие, но идеальной формы губы Эллиота скривились.
– Будем надеяться, оружие все еще в фургоне, и тебе не придется убеждать пьяных солдат уступить тебе свое.
– Почему?
– Потому что соблазнять пьяных солдат опасно, – огрызнулся Эллиот, и при этом у него самого был довольно опасный вид.
– Ну, это уж не твое дело.
Брови Эллиота сошлись на переносице.
– Если ты думаешь, что… – Он замолчал, и у него глаза полезли на лоб, а потом рассмеялся. – Все ясно.
– Что это тебе ясно?
– Ты споришь просто для того, чтобы поспорить.
– Что?
– Так и есть.
– Вовсе нет.
– Точно-точно.
Эллиот самодовольно ухмыльнулся, и Джо немедленно захотелось кулаком стереть эту ухмылку с его лица.
«Нет-нет, цыпленочек. Не лги себе: ты хочешь стереть ее поцелуем».
«Отстань, Мунго!»
Эллиот фыркнул, глядя как Джо дает Ангусу крошечный ножичек в лапки и отсылает его к их друзьям. Как и следовало ожидать, Доминик всех обманул. Вместо того чтобы просто поговорить с Марианной, как обещал в письме, он захватил всю группу в плен и запер в подземелье самого маленького замка в мире.
– Хотел бы я своими глазами увидеть рожу Гая, когда он получит этот нож, – сказал Эллиот.
Лицо Джо озарила улыбка, что с ней случалось нечасто.
– Если отправлю им что-нибудь посерьезнее, боюсь, они сами попытаются вырваться из заточения.
Эллиот понимал, что она права. Крошечный ножик и появление Ангуса просто даст им знать, что их не бросили. По словам Джо, все шло по плану, хотя она, конечно, не стала делиться этим планом с ним.
Жан Луи бесшумно возник из-за деревьев и, присев на корточки рядом с Джо, спрятался вместе с ними среди кучи валунов.
– Ты была права: Стрикленд действительно очень рассчитывал на Бруссара с его шайкой. По словам мальчишки, которого мы поймали, он сказал своим людям, что скоро их услуги больше не понадобятся, потому что придут настоящие солдаты и будут охранять Стрикленда по пути туда, куда он собирается направиться дальше. – Жан Луи кашлянул, взглянул искоса на Эллиота и добавил: – А еще мальчишка сказал, что эти солдаты позаботятся о тех, кто заперт в подземелье.
Джо и Эллиот переглянулись.
– «Позаботятся». Мне это не нравится. Ты же не думаешь, что Доминик собирается отпустить Сина, Марианну и остальных? – спросил Эллиот после многозначительной паузы.
– Не думаю.
– А ты как считаешь? – спросил Эллиот у Жана Луи.
Француз покачал головой.
– Я считаю, что Стрикленд прикажет Бруссару уничтожить их всех, когда тот появится. Сейчас твоих друзей охраняют обычные крестьяне, которые нанимались в замок слугами, а не стражниками. Они не из тех, кто способен на хладнокровное убийство.
У Эллиота живот скрутило от беспокойства и омерзения – так отвратителен ему был тот, в кого превратился Доминик. Кроме того, он ощутил огромное облегчение оттого, что Джо на их стороне. Без ее вмешательства… ему даже думать не хотелось, что могло случиться с ним, его друзьями и Марианной. Неприятно было это признавать, но если бы не Джо, он сам сейчас сидел бы в подземелье и ожидал смерти вместе с остальными.
– Надо подготовиться, – сказала Джо и отправилась за одеждой, в которой собиралась пойти на дело.
Когда она ушла, Эллиот обернулся посмотреть на замок, торчавший на сотню футов из склона утеса. Ему никогда еще не доводилось видеть таких крошечных замков – размерами с обычный загородный дом, но с орудийными башенками.
Самое удивительное, что в замке жил король, хоть и своеобразный: его королевство ограничивалось этим замком и дюжиной слуг.
Эллиот, когда услышал, что в миниатюрном замке проживает не кто иной, как свергнутый король Швеции Густав Адольф, почувствовал себя героем готического романа. Он, конечно, спрашивал Джо, что все это значит, но она, разумеется, отказалась объяснять, зачем бывшему королю Швеции и Доминику Стрикленду сдалась артистка цирка Марианна Симпсон, сказала лишь:
– Я не вправе тебе это раскрывать.
Как и предсказывала Джо, оружие, которое друзья спрятали в тайнике под полом циркового фургона, оказалось на месте. Также, как Джо и предсказывала, им до крайности повезло, что они придержали оружие, потому что Доминик застал друзей Эллиота врасплох, и было бы ужасно, если бы оно попало ему в руки.
К тому времени как Эллиот и Джо добрались до Меца, Доминик уже был там и следил за Сином и Марианной. Это было по-своему забавно: Стрикленд следил за Марианной и остальными, а Эллиот и Джо следили за ним.