Чтение онлайн

— Не правда, я Ирджу не врала и не изменяла, — прошептала я.

Он отпустил меня, и тут я увидела, что снял ремень со своего пояса, испуганно округлила глаза. Меня в жизни никто и никогда не бил и я ему не позволю. Сделала шаг назад, а потом ещё один.

— Я выбью из тебя всю правду и всю дурь, — хотела бежать, но он схватил меня за кисть руки и швырнул с такой силой, что я не удержалась на ногах и растянулась на полу.

— Ты не смеешь меня бить, — и не успела подняться, запуталась в юбках, почувствовала удар кожаным ремнём по спине, взвизгнула. Почувствовав обжигающей и выбивающей воздух из лёгких, удар. Потом ещё один, и ещё, попал по обнажённым, открытым плечам. Вскрикнула, от жгучей боли на шеи и слёзы брызнули из глаз.

— Дрянь, — орал он на меня. — Всю дурь вытряхну, — и снова нанёс удары. — Ненавижу тебя, — слышала я его, и снова ремень оказывался на моей спине, плечах, шеи.

— Перестань, Рик, — плача проговорила, попыталась отползти, хотя бы подняться, но он схватил меня за волосы и проговорил.

— Я тебе отомщу за всё, — прошипел граф. — Что ты на людях больше не покажешься, — но я видела, сколько ненависти и яда в его глазах, что я просто ужаснулась. Мне на миг показалось, что он мне не брат? А брат ли он мне? Вопрос застыл на моих искусанных, белых губах. А его глаза искрились такой враждебностью, такой неприязнью ко мне. Мне сразу стало противно, неприятно, и тут я поняла. Ответила на свой невысказанный вопрос. Родные так не поступают и не обижают своих близких людей. А этот человек, теперь мне во все не брат! Он чудовище!

И тут отпустив мои волосы, дёрнул шнуровку на моём платье, оголяя спину. И удары ремня посыпались градом. Я кричала, чуть голос не сорвала, звала на помощь, но меня никто не слышал и в один момент, я просто отключилась, потеряв сознание.

Очнулась, я в своей комнате, лежала я на своей кровати, на животе. Вздохнула, подняла тяжёлые веки, облизала, пересохшие губы. Увидела в кресле плачущую Милли. Девушка подняла на меня глаза, подскочила ко мне, и присела на край моей постели.

— Госпожа, — позвала она меня. — Прости меня, что я не защитила вас, — я сглотнула вязкую слюну, горло саднило, пить очень хотелось. — Но Анджелика, заперла меня в каморке, чтобы я к вам не поспешила на помощь, или чтобы не позвала кого ни будь, — сумбурно, пролепетала она, и закрыв лицо руками, зарыдала.

— Милли, — прошептала я. — Ты ни в чём не виновата, — сглотнула. — Анджелика всё подстроила, и я попалась на её удочку, — снова облизала губы, служанка подала мне воды, глотнула, стала не много легче. — И ещё, это я во всём виновата, — и зажмурилась от боли на спине. — Сколько я была бесознания?

— Где- то час, но доктор уже был и он прописал лекарства, — застонала. — Сейчас, сейчас, будет легче, — и служанка взяла с тумбочки, какую-то бутылочку и снова оказалась около меня. Нанесла мне на кожу спины, какую- то мазь, что я взвыла. — Потерпите чуть- чуть, лекарь очень хорошую мазь сделал, из трав, всё скоро пройдёт, — говорила она и смазывала повреждённые участки, а чувство у меня было, что их много, спину жгло так, как будто в крапиве лежу, нет, не то сравнение, это было в несколько раз хуже. А я закусила подушку и сжимала кулаки, чтобы не орать в голос.

После процедуры, я расслабилась, и девушка снова заплакала.

— Ты чего ревёшь? — проговорила я.

— Эльза, я переживаю за вас, что же вы теперь будете делать? — я убрала с лица прядь волос, заправив за ухо.

— Я не знаю, но точно могу сказать, мне нужно поскорей поправиться и поговорить с Ирджем, чтобы он меня выслушал, — вздохнула, прикусив губу. — Только вряд ли он меня будет слушать? Но мне нужно вернуть хотя бы обручальное кольцо, — и поднесла свою праву руку к лицу, посмотрела на перстень, что украшал мой палец, и заплакала. — Нет, не отдам, это будет моя память о нём, — девушка погладила меня по голове. — Оно моё, — и прижала камень к своим губам, целуя и согревая своим дыханием и горько плача, роняя крупные слёзы. — Милли, ведь я его люблю, и не смогу без него жить.

