Чтение онлайн

– Никто в тюрьма не сажает, если мы говори, что мы делай все, как можно! Не можно умираем в большой лес, все зря, там жуткий тварь живет! задание не можно выполняй, мы спасали себя - мы нет вины!

– У нас есть реальный шанс выполнить миссию. Отказаться от него по причине трусости члена команды - это полный абсурд, - усмехнулся Павий.
– Чего ты боишься, черномазый?

– Я не боишься!
– кажирец всерьез разозлился.
– Моя храбрость много, но нет глупость умирать себя! Будешь делать спор, я в свои руки тебя душить сделаю!

– У меня уже голова разболелась от твоего говора, - помощник капитана театрально поморщился.
– У тебя ума не хватает нормально выучить язык, ты перечишь начальству в моем лице, а сам заявляешь, что ты не настолько глуп, чтобы рискнуть жизнью ради правого дела? Это точно трусость, дружок.

К этому моменту на ругань стянулись остальные одиннадцать членов экипажа. На их лицах мелькали тени сомнений. Жить хотелось всем, но реакция Комитета на проваленное задание могла быть какой угодно, а в условиях тонущей в хаосе Алокрии кара будет скорой и жестокой. Можно попробовать скрыться в какой-нибудь колонии, но в них проживает не так много людей, все друг друга знают, и рано или поздно до Мирея Сила дойдет весточка о дезертирах. Если, конечно, к тому времени купол не сотрет все реальное с лица этого мира...

Но и в джунгли идти не очень хотелось - обитающие там хищные твари и непонятные племена кровожадных дикарей отбивали всякое желание продираться сквозь густые заросли в поисках бесславной смерти. Да и загадочное рандеву с шаманом Наджуза казалось слишком уж сомнительной перспективой. Жалкие остатки команды "Отважной куртизанки" находились в плену растерянности и страха. Впрочем, было удивительно, как они до сих пор пытались держать себя в руках после недавней катастрофы и гибели товарищей. Видимо, под солеными ветрами моря и нещадно палящим солнцем огрубела не только кожа моряков, но и их души.

Кристоф хлопнул себя по коленям и резко вскочил на ноги. Демид и Бадухмад замолкли и уставились на капитана, ожидая его решения.

– Пойдем искать дикарей, - произнес Тридий.

– Правильный выбор, - согласился Павий.
– Надо посмотреть, что у нас осталось из снаряжения и оружия...

– Глупый!
– кажирец раздраженно плюнул себе под ноги.
– Кристоф-капа, ошибка не соверши! Гляди, как все творится вокруг! Думай хорошо еще один раз.

Несколько моряков одобрительно закивали, поддерживая Бадухмада, иные же презрительно поморщились. В команде назревал раскол, но Кристоф верил, что это лишь небольшое несогласие во мнениях. Они ни за что не ослушаются его приказа.

– У меня больше нет корабля, но я все еще ваш капитан, - напомнил Тридий, повысив голос.
– И я сказал, что мы идем искать дикарей.

Глава 7

– Ачек, ты видел, сколько там деревьев растет?

Дрожащая от нервного возбуждения Тормуна уже несколько раз задавала этот вопрос. Раньше она никогда не покидала Донкар, да и в нем большую часть времени проводила в катакомбах. Сектантке не был известен тот огромный мир, что простирался за пределами грязных городских улиц и подземных коридоров со спертым воздухом, поэтому вынужденное путешествие в Новый Крусток подарило ей массу новых впечатлений. И, кажется, не все из них благотворно сказались на ее психике.

– Нет, Ачек, ну ты видел, сколько там деревьев растет?
– беспокойно поглядывая по сторонам и тихонько хихикая, повторила Ана.
– Много, да? Много ведь?

– Много, - машинально согласился По-Тоно.
– Но в северной Илии их еще больше.

Чтобы не привлекать излишнего внимания, в столицу Евы они прибыли втроем - два смертепоклонника и бывший убийца Синдиката. Все-таки их руками сделан крупный вклад в развал Алокрии, а противостоять куполу, разносящему пустую смерть, и одновременно воевать с оставшимися представителями власти в стране им сейчас было не под силу.

– Почему тогда есть люди, которым негде жить?
– спросила Тормуна, постукивая кинжалом по подбородку.
– Смотри - вот Мелкая и На-Резка. Принцесса выросла и захотела жить отдельно, ей надо построить дом. Деревьев много, она могла бы построить целый дворец и жить в нем. А некоторые люди почему-то живут на улице, в пещерах или тавернах. Или тавернах-пещерах. Там, наверное, медведи-людоеды сдают комнаты, которые отделены аккуратными линиями из человеческих костей. А по ночам они подкрадываются к медведям и съедают их!

– Кости подкрадываются к медведям?

– Нет, медведи-людоеды, - захохотала сектанта, но затем изумленно выдохнула, округлив глаза.
– Ты сказал, что кости едят медведей? Кости такое могут?

– Подожди, я имел в виду...
– начал было объяснять Ачек, но остановился, побоявшись запутать ее еще больше.
– Нет, кости не едят медведей. И медведи обычно не едят медведей. И причем тут вообще медведи?

– Так я тебе и говорю! Не слушаешь меня, а потом бред какой-то несешь, - обиделась Тормуна.
– Медведи-людоеды сдают комнаты в тавернах, чтобы люди могли построить из домов деревья в лесу... То есть, из деревьев дома в лесу, где в пещерах живут человеческие кости.

– Ты что-то перепутала, - улыбнулся По-Тоно.

– Нет, это я к тому, что если есть много деревьев, то каждый человек может построить себе дом. Но почему-то это не так...

Ана старательно сморщила лоб, чтобы показать марийцу, как напряженно она думает. Решив, что подобной демонстрации собственного ума недостаточно, щупленькая сектантка принялась хмыкать и глубокомысленно мычать. Наконец ее лицо разгладилось, и она гордо заявила:

– Все дело в том, что медведи-людоеды...

– Хватит! Замолчите оба, - прорычал Ранкир, который брел за парой смертепоклонников, хромая на одну ногу.

– Тебе не нравятся медведи?
– поинтересовалась Тормуна с каким-то сочувствием в голосе.
– Если хочешь, Мелкая может поговорить с тобой о кошечках. Мяу.

– Мне не нравится глупый треп малолетних маньячек, - убийца ткнул пальцем в сторону Ачека.
– А ты потакаешь ей из-за своей нездоровой привязанности. Вот зачем ты взял ее с собой?

– Я обещал заботиться о ней, - смутился юный лидер секты.

– Бред, - Ранкир раздраженно плюнул на запыленную мостовую.
– Смертепоклонник, прославленный беспощадный последователь Нгахнаре, Мертвая Рука - так тебя называют? А тут ты вдруг решил поиграть в папочку и нянчишься с этой девчонкой. Или какие там у вас отношения, даже знать не желаю...

– В бою она стоит четверых, - возразил По-Тоно.

Он и сам не знал, перед кем именно оправдывался: перед собой или Митом. Тормуна с момента их первой встречи всегда была рядом с Ачеком, и ему это нравилось. Но он отказывался признаваться себе в каких-либо чувствах к ней, заставляя себя думать, что она находится рядом с ним лишь из-за данного Мертвому Взору обещания и боевых талантов сектантки. Однако его сердце замирало каждый раз, когда Ана выбиралась из панциря своего безумия и становилась настоящей.