Чтение онлайн

— Сэр, но бросить пилотов…

— Я ни слова не сказал относительно того, чтобы вы их бросили, — замечание выдалось чересчур резковатым. — Мы — Доминион. Мы своих не бросаем. Приказ звучал об отзыве ПСО, не более. Поиски экипажа, в свете предстоящего наступления, следует поручить более компетентным в действиях на территории крайне агрессивного противника подразделениям из состава имеющихся на борту «Химеры»..

— Да, сэр.

— Свяжитесь с Четвертым спецотрядом штурм-коммандос, — приказал я. — Поручите сержанту ТНХ-0297 миссию по спасению наших пилотов. Он и его бойцы гарантированно справятся.

— Будет исполнено, сэр.

— И последнее — координируйте действия наземных частей, а так же обеспечивайте им помощь артиллерией «Химеры» с орбиты.

Ну, по крайней мере мы живы.

Эта мысль первой пришла в голову Алекса, как только вместе с болью начало возвращаться сознание.

Мужчина заморгал, прислушиваясь к шипению атмосферы, уходящей сквозь повреждения в обшивке кабины «Скимитара-01», п совместительству являющейся еще и спасательной капсулой.

— Командир!? — крикнул он, сообразив, что звуки до него доходят словно через вату.

Никакого ответа.

Наконец с усилием открыв глаза, он увидел пятна на панели управления бомболюками.

Кровь.

Нога ныла так, будто ее проткнули раскаленным вертелом; на языке ощущался острый вкус железа.

Кашлянув, он обнаружил, что еще больше забрызгал кровью панели перед собой.

Одновременно с этим дик стала болеть грудная клетка, в которую, подобно удавкам, врезались привязные ремни.

Поскольку майор не отзывался, то оставалось только надеяться на то, что Брену удалось выйти из этой передряги с меньшими потерями.

Поворачивая голову, Алекс почувствовал себя так, будто в спину ему всадили заряд стеклянной дроби.

Подрагивающей рукой он смог дотянуться до механизма фиксации привязных ремней и расстегнул их.

Боли в грудине стало больше.

Да еще из-под шлема потекла предательски теплая и липкая жидкость.

Значит еще и голову разбил.

Алекс что есть силы наклонился вперед, стаскивая себя с кресла.

Усевшись на панель управления, он сплюнул в сторону вязкую окровавленную слюну и, не обращая внимания на боль, принялся вынимать из аварийного комплекта все необходимое.

Легкий бронежилет.

Штурмовая винтовка Е-11.

Аптечка с запасом медикаментов, часть из которых тут же оказались всажены в ноющую ногу.

Отпустило.

Даже в голове прояснилось.

Короткой проверки оказалось достаточно для того, чтобы убедиться в боеспособности винтовки и бластерного пистолета, которые он отложил в сторону, но с тем расчетом, чтобы они оставались под рукой.

Алекс надел бронежилет, морщась от боли в ребрах.

Сноровисто наполнил оставшиеся пустыми карманы боеприпасами и протеиновыми батончиками.

Рассовал прочее оборудование и элементы снаряжения по подсумкам и карманам комбинезона.

Другого шанса вернуться к аварийному комплекту у него просто не будет.

Запасной комлинка к же нашел для себя место в изобилии карманов непромокаемого герметичного комбинезона.

Когда аварийный комплект оказался распихан по карманам, Алекс проверил работу системы жизнеобеспечения, закрепленную на груди.

Потому как понял, что начинает задыхаться.

Так оно и есть — контроллер полетел, треснув при приземлении.

Надо будет как следует потолковать с производителями.

Этот пластик ни к Татуину, ни к Корусанту… Нужно что-то более крепкое.

Благо, что в аварийном комплекте есть запасной.

Задержав дыхание, борт-стрелок «Скимитара-01» переключил патрубки на новую панель, выбросив старую в контейнер аварийного комплекта.

Проверил заряд энергии в новом оборудовании, обругав себя за то, что не сделал этого сразу.

На его счастье запасной контроллер как новенький.

Значит не нужно будет переживать насчет того, что он задохнется в разреженной атмосфере Кесселя.

Спинка кресла и переборка, разделяющие места в кабине, мешали рассмотреть что там происходит у Томакса, но Алекс намеревался уже исправить эту несправедливость, когда до него донеслись новые звуки, не характерные свисту выходящего из кабины воздуха.

Хлопок и рев плазменного резака: кто-то намеревается вскрывать кабину в носовой части.

В аварийный комплект подобное не входит.

У ПСО тоже таких штучек на вооружении нет — они знают как вручную открыть фонарь.

Значит противник.

Шум резака приблизился и на мгновение, сквозь поляризованную транспаристаль над креслом, Алекс увидел тонкую, но раскаленную струю, готовую взрезать фонарь.

Е-11 как-то сама по себе оказалась в руках.

— Здорово, — пробормотал Алекс.

Мало того что у него переломаны ребра, теперь еще и бой придется принять.

На помощь громил из ПСО (а туда как будто специально отбирают исключительно здоровых штурмовиков) не приходилось уповать.

Если б они знали куда кабину отнес взрыв, то были бы уже здесь.

Значит аварийный маяк уничтожен или критически поврежден при падении кабины.

Значит и тут выяснилась недоработка отечественного военно-промышленного комплекса.

Но это все потом.

Сейчас же главное — отбиться от тех, кто вскрывает кабину.

Или умереть с боем.

Плен — из области фантастики.

Надо же понимать, что противника больше интересовала сама машина, а выбиванием данных из экипажа они займутся во многом и по той причине, что другого источника информации у них нет.

На свою беду, Алекс был одним из двух человек, который стоял за разработкой «Скимитара».

И под пытками (не нужно тешить себя мыслью о героическом превозмогании) он явно может рассказать многое.

Огонек резака уже прошелся по периметру фонаря, срезая замки.

Бластерная винтовка грела руки.

Транспаристаль ушла куда-то в сторону, и внутрь заглянула чья-то голова.

Из примечательного — на неизвестном была кислородная маска.

Такие используют аборигены, чтобы не умереть на Кесселе.