Чтение онлайн

Дима и Лерайра хорошо держались на диване, прибитом к полу, но стоило им встать и попробовать пройтись, как они уже падали и катились кубарем. Вильяму пришлось пристегнуться к дивану одним единственным на всю карету ремнем. Подростка шатало во все стороны. Это очень походило на американские горки. Странный стол на колесах постоянно врезался в стены, диваны, бил по ногам молодых. Только Виктор чувствовал себя комфортно в данной ситуации.

– Ай! – вскрикнула Лерайра, когда стол врезался ей в колени. – Кому вообще пришла в голову идея не только не привинтить стол, как остальную мебель, так еще и добавить к нему колеса?!

– Так было сделано, чтобы при спокойной дороге спокойно раздавать чай, не вставая с места, – ответил Виктор и остановил ногой стол, летевший прямо на него. Чтобы данный предмет мебели не доставлял больше никому дискомфорта, он держал его рукой.

– Гениально! – прокомментировал Дима, которому этот стол разбил колени. Повезло ему, что у вампиров раны заживают очень быстро.

Карета резко остановилась. Дима с Лерайрой упали с дивана на пол, Вильяма спас от падения ремень, а Виктор просто спокойно стоял, будто он находился в совершенно статичном помещении.

– Приехали! – воскликнул радостно он, предвкушая бал.

Дверь открылась, королевская свита вышла из транспорта, увидев перед собой большой замок в стиле барокко, половина башен которого была разрушена. Рядом с ним располагались богатые двухэтажные дома.

– А мы здесь будем теперь жить? Мы не поедем в столицу? – удивился увиденному зрелищу Дима.

– Нет, поедем. Мы приехали сюда исключительно ради бала. Побудем тут дня три и поедем в столицу. Сейчас мы в городе Вэритас, что с латинского переводится как «истина». Балы с призывом умерших всегда происходили тут и будут происходить. Столицу же называют Корвум – самый крупный город Блудвиля.

Зайдя в замок, началась уборка у прислуг, а гостей наших мучали тяготы прихорашивания: Лерайре пришлось одевать корсет, около трех часов приводить волосы в порядок, долго подбирать наряд. Многое творилось в эти сутки, но вот наступил момент, когда стали приходить гости. Все уже столпились у ворот замка.

«Здравствуйте, наши гости! Я всех рад вас видеть возле стен этого великого Замка Истины. Этой ночью мы сможем поговорить с самой великой королевой в истории Блудвиля. Пускай врата откроются!» – произнес свою первую речь Виктор. После открытия врат все зашли в зал, где на троне восседала королева Лерайра. На ней красовалось черное платье, пышное и мрачное, вуаль, закрывшая только волосы, сетчатые перчатки на руках и мрачный макияж в стиле готов. Короны на голове не было, вместо нее пафоса придавала большая шляпа с перьями угольного цвета и такими же веточками, небольшими и аккуратными.

Дима вышел из кухни, где он разглядывал блюда, которые вот-вот вынесут гостям, так что ему еще не доводилось видеть наряд подруги. Его удивило, что ее не одели так, как это было на первом балу: ярко и празднично.

– Классно выглядишь. Ты решила мрачно одеться? – подошел к ней и начал разговор он.

– Спасибо. Нет, мне Виктор сказал, что это традиционный наряд на этом балу. А ты почему в джинсах и толстовке?

– Мне никто ничего не сказал, – засмеялся он. – Мне теперь немного неловко.

Тут они оба заметили, что почти все гости одеты по-современному. Теперь неловко стало Лерайре. Вскоре они оба освоились и стали спокойно ходить среди гостей, разговаривать и, конечно, есть. Еды в этот раз было мало, так как данный бал был настроен не на физические изысканности, а на духовные. Самое главное – узнать истинную историю.

– Я не вижу Вильяма. С ним все хорошо? – спросила королева.

– Он сказал, что не хочет быть в толпе. Ему сейчас сложно, – ответил Дима.

– Ясно. Если честно, я сейчас тоже не хочу быть в толпе. Давай пройдемся по замку?

– А ты не боишься опоздать на ритуал по призыву своей мамы?

– Нет, в программе написано, что это будет в три часа ночи, а сейчас пока десять.

– Ну, я в программах только на расписание блюд смотрю.

– Ха-ха, ты всегда про еду!

– Я тоже люблю есть. Хорошо, давай осмотрим какие-нибудь комнаты. Надеюсь, мы сможем найти некую тайную комнату. Пойду, еды немного возьму, а то замок большой. Тебе взять что-нибудь?

– Возьми бутылку крови, самую свежую, теплую.

– Ок.

Через минуту они вдвоем пошли по тем коридорам, в которых не успели еще побывать. Первый был длинным, но большинство комнат, к которым он вел, оказались заброшенными. Конец его содержал дверь в какой-то другой зал, разрушенный: с обваленным потолком, упавшими люстрами и оборванными шторами.

– Что здесь случилось? – задал сам себе вопрос Дима, разворачивая плед, в который он положил немаленький запас еды.

– Ты пикник собираешься устроить? – спросила Лерайра, немного посмеиваясь.

– А ты как думала? – улыбнулся он, расстелив одновременно плед. Достав еду, начали они оба разговаривать.

– Здесь явно что-то случилось: там дальше скелет валяется, человеческий, – начала королева.

– Да. Надо будет спросить потом Виктора о том, что здесь случилось, – начал говорить о всяком Дима, но потом увидел, что Лерайра начала плакать. – Эй, что такое? Я не так что-то сказал?

– Нет, прости. Просто мы теперь одни и… могу я выговориться тебе?

– Да, конечно.

– Все происходит так резко. Все эти восстания, поездки в таких странных вагонах, которые зачем-то называют каретами, но кареты это совершенно другое. Вильям теперь с нами. Кто его знает, что у него в голове. Меня похищали, я падала с крыши, моя мать думает, что я умерла, я скучаю по ней, боюсь за нее. Она стольких людей потеряла, – рассказывала она, пуская слезы ручьями.

– Высказывайся мне, когда тебе будет плохо, – посоветовал ей Дима. – Перед всеми ты должна быть сильной королевой, но мне можешь высказываться. Высказавшись, становится легче. Да, все происходит резко, но ты не бойся. Я и Виктор всегда рядом.

– Спасибо… тебе… Я не знаю, сколько бы у меня получилось еще терпеть все это и молчать, – промолвила Лерайра, а потом резко обняла Диму. – Когда Вильям цепью распотрошил тебя, я подумала, что ты умер… навсегда!

– Я жив же, Шарли. У меня только немного шрамов осталось.

– Приятно, что ты решил меня назвать фирменным сокращением моего имени, хоть и дурацким. Я соскучилась по обычной Шарлотте. У меня теперь другая личность.

– Ты осталась собой. Теперь у тебя просто другое имя и новые способности. Шарлоттой не перестала же быть, – сказал он, немного улыбнувшись. Обнять ответно ему ее не удавалось, та как Лерайра сжала в объятиях и руки, ограничив их в движениях.