Чтение онлайн

— Незаконченное слияние крови можно будет разорвать, как только я восстановлюсь у Источника Хаоса.

— А оно незаконченное? — не поняла я

Арххаррион отодвинул кружку, сцепил пальцы в замок.

— Если слияние проводится между взрослыми людьми, мужчиной и женщиной, у него три этапа. Добровольная сила и кровь мужчины. Добровольная сила и кровь женщины.

— А третий? — не подумав, спросила я. И осеклась. Потому что Арххаррион ответил таким голодным взглядом, что все стало понятно и без слов.

— Близость, Ветряна. Третий этап.

Я закусила губу. И он посмотрел на мои губы. На щеках заходили желваки.

— Возле Вечного леса наши дороги разойдутся, — жестко сказал он, — надеюсь, Им ответит тебе. А мне нужно вернуться в Хаос.

— Конечно, — кивнула я, не глядя на него.

— Ветряна, ты что… расстроилась? — он чуть подался вперед, всматриваясь в меня.

Я посмотрела в темную бездну и улыбнулась.

— Нет, — сказала я, — я просто хочу выпить чай.

И повернулась, ища глазами подавальщицу. По лестнице, зевая, спускалась Ксеня, и мой воздушный зверь, освобожденный от приказа, промчался по харчевне, взметнув пыль.

Подруга весело плюхнулась рядом, заорала на весь зал, требуя завтрак и громко жалуясь на холод. Ежась и тихо ругаясь, спустился Шайдер. Стряпуха выскочила в зал, громогласно подзывая сонную подавальщицу, и ругая нерасторопную девицу. С улицы донесся лай собак и скрип подъехавшего обоза. В харчевню, топая и отряхивая снег, ввалились угрюмые мужики в тулупах и тоже потребовали еды.

И как-то разом стало шумно, суетно и тесно.

Утро началось, и нам пора было трогаться в путь.

Следующий день почти не остался в моей памяти. Снова те же северные пейзажи, черно-белые деревья, заснеженная колея. К полудню мы выехали пусть не на тракт, но на более объезженную дорогу и изредка нас обгоняли повозки и всадники. Тело после вчерашней скачки нещадно ныло и протестовало, и легче ему не становилось.

Обедали мы на постоялом дворе небольшой деревушки мясом и привычной кашей, закусывая ломтями теплого хлеба. Дородная хозяйка поглядывала на нас с любопытством, но расспрашивать не стала.

Арххаррион с нами почти не разговаривал, зато лорд Даррелл был бодр и весел и развлекал нас с Ксеней байками и историями. Правда, я слушала не внимательно, думая о своем. Закончив обед и поблагодарив хозяйку, я поднялась со скамьи, накинула на волосы капюшон.

— Ты куда? — спросила Ксеня.

— Ноги размять, — улыбнулась я, — доедайте, я недалеко.

Деревушка, меньше Белого стана и даже Пустошей, вытянулась на берегу заснеженного озера. Я медленно пошла вдоль него, пряча лицо от порывов ветра. Погода портилась, и мои спутники беспокоились, что это задержит нас в пути. Если начнется буран, придется сидеть в этой деревушке, пока разгулявшаяся стихия не успокоится.

Я посмотрела на темные тучи, зависшие над головой, и пошла быстрее. Дома закончились у кромки спящего поля, за которым стоял лес. Я пошла между ними, все дальше залезая в сугроб и уже с трудом вытаскивая ноги.

Остановилась. Вздохнула. Прислушалась.

Туча серчала, недовольно ворочала набухшим брюхом над головой. В ее тяжелом нутре зарождался снежный вихрь, и вот-вот готов был обрушиться на притихшую землю. Я потянулась к ней, придержала бушующую внутри силу. «Не сейчас, миленькая, — без слов попросила я, — не сейчас… Пропусти нас.»

Туча недовольно вспучилась, заворочалась.

Я закрыла глаза. Какое же воспоминание мне нужно? Может, мое знакомство с Ксеней? Или теплая улыбка Авдотьи? Нет… не то…Туча не слушалась, уворачивалась, гневалась…

Может, синеглазая Хранительница? Нет, слишком больно…Сразу подуло льдистым холодом, земля испугано притихла.

Перед внутренним взором всплыла картинка: мшистые валуны и зеленый дракон, виновато подволакивающий лапу… Я улыбнулась. Тепло.

Порыв ветра налетел, подхватил тучу, пихнул ее в свинцовый бок. Она заворчала недовольно, но послушалась, поплыла величаво, задевая верхушки сосен, чтобы разродиться снежным бураном на западе… В стороне от нашего пути.

Я благодарно посмотрела ей вслед и уселась в снег, прямо на складки мехового плаща.

Воздушный зверь лизнул ладонь и ласково толкнул меня в бок. Завертелся вокруг вихрем, взметнул с земли снег, потянул меня за собой. Я не поняла, осталась сидеть в сугробе. Тогда озорник тихо прокрался к корням вековых дубов, растормошил снег, сбил в кучу лежалые листья, тихонько подкрался… И завертел вокруг меня желтую круговерть… он подбрасывал листву в воздух, заваливал мне ноги, дурманил ароматом…

Я улыбнулась. И проказник обрадовался, понесся вскачь, как ретивый конь! Сорвал с головы платок, растрепал косы, перепутал пряди…

И я уже смеялась в голос от проделок воздушного хулигана. А потом, устав, улегся у ног, ткнулся в ладонь потоком воздуха.

Когда он совсем утихал, мне даже чудилось, что я могу рассмотреть очертания длинного тела с дымчатым хвостом и вытянутой мордой… Но было ли это так, или проказник ветер лишь обрисовывал мимолетную тень?

— У тебя есть имя? — спросила я.

— Имя…имя…имя… — прошелестели верхушки деревьев.

— Как тебя зовут?

— Зовут…зовут…зовут… — отозвалось озеро.

— Я буду звать тебя Эхо, — подумав, сказала я, — нет, не так. Эх-хо! Эххо.

Воздушный зверь затих. Замер, затаился… а потом взметнул вверх мои волосы, обдул щеки горячим воздухом, словно расцеловал… и я снова рассмеялась. Имя зверю понравилось. Какое-то время мы еще побарахтались в сугробе и, верно, для стороннего наблюдателя со стороны это смотрелось бы странно: разрумянившаяся девушка в сером платье, взлетающая над снегом и хохочущая до одури. Но мне нравилось, Эххо — тоже, а сторонних наблюдателей у кромки леса не было.

Или был?

Я прислушалась к себе.

Да. Где-то рядом. Но как ни крутила я головой, Арххарриона так и не увидела.

К концу третьего дня мы почувствовали приближение Черты.

Во — первых, изменился пейзаж и стало значительно теплее. Вековые сосновые леса исчезли, сменившись лиственными перелесками и чахлыми рощами. Снежные заносы уступили место грязи и слякоти, иногда перечерченные пустыми землями, присыпанными не ровным слоем серого пепла. В меховом плаще стало сначала слишком тепло, а потом — невыносимо жарко, и я его сняла и свернула в седельную сумку. Так же поступили Ксеня и лорд Даррелл, а Арххаррион, похоже, вообще не мерз и плащ надевал лишь для того, чтобы не вызывать недоуменных взглядов людей. И снял его, как только мы проехали последнее поселение.