Чтение онлайн

– Спасибо за заботу, мастер, - прохрипел Аменир.

К подобным походам юноша совсем не привык, да и крепким здоровьем похвастать не мог. "Надо как-то задержать этого железного старика, чтобы передохнуть, а то со следующего привала я уже подняться не смогу", - мелькнула мысль в его голове.

– Скажите, мастер, а есть ли в мире такие же могучие реаманты, как вы?

Грубая лесть в пустом вопросе. Кар уже мысленно поругал себя и приготовился выслушать гневную тираду, после которой тут же последует новый рывок по пересеченной местности. Но Этикоэл сидел и задумчиво приглаживал свою всклокоченную бородку. Наверняка он понял уловку ученика, но, кажется, эта тема его заинтересовала.

– Сомневаюсь, - после коротких раздумий ответил старик.
– Если говорить о взаимодействии с ирреальным как об области научного знания, то, насколько я знаю, лишь в Алокрии уделяли алхимии достаточное внимание, чтобы появилась реамантия в существующем ныне виде.

– Значит, мы одни такие?

– Не дури, балбес, общение с ирреальным может выражаться по-разному, - проворчал лысый реамант.
– Просто мы пришли к такой форме взаимодействия. Так или иначе, все народы мира постигают реальность и то, что лежит за ее границами. Шаманизм, духовные практики, предсказания, всевозможные элементы религии и прочее. Например, некоторые аборигены с Дикарских островов умеют общаться с духами и даже использовать их силу - такова их форма общения с ирреальным. Но возвести это в степень науки додумались только алокрийцы и, кстати, не так уж давно.

– А как так получилось, что все считают реамантов бесполезными фокусниками, если на самом деле в наших руках такая власть над самим мирозданием?

– Не так уж и велика эта власть, - заметил Этикоэл.
– А расхожему мнению о ничтожности реамантии поспособствовало очень много условий, все и не перечислить. Наверное, по большей части дело в самих реамантах, которые либо не захотели до конца понять эту науку, либо не смогли. Может быть, так даже лучше.

– Вы опасаетесь, что ее могут использовать во зло?

Только Аменир задал вопрос, как ему послышался скрип дерева, на котором сидел старик. Но нет - это засмеялся сам учитель.

– Опасаюсь ли я? Ха!
– Этикоэл чуть не упал со своего насеста.
– Конечно нет! Мой наставник почил уже давно, а я не открывал секретов истинной реамантии никому, кроме тебя. Это значит, что остальные никчемные идиоты ни на что не способны.

– Остальные? Я, по-вашему, тоже никчемный идиот?

– Безусловно. Правда, не такой безнадежный, - старик призадумался, словно что-то вспоминал.
– У тебя есть талант и сила, что ли. Только мозгов маловато, чтобы ими воспользоваться.

Любая похвала Этикоэла обычно заканчивалась оскорблением. Так или иначе, это все же была похвала, и Аменир был даже благодарен своему учителю за нее. У пожилого реаманта хоть и был скверный характер, но если взглянуть под определенным углом, то можно увидеть заботливого, доброго и мудрого старца. Только надо очень долго вглядываться. Очень долго.

– И вообще, откуда ты понабрался таких категорий - зло, добро?
– продолжил ворчать Тон.
– Ты же реамант, пусть и туповатый малость, но реамант. Должен бы уже прекрасно осознавать, что истины, как и двух названных тобой полярных абсолютов, в нашей реальности не существует в чистом виде. Они относительны в бесконечности всевозможных сторон мироздания, у каждой нити своя истина.

– Но можно же увидеть по последствиям, добро сотворил человек или зло, - возразил Аменир.

– Последствия это следствия других последствий, которые в свою очередь являются следствиями более ранних последствий и так далее. И в будущее они устремляются точно так же. Конечный результат какого-либо действия мы не можем узнать, пока существует время. А ведь невозможно судить о незаконченных поступках и вещах: добро это или зло. И если существование нашей реальности незакончено, то как можно различить, что в ней хорошо, а что плохо? То, что кажется благом в данный момент, может повлечь катастрофу в скором будущем. И наоборот.

Кар понял доводы учителя, но какая-то часть него отказывалась принимать их. Каждый ребенок знает о добре и зле, что свет всегда сможет одолеть тьму, и все будут жить долго и счастливо. Так воспитываются и растут люди, они приобретают такие качества, как сострадание, внимание, доброта, любовь, терпение, вера в лучшее будущее и подобные им. Но если это все относительно, то достаточно лишь взглянуть на добродетели под другим углом, и станет понятно, что это не более чем просто слова, которые имеют значение для весьма ограниченного круга людей, понимающих их по-своему. И каждый человек вкладывает только ему понятный смысл в определения "добра" и "зла".

– Однако ведь существует некая общечеловеческая мораль, законы общества и государства, - снова возразил Аменир, но на этот раз менее уверенно.

– Я не собираюсь спорить с тобой, - раздраженно отмахнулся Этикоэл.
– Это все придумали люди. А люди - идиоты. Посмотри вкруг, и увидишь