Девушка, что- то говорила, а всё плакала, плакала, а потом не заметила, как уснула.

Проснулась я только на следующее утро, от яркого солнца в комнате, зажмурилась. Лежала я также на животе, так как на спине больно. И поняла, что в комнате я была не одна.

— Прошу вас доктор, сделайте, что ни будь, — моя мама просила о чём- то умоляющим голосом и смотрела заплаканными глазами.

— Госпожа, мазь которую я вам прописал должна помочь, — пожилой мужчина посмотрел на меня. — Царапины пройдут, но шрамы останутся. Дело в том, что для их излечения нужно время, — я судорожно вздохнула, мама увидела, что я проснулась, и они подошли к моей постели. — Успокойтесь, — и врач взял меня за руку. — Я ещё одну мазь сделаю, потом вам принесу, — кивнула.

— Доктор, а вы провели осмотр? — я покраснела.

— Конечно, — ответил лекарь. — Ваша дочь невинна, — и похлопал меня по руке. — Я напишу вам на листочке, чтобы в следующий раз, не смели оговаривать бедную девочку, — и у седовласого лекаря, горько дрогнули уголки губ.

— Спасибо вам доктор, — он кивнул, потом посмотрел на графиню.

— Но на вашем месте, я бы написал королевской гвардии жалобу. Чтобы наказать того, кто сотворил с вашей дочерью такое зверское наказание, — мама тяжело вздохнула.

— Если бы, — проговорила графиня. — Но как я могу написать на своего сына? — доктор покачал головой.

— А если бы он убил вашу дочь? То ему бы сошло всё с рук? — возмутился мужчина. А я не могла ничего сказать, просто лежала и смотрела на них.

— Я понимаю, — и мама заплакала. — Мой сын жесток, я вырастила монстра.

— Успокойтесь, — и подошёл к графине, заглянул ей в лицо. — Но если это повторится? Я не буду молчать и сам напишу гвардии, и если надо будет, то дойду даже до самого короля, — мама всхлипнула. — Вы хоть понимаете? — строго поинтересовался он. — Что в другой раз она просто не выживет после таких побоев, — женщина закивала. — Ну, вот и хорошо, что я вам донёс всю истину положения.

— Спасибо, доктор, — графиня вытерла платочком слёзы. — А вы моего супруга осмотрите? — он кивнул. — Ему уже лучше?

— Вчера к графу заходил, всё хорошо. Но ему бы отдохнуть, например, съездить на море, подышать свежим воздухом, — и сложил свои вещи в чемоданчик.

— Да, конечно, у нас там есть загородный дом.

— Вот и славно, — тихонько произнёс он. — Сейчас его проведаю, посмотрю состояние здоровья, дам некоторые рекомендации, — и снова подошёл ко мне. — Эльза я не прощаюсь, — моргнула, показывая, что я его слышу. — Буду навещать тебя, — погладил, ласково меня по волосам, и я слегка улыбнулась. Его глаза светились добротой и нежностью. — Выздоравливай.

— Спасибо вам за всё, — прошептала я, — он улыбнулся, выпрямился, взял саквояж и покинул мою комнату.

— Эльза тебе, что- то нужно? — ласково проговорила мама, и присела около меня.

— Нет, ничего не хочу, умереть хочу, жить больше не хочу, — и зажмурилась, от неприятных ощущений в теле.

— Что ты милая? Что ты? Тебе ли не жить? — и сжала мою руку в своей ладони. — Вот увидишь, всё будет хорошо, всё наладится. Если ты захочешь, мы вернём Ирджа? — осторожно произнесла мама.

— Нет, не хочу его теперь видеть, — крикнула я. — Ненавижу его светлость, предатель, — заплакала. — Поверил всем, только не мне, — мама поцеловала меня в щёку и проговорила.

— Давай мы ему напишем, и доказательство покажем? Что ты моя маленькая не в чём, не виновата, — прошептала графиня. — В ногах твоих будет валяться, прощения будет просить, а его родители, извиняться перед нами, что обидели такую девочку, как ты, — и женщина заплакала.

— Мамочка, не нужна я ему теперь, и он мне подавно не нужен. Пусть катится на все четыре стороны, — зло выплюнула я. — Вы ошиблись в нём, а я просто поверила, что смогу быть счастливой, — прикусила губу. — Мама, я хочу спать, — поменяла тему, но я действительно вымоталась с этим разговором. Так ещё и слабость меня мучала.