Гранд-адмирал. Том седьмой
Шрифт:
Посмотрим… Доклад каперов, вернувшихся из рейдов на приграничье Корпоративного Сектора… Каждый второй попал в засаду у приграничных миров. Планеты, о которых ранее «корпораты» либо не знали, либо предпочитали их игнорировать, на самом деле таковыми не являются.
Собственно, этот тезис просто требовал подтверждения, не более того.
Кронал понимал, что я захочу получить плацдармы у границы. И организовал ловушки. Одновременно с этим, провел бомбардировку планет, которые «корпоратам» не важны. Но с точки зрения тактики устрашения, он показал населению что с ними будет в случае сотрудничества с нами.
Что ж… Он понимает что мы намерены создать «пятую колонну» и бьет на опережение. Логично, но глупо.
Ведь плацдармы готовятся отнюдь не там, куда я отправил каперов. А там, где они даже не появлялись.
Старая добрая тактика — примани в одной стороне, а ударь с другой. Любопытно…
— Сэр, — появилась голограмма генерал-майора Каина. Офицер выглядел обеспокоенным. — У нас проблемы.
— Слушаю, — клон генерала Вирса не из тех, кто будет беспокоить по пустякам.
— Тоннели, сэр, — объяснил он. — Мандалорские подразделения натолкнулись в них на… чудовища. И 501-ый легион только что доложил, что вступил в боевой контакт с аналогичными тварями.
Интересно…
— А теперь докладывайте подробно, генерал, — подался я вперед. — Хочу знать об этих тварях все, что знаете вы.
А еще мне нужно понять, какие из прибывших резервов могут оказать помощь запертым в тоннелях бойцам.
Глава 80
На пятом десятке лет жизни уже довольно сложно соперничать с молодыми в вопросах скорости реакции, ловкости и быстроты своего перемещения.
Порой даже Сила не спасает в критические моменты.
Доррс Кен’мор еще семь лет назад разменял четвертый десяток. И, можно сказать, что половина его биологической жизни прожита.
Для выходцев с третьей луны планеты Иктотчон средняя продолжительность составляла всего девяносто лет. И, как бы природа не позаботилась о том, чтобы иктотчи с комфортом переносили тяготы проживания в каменистом мире, где песчано-гравийные бури были так же регулярны, как и восход светила, обмануть смерть не удавалось еще никому.
Особенно тем, кто выбрал себе стезю пилота боевого истребителя.
— Нытик, рассчитай курс вхождения в тоннель, — приказал дженсаарай своему астромеху модели R2. Пусть не самый современный, но все же верный дроид, с которым он прошел Войну Клонов, Великую Чистку, Восход Империи и ее падение.
И пусть дроид получил свое имя за крайне скверный характер, он еще не подводил бывшего джедая.
Пилотируя так полюбившийся и давным-давно превращенный в нечто большее, чем простая «Дельта-7» звездный истребитель, Доррс словно клинок вошел в атмосферу Далуны, приближаясь к источнику возмущения в Силе.
По телу разливались потоки бурлящей энергии, с помощью которой он легко пилотировал свой истребитель в плотной атмосфере. Его руки крепко держали штурвал, а глаза цепко выхватывали все нужные данные.
А вот болтовня астромеха, который на бинарном языке скулил уже добрую минуту, к важному не относилась.
— Все мы когда-нибудь умрем, — философски заметил иктотчи. — Будет это сегодня, завтра или через сорок лет, в конце концов не важно. Все мы вышли из Силы. В нее и вернемся.
Несмотря на то, что первую четверть своей жизни он отдал Ордену джедаев, а следующие почти тридцать лет старался сделать все, чтобы банально выжить, ища свой путь, догмы Ордена джедаев его еще преследовали. Хотя саарай-каар отмечала, что он довольно точен и тверд в пути познании, проповедуемого Орденом дженсаарай, сложно в одночасье отринуть привычки, которые ты вбивал себе в голову на протяжении почти полувека.
Дженсаарай из расы иктотчи Доррс Кен’мор. И его дроид.
Доррс Кен’мор происходил из расы иктотчи.
У его народа была очень прочная кожа, которая защищала их от сильных ветров, дующих со спутника. И у самцов, и у самок были загнутые книзу черепные рога, что придавало им агрессивный вид. Рога самцов, как правило, были немного крупнее, это наследие их предков-капринаенов, обитавших в горах. Рога могли регенерироваться при повреждении — он это прошел, после того, как потерял свои в молодом возрасте, когда клоны обернулись против джедаев.
Штурвал застонал, когда он вывернул его так, чтобы отвесное падение превратилось в пологую траекторию. Большая часть пути уже пройдена и нет смысла в том, чтобы воткнуть свой истребитель в землю там, где это не нужно.
Физиологически руки иктотчи больше, чем у людей почти в полтора раза, а потому типовые органы управления истребителями для них не слишком удобны. Доррс Кен’мор переделал штурвал под свои параметры, но конкретно сейчас это не слишком помогло.
Нытик разразился очередной трелью.
— Сообщи на «Химеру», что мне подсказывает Сила, — объяснил он. — Я чувствую великую опасность в катакомбах. И намерен присоединиться к тем, кто сейчас находится там. Ты уже нашел точку входа? Мандалорцы пробились вниз в одном из городков поблизости.
Нытик в своей извечной манере слюнтяя сообщил ему новую информацию.
— Нет, я не знаю что это за угроза.
Раздалась еще одна порция звуков.
— И от того, спрашивает ли это гранд-адмирал Траун или кто-то званием пониже, мой ответ не изменится, — отрезал он. — Я чувствую, как внизу погибают разумные. Десятки каждую секунду. Ты нашел шахту?
Понимая, что спорить бесполезно, Нытик дал ему нужные координаты. А так же передал на ближайший монитор данные, которые имелись на тактическом канале. Собранные разведчиками, они пересылались на флагманский корабль, после чего рассылались командирам разных уровней.
Такая передача информации занимала чуть больше времени, чем обычно, но, зато, ни один командир, от сержанта до генерала, не мог сказать, что он не осведомлен о ситуации на его участке фронта и о том, что происходит поблизости.
По большей части Доррсу не было необходимости в такой подробной информации. Сила давала ему все, что нужно.
Вот только уже почти тридцать лет он не полагался исключительно на Силу. Он поверил в нее с началом Войн Клонов, когда Совет Ордена джедаев направил его на планету Дорин. Там магистр-джедай Пло Кун принял его в ученики. Оттуда началось его полноценное становление в качестве рыцаря-джедая и командира Великой Армии Республики.
Но, чем сильнее он жаждал проявить себя, слепо доверяя фундаментальным истинам своей расы и Ордена, тем больнее оказалось то, к чему это все привело.