Чтение онлайн

Кип замолчал в тот же самый момент, как Сила рядом с обоими учениками взвилась ураганом Темной Стороны. Люк ощутил это на мгновение до того, как рядом с молодыми адептами Силы, буквально из воздуха, появилась массивная, с ног до головы закованная в черную броню, фигура.

— Беги! — рявкнул Кип, толкнув Люка ногой в плечо. Татуинец, не ожидав подобного, кувыркнулся через голову несколько раз, кубарем откатившись на несколько метров. Вскочив на ногри, Люк запалил свой световой клинок, заняв стойку готовности к сражению.

Сжимая в руках световой меч, фигура одним ударом обрушила сопротивление попытавшегося защититься Кипа Дюррона. Он заблокировал сильнейший дуар светового клинка, но тут же получил удар бронированным кулаком в лицо. Мальчишка безвольной куклой отлетел к валунам, ударился об одного из них головой и отрубился.

Люк чувствовал, что Дюррон жив, но без сознания. Одним прыжком он сократил расстояние между собой и неизвестным, вступил с ним в поединок. Клинки — к его удивлению, у противника так же имелся не алый, не бардовый, а зеленый цвет светового меча — с треском и гудением столкнулись. Люк, переводя оружие в клинч, почувствовал как его руки задрожали от невероятной физической силы противника. Так что, понимая, что тот его сейчас банально пересилит, юный Скайуокер разорвал связку и отступил, рубанув перед собой оружием джедая, словно старался отогнать неприятеля.

На неопытном бойце этот выпад мог сработать, поразив его брюшину. И, скорее всего, был бы фатальным.

Но гигант в черных доспехах сделал ровно то, что и должен был опытный дуэлянт на световых клинках. Он плавно, но быстро, сместился назад, не оставив Люку и шанса поразить себя.

Впрочем, он и сам не воспользовался возможностью ударить молодого мужчину в корпус, когда тот на мгновение открылся в своем рискованном финте. Что довольно странно для того, кто намерен убить противника.

Но самым важным для Люка сейчас было занять позицию между противником и беззащитным Кипом, да не допустить беспрепятственной расправы. Несмотря ни на что, этот парнишка не заслужил подобной смерти.

— Ты не пройдешь, — пообещал Люк, занимая надежную позицию для защиты. — И не убьешь моего друга.

Из-под шлема противника прозвучал приглушенный смешок.

— Ты глупец, Скайуокер, если думаешь, что мне нужен этот молокосос, — неизвестный воин, выше Люка на голову-полторы, вальяжно сделал шаг вперед. — Я долго ждал возможности поквитаться с Дартом Вейдером… Но, как узнал от этих клонов, — он презрительно отбросил лежащий на его пути труп солдата в сторону, — твой папаша умер. Что ж… Я могу передать ему прощальное приветствие, отправив в Силу тебя. Ты в моей ловушке, Скайуокер.

— Если думаешь меня запугать, то не получилось, — признался Люк. — Я тебя не боюсь.

— Это ты так думаешь, — противник демонстративно исполнил одну из сложнейших фехтовальных связок, какие только знал Люк. И сделал это с такой легкостью и проворством, что сомнений не оставалось — перед Скайуокером находился опытнейший дуэлянт. — Я расставил ловушку. И ты попался в нее раньше, чем я даже мог предположить.

— Пусть так, — равнодушно произнес Люк, пропуская через себя волны Силы. — Но я выстоял против Императора Палпатина. Дважды. И тебе меня не сломить, не победить и не уничтожить.

— Такой же самонадеянный, как и твой папаша, — прорычал гигант. — Надо было прикончить его тогда, когда была возможность. Что ж, теперь я избавлю галактику от его отпрыска.

— Ну, — пожал плечами Люк. — Ты можешь попробовать.

Не говоря больше ни слова, неизвестный бросился в атаку.

Контр-адмирал Дорья — формалист. Кроме того консерватор и умный карьерный служака. Именно по этой причине неприятель решил было, что избавиться от него и его флота будет простым дело.

Ведь Дорья умеет предельно четко следовать инструкциям, шаблонам. На это и строился расчет неприятеля.

Проблема была лишь в том, что эту особенность Дорьи знал и я. Подготовить для него несколько четких, минимально вариативных планов, не являлось большой проблемой. Как и то, чтобы другие соединения пробили для Дорьи коридор.

План прост, а потому изящен.

Полномасштабное вторжение в корпоративный Сектор — не более чем отвлекающий маневр. Да, разумеется, КорпСек имеет для Доминиона ценность. И преогромную, тут нечего скрывать.

Но приоритеты совершенно иные. Мне не нужно богатство, ресурсы, производственные мощности КорпСека в той мере, о которой думают многие. Доминион располагает собственными аналогами, и многие не уступают, а то и лучше «корпоратовских». В природных ископаемых так и вовсе недостатка нет — тот же Чилунский Разлом дает столько нужных нам минералов, сколько необходимо Доминиону с учетом всех строек, ремонтов, включая срочные и незапланированные. И при этом мы успеваем накапливать запасы на складах. И это еще Разлом исследован только на пять процентов, задели самый краешек. А ведь кроме Чилунского Разлома в нашем распоряжении тысячи и тысячи миров, астероидов, лун, комет, таящих в себе ценные ресурсы.

Корпоративный Сектор — это раковая опухоль коррупции, корпоративных правил, подкупов, шпионажа и своеволия. Иметь такого соседа, готового продаться любому, лишь бы продолжать жить так, как они привыкли, стратегически опасно. Учитывая, что они под контролем Кронала — смертельно опасно.

Змее нужно отрубать голову, но даже тогда она в конвульсиях может еще наделать дел. Поэтому Корпоративный Сектор — это не более чем тело змеи. А мне нужна ее голова. Кронал.

— Стратегия покорения Пространства Триании полностью себя оправдывает, адмирал, — продолжал свой доклад Дорья. — Ваш план эффективен. Как и всегда.

— План не может быть эффективен, если он исполняется непрофессионально, — философски возразил я. Нет, ни в коем случае это не лесть талантам Дорьи. Всего лишь мысль без подтекста. — Вы успешно завершили первую фазу, контр-адмирал. С чем я вас и поздравляю.

— Без вашего вмешательства, неприятель смог бы увести часть своих подкреплений в Мореллию или к Фаране, — поморщился Дорья. — Или в Пространство Кобули. Куда угодно, где мог бы использовать их для затруднения дальнейшей кампании.

— Превосходно, что вы понимаете это, контр-адмирал, — заключил я, сделав еще один глоток кафа. — В будущем вы этой ошибки не сделаете. Надеюсь.

— Не сделаю, сэр, — сухо, но твердо ответил Дорья. — Адмирал, наш трианий вызывает у меня некоторое недовольство.

— Тем, что осознает последствия своих действий? — уточнил я. — Да, это было учтено. Сейчас он переживает катарсис, шокирующее состояние осознания открывшейся ему истины. Пространство Триании невозможно захватить, не уничтожив его защитников. А без его захвата, мы не выйдем на нужные нам для дальнейшего продвижения рубежи.