Чтение онлайн

– Ты меня слышишь?
– Ачек заглянул в лицо школьного товарища.

Тот не сразу понял его вопрос. Внимание убийцы было приковано к полоске светлой ткани, повязанной на запястье. В ней почти не осталось тепла Тиры, которое согревало мертвую душу Ранкира все это время. Только сейчас он понял, насколько же холоден мир.

– Пошли уже, - пробормотал убийца, слезая с трубы.

– Куда?

– Кажется, ты в лес собирался. К своим психопатам. Заждались небось.

Ачек согласно кивнул, но затем его взгляд наткнулся на приземистые башенки дворца наместника Евы, едва различимые за завесой вездесущей коричневой пыли.

– Подожди, - лидер сектантов остановил Ранкира.
– Сперва надо убедиться, что с Амениром все в порядке.

– Чего ты о нем так печешься?

– Владыка решил сохранить ему жизнь, - Ачек достал монетку и подбросил ее, задумчиво проводив взглядом короткий полет.
– Он еще должен проявить себя в замысле Нгахнаре, да и, насколько я могу судить, в Комитете на него тоже возлагают определенные надежды. Весьма вероятно, что тут интересы владыки и комитов сходятся, но...

– Понял. Просто пойдем уже, - прервал его убийца и, прихрамывая, пошел по крышам в сторону дворца, но затем нервно дернулся и обернулся, почувствовав на себе любопытный взгляд Тормуны.
– И пусть эта дурочка помалкивает, у меня от ее болтовни голова разбаливается.

Пасмурное утро уже вступило в законные права, предоставленные педантичным временем. Влажная после ночной прохлады пыль оседала на одежде, безжалостно придавая ткани единый серо-коричневый цвет. За прошедшую неделю Новый Крусток изменился отнюдь не в лучшую сторону. Разруха и тоска, что таились внутри людей и тщательно скрывались безвкусными украшениями на приходящих в упадок домах, выплеснулись на улицы города. И активация формулы Маноем Саром была лишь поводом для этого, причиной же стало всепоглощающее отчаяние, рожденное гражданской войной и вскормленное жуткими ветрами перемен.

Столица Евы опустела, безжизненные трущобы превратились в памятник жалкого существования проживавших там людей, забрызганные кровью стены безразлично смотрели выбитыми окнами друг на друга, а на мостовых лежали трупы горожан и фармагулов. Кое-как жизнь теплилась лишь в центральном районе, где люди, потерявшие все, нашли временное укрытие. Раньше жители Нового Крустока с неприязнью смотрели на прячущихся от войны и купола чужаков, а теперь они сами стали беженцами в родном городе. Не прошел еще траур по прошлому, а жестокая неизвестность уже тащила их за руку в будущее. На счастливый конец никто больше не надеялся.

Скрываясь от глаз агентов Тайной канцелярии и стражников, которыми был наводнен весь центральный район, смертепоклонники и убийца добрались до дворца. Новый Крусток был похож на запыленное поле боя, но дворцовая стража, чувствуя себя в относительной безопасности, с самого утра была пьяна и уже мирно дремала в кислых алкогольных парах. Незаметное проникновение в резиденцию наместника не составило никакого труда.

В Еве роскошь - понятие очень специфическое. Местная знать почему-то решила, что их жилища будут выглядеть очень красиво и представительно, если завесить помещения огромным количеством ткани, которая отяжелела от кладок яиц моли в складках, и расставить повсюду несуразные каменные вазы с увядающими цветами и клумбы с чахлыми кустиками. Картину дополняла облупившаяся штукатурка, неумело измазанная дорогой краской, утратившей свой изысканный цвет от постоянной сырости, тени и плесени. И дворец наместника не был исключением.

– Как красиво-о-о!
– Тормуна постанывала от восторга, разглядывая очередной эталон безвкусицы.
– Живут же люди!

– Не шуми, нас могут услышать, - предостерег ее Ачек и обратился к Ранкиру.
– Ты, кажется, можешь учуять людей. Здесь есть кто-нибудь?

– Я это не контролирую, - пробормотал убийца, обходя очередную клумбу.

Он собрался уже пройти мимо высохшего розового куста, но внезапно остановился и внимательно посмотрел на него. На ломких веточках сидели девушки в осыпающихся платьях. Живот скрутило, и Мит посчитал, что внутренний позыв велел ему подойти к ожившим цветам. Прихрамывая, он шел по жухлым листьям. От девушек продолжали отрываться лепестки, оголяя их мышцы, внутренние органы и кости. Одна из них взяла Ранкира за руку и прыгнула вниз. Убийца упал на потолок. Он поднял голову и увидел себя, Ачека и Тормуну. Смертепоклонники приклеивали к нему осыпавшиеся лепестки роз и ругались, когда Ранкир падал с ветки розового куста. И снова упал. Из-за покрытой патиной люстры вышел наблюдатель из Синдиката. Приблизившись к своему бывшему подопечному, он с любопытством посмотрел на копошащихся вверху сектантов.

– Ты плохо выглядишь, Салдай, - заметил Ранкир.
– Что случилось?

– Умер, - ответил амбал, придерживая оторванную челюсть руками.

Убийца понимающе кивнул. Его кто-то осторожно дернул за штанину. Он взглянул вниз и увидел безногую Палану, за которой тянулся кровавый след.

– Танец?
– предложила жена сапожника.

– Извините, - Ранкир виновато улыбнулся.
– У меня болит бедро.

Волочивший за собой ноги супруги Ванар Пок что-то сказал ему, но ничего не было понятно из-за размозженной головы.

– Папа говорит, что он мог бы помочь тебе, - перевела Дорана, смущенно поглядывая на убийцу.

Руки Тиры ослабли. Она потеряла слишком много крови, светлая ночная рубаха целиком окрасилась в алый цвет, насквозь промокла и стала тяжелой. Раз за разом бледнокожая марийка отрывала от нее рукав и привязывала к запястью Ранкира. Закрыв глаза, она упала на пол. С раздражающим звуком стекла, постукивающего по дощатому полу, к стене откатилась бутылка знаменитой медовухи из городка со странным названием Спасение. Мит наклонился и поднял звук, но не смог удержать его во вспотевших ладонях и уронил с потолка. Бутылка разбилась.

– Это оттуда, - напрягся Ачек.
– Насколько я помню, там приемная наместника. Она же - зал заседания Комитета.

– Пойдем посмотрим!
– обрадовалась Тормуна.
– Бутылки бьют. Должно быть, у них очень весело! Принцесса На-Резка любит разгуляйки! Мелкая, конечно, обычно стесняется, но тоже пойдет. Ведь к принцессе будут приставать, да-да-да...

– Пожалуйста, потише, - попросил лидер сектантов и повернулся к Ранкиру.
– Аменир либо там, либо в гостевых покоях. Что думаешь?

Убийца наконец оторвал взгляд от куста с чахлыми цветами. Призраки прошлого спрятались в тенях.

– Думаю, мы зря теряем время.

– Надо убедиться, что с ним все в порядке, - возразил Ачек.

– Так убеждайся, - огрызнулся Ранкир.
– Зачем ты мне постоянно какие-то вопросы задаешь? Мне плевать, понимаешь? Плевать! Найди уже мне главаря Синдиката и отвяжись, в конце-то концов.

Хмыкнув, По-Тоно пошел в сторону, откуда донесся звук бьющегося стекла. Тормуна пожала плечами и вприпрыжку побежала за ним, оставив Ранкира в одиночестве у розового куста. Раздраженно выругавшись, убийца растаял в черном дыму и мгновение спустя уже хромал впереди сектантов.

– Быстрее проверим, быстрее выберемся из этой помойки, - пробормотал он.

Пройдя очередную совершенно ненужную комнату посреди коридора, они вышли к приемной наместника Евы. У двери скучали два бугая, у которых на лицах отчетливо проступало бандитское прошлое, а весь остальной вид говорил о не менее бандитском настоящем.

– Опа, - один из головорезов удивленно приподнял бровь.
– Это же Ранкир.

– Да ну?
– второй вгляделся в приближающуюся троицу.
– Ну да. Живой еще.