Чтение онлайн

Захват падавана Асоки Тано, обвиненной в совершении теракта в Храме джедаев, не был легким, конечно же. Но, как оказалось, он был бессмысленнен из-за того, что она не была причастна к преступлению, в котором обвинялась.

Он и его люди нашли тело того джедая, который, как говорили, стоял за рождением Великой Армии Клонов.

Много чего было. Многое можно вспомнить и немало чего хочется забыть насовсем.

Да уж… были деньки.

Вольф был прирожденным тактиком. Еще на Камино отмечалась его способность к решению проблем и разработке планов. В будущем он использовал свой обширный боевой опыт, чтобы вести своих людей через трудности боя. Будучи человеком действия, он был неутомим в своих усилиях против сепаратистов и перенял свирепость генерала-джедая Пло Куна в бою, как и остальные члены «Волчьей стаи».

Служа с Куном на протяжении всей войны, Вольф познакомился с мастером-джедаем, чьи любопытные манеры привлекли интерес клона. Кун стал очень доверять его инстинктам и способностям. Вольф заслужил доверие своих людей до такой степени, что они были готовы на все под его руководством. Вольф был свидетелем и пережил некоторые из худших событий, которые могла предложить война.

В честь своих погибших товарищей он изменил оригинальные цвета своего подразделения в память о людях, погибших при Абрегадо.

А еще Вольф знал, что люди, которые искали его, сделали все так, как и должно быть.

Он любил военную службу. И ни за что бы не променял ее на что-то другое, если бы физиология быстро стареющего клона не стала уступать молодым призывникам Империи.

Для работы наемником его рефлексов еще хватало, но не для регулярной армии. А оставлять его на должности советника или штабного офицера никто не собирался — кому нужен там клон, когда своих офицеров подобного назначения хватает за глаза?!

Да Вольф и не согласился бы на подобное.

Он офицер переднего края до мозга костей.

Командир с легкой улыбкой нажал клавишу на своем наруче, и появилась голограмма из его личного архива. Его личная голограмма.

Клон-командир КК-3636, Вольф. Командир 104 батальона «Волчья стая».

— Сумеете сделать из меня такого же красавчика, каким я был? — поинтересовался он у агента.

— Разумеется. И даже с обоими глазами, — заверил его агент.

— А вот этого не нужно, — сухо заявил Вольф. — Мой глаз, моя повязка, — он потрогал серебристую вставку на месте потерянного органа, — это память. Такая же как и цвета моего батальона. Верните мне молодость, агент, и клянусь, что 104-ый батальон «Волчья стая», станут грозой среди врагов.

Клон протянул правую руку, а агент ответил на рукопожатие.

— Добро пожаловать домой, командир, — произнес Браво-III. — У нас для вас немало работы. Но сперва, если вы не против, давайте дождемся конвоя с запчастями и доставим этот линейный крейсер в Доминион.

— Не имею возражений, сэр, — Вольф вернул шлем на место. — «Волчья стая», внимание. Разбиться на отряды и прочесать корабль. К моменту прибытия транспортного каравана, я хочу знать о каждом повреждении, какое здесь имеется. Не заставляйте меня жалеть, что я снова командую вашими хмурыми рожами. Пошевеливайтесь! Молодость порождает активность!

— Присаживайтесь, — я указал Третьей на кресло напротив меня. Смотреть собеседнику прямо в глаза — это самый простой способ доказать свою заинтересованность в откровенном разговоре.

И подчеркнуть тот факт, что ты заинтересован в ответной откровенности. Собственно, по бегающим глазам и отведению взора легко понять лжет ли тебе разумный или фантазирует.

С подавляющим числом гуманоидов это работает безотказно, как и разбор дроидов джавами.

Но не с Третьей.

Эта дамочка, несмотря на свой невысокий рост — чуть более полутора метров — и миловидный внешний вид, в состоянии пробрать до дрожи. Причем без орудия устрашения.

Есть мнение, и не только мое, что данную особенность поведения Третьей следует применять в области дознания. Осталось только придумать как спасти бедных допрашиваемых от инфарктов.

— Для протокола, — девушка бесцеремонно откусила кусок запеченной голени, взяв ее с блюда на столе. — Это была печень неудавшегося экспериментального клона, который даже на донорство не годится…

«Значит все же не обманула».

— … и вообще я не собираюсь нести ответственность за то, что у вас такие слабовольные и психически неустойчивые компаньоны! — девушка ткнула в мою сторону употребляемой конечностью, продемонстрировав, что фраза «откусила кусок голени», соответствует обстоятельствам в полной мере. Она откусила мясо вместе с хрящом и костью.

И сейчас энергично пережевывает.

Так и хочется спросить: «Господи, женщина! Что с тобой не так?». Но, думаю, каждый профессионал своего дела такого уровня как она, должен иметь право на собственные бзики.

В конце концов подобное поведение можно рассматривать как пример безотходной кулинарии.

— Ваши коммандос и Стражники, все такие крутые, все прямо из себя, ветераны многих битв, которые повидали в этой жизни уже некоторое количество вражеского ливера, на деле — лишь маленькие мальчики и девочки, которые убоялись одной миловидной девушки, — в ее голосе прозвучала нотка обиды. — Как будто я монстр какой-то.

— О, не стоит заниматься самобичеванием, — попросил я. — Кто из нас в присутствии десяти разумных не ел человеческую печень?

— И я о том же! — девушка отправила в рот остатки голени. — Что естественно — то не безобразно! Ладно бы я съела ее, пока печень была внутри живого объекта — там да, там варварство. Ну, если без анестезии, конечно… А так — обезболил и делай «кусь»…

И посмотрела на меня такими большими добрыми глазами, что мне стало страшно за свой богатый внутренний мир. Как-то не хочется ложиться под ее скальпель — не хочу недосчитаться некоторых органов.

— Предлагаю оставить этот инцидент в прошлом, — попросил я, подавляя легкое подташнивание. — Вы получили все, что вам предназначалось, не так ли?

— Да, ваши гвардейцы доставили мне столько стазис-капсул, что я даже начала некоторые из них использовать для заморозки продуктов, — захлопала в ладони Третья. — Спасибо вам! Столько вкусной и полезной пищи, да еще и свежей, мне никогда не доставляли…

— Третья, — не в моих привычках обрывать собеседника, но сейчас это явно необходимо. — Переданные вам тела — не еда, а объекты для исследования.