Чтение онлайн

Меньше чем через минуту на столе появилась еще одна тарелка с яичницей, все так же посыпанной укропом, тарелка с румяными горячими тостами и две кружки кофе.

Оля отрезала вилкой небольшой кусочек яйца и положила в рот. Казалась бы, обычная, незамысловатая еда, она себе такую не один раз готовила, но этот завтрак говорил о многом. И если бы не то, что происходит в доме, и не подозрения, она бы, возможно, и сблизилась с этим мужчиной. Но чем больше проходило дней, тем сильнее крепло убеждение в причастности Захара к происходящему, что бы это ни было.

Глоток горячего кофе прервал ее мысли. Оля поморщилась и посмотрела в кружку на черную жидкость.

– Да, кофе не тот, который мы пили раньше. Те зерна закончились, и я открыл новую упаковку.

Только после его слов Оля поняла, почему вкус кофе привлек внимание: более горький и имеет кисловатый привкус, от него осталось нехорошее послевкусие во рту. Но ей сейчас, как никогда, требовалась кружка крепкого кофе, и она решила выпить этот, хоть он ей и не особо понравился.

– Прежний вкуснее, – проговорила девушка тихо.

– Согласен. Как поеду в город, закажу, но пока придется обходиться этим.

Оля бросила взгляд на часы на экране мобильного и подскочила.

– Черт! Мне нужно идти!

– Не беспокойся, я уберу со стола и помою посуду.

– Спасибо большое, – Оля благодарно улыбнулась Захару и поторопилась на второй этаж.

Когда она постучалась и вошла, оказалось, что Августа спит. Это было странно: старушка всегда в данное время уже бодрствовала и обычно читала книгу. Оля подошла ближе.

– Августа, просыпайтесь, – негромко позвала она, но та, видимо, не услышала, продолжая лежать с закрытыми глазами. – Августа? – девушка дотронулась до прикрытого хлопковой сорочкой плеча и даже через плотную ткань почувствовала жар. Она поднесла ладонь ко лбу подопечной. Тот был горячим. – Августа? – позвала снова. Женщина открыла глаза, показавшиеся усталыми. И Оля заметила, насколько бледно ее лицо. – Вы как себя чувствуете? У вас жар.

– Все нормально, – прохрипела графиня и опять прикрыла глаза.

– Ничего нормального! Где же вы успели простудиться? Сейчас принесу градусник, и нужно вызвать врача, если температура не спадет, – Оля двинулась к ванной комнате за находящейся там аптечкой, но Августа остановила:

– Не надо градусник. У меня иногда бывает такое. Лучше принеси горячего бульона и позови внука. Нужно кое-что обсудить.

Оля молча кивнула, не пытаясь спорить и не задавая вопросов, например, откуда графиня узнала, что Захар уже дома. Прикрыв за собой аккуратно дверь спальни, она направилась на кухню.

Скоблев не спал. Ночь он провел в своем кабинете, не желая ехать домой и тратить драгоценное время.

Следователь еще не до конца отработал список сиделок графини Дюбуа, но с помощью друзей-сокурсников, разъехавшихся по разным городам России, узнал, что все девушки пропали. И только на пятерых подали заявления о пропаже, а остальных никто не хватился, просто не имелось родственников. Тот, кто выбирал их, знал – в случае чего искать некому.

Когда часы показали семь утра, Роман поднялся из-за рабочего стола и подошел к окну, нараспашку открыл створки, впуская в кабинет холодный воздух. Рвануть бы к Ольге и вытащить ее из этого дома, не дать погибнуть, а то, что девушки-сиделки пропали не случайно, уже понятно. Но проверка, будь она неладна, не позволяла уехать из города. Он думал отправить Леню, но и в данном случае возникли бы вопросы. Оба следователя находились под пристальным наблюдением.

– Что же делать? – глухо простонал он, потирая уставшее лицо ладонями и прижимаясь лбом к холодному стеклу. А делать что-то нужно обязательно.

Рома оторвался от стекла и глянул на часы. Нет, звонить Оле рано, она наверняка спит. Подойдя к кофемашине, нажал на кнопку. Голова раскалывалась, мысли путались. Он снова перестал нормально спать. Его сердце еще тосковало по умершей супруге. И сколько ни приказывал себе смотреть на других женщин и не искать в них сходство с женой, не получалось. Хотя нет, была одна, которая ему нравилась. И сейчас она в опасности. Рома не мог допустить, чтобы и Оля погибла, как это случилось с Мариной.

Резкий звук сообщения электронной почты отвлек от размышлений, и Скоблев вернулся за рабочий стол. Оказалось, пришли официальные результаты вскрытия от Адамиди.

– Ему с утра пораньше нечем больше заняться, только покойников вскрывать? – пробубнил Рома и открыл письмо. Ничего нового там не нашел, еще вчера Леня все рассказал в подробностях.

Прочитав письмо, Скоблев задумался. А не попросить ли помощи у Каина? Он, конечно, странный и нелюдимый, но Рома заметил, что с ним судмедэксперт общается лучше, чем с остальными коллегами. Даже с Леонидом держится намного прохладнее. Возможно, роль играет то, что Скоблев начальник и занимает должность куда выше, чем его младший коллега. С начальством ведь нужно дружить, даже если оно не твое.

Дверь открылась беззвучно, и Рома не сразу заметил, что теперь в кабинете не один.

– Только не говорите, будто вы сегодня ночевали здесь! – возмущенно воскликнул Леня Морозов, глядя на старшего коллегу, у которого под глазами залегли темные тяжелые круги, кожа посерела, отросшие волосы были взлохмаченными, а рубашка – явно не первой свежести.

– Пришлось. А ты чего так рано?

– Да у меня допрос в восемь должен быть. Знаете, вам бы не помешало отдохнуть.

– Не могу. Много дел.

Леня согласно кивнул и поинтересовался:

– Что там насчет Оли? Нашли еще что-то?

– Если так можно назвать. Я проверил половину девушек из списка, и Оля пока единственная не пропала после отъезда в это загадочное графство. О нем, кстати, вообще ничего неизвестно, от слова «совсем».

– Как в наше время и не найти информации? В интернете есть все.

– Не все, – поморщился Скоблев. – О графстве Дюбуа вот нет. Того даже на картах нет. И если бы не сведения из архива, так «любезно» предоставленные Смирновым, то я бы решил, что Оля все придумала. Мало ли, опять с ней сны играют злую шутку. Но девушек же куда-то увозили на работу. Я еще сегодня съезжу к этому Смирнову, хорошенько побеседую с ним. Хозяин агентства должен знать хоть что-то о тех, с кем заключает контракты. Как, к примеру, он вышел на псевдографиню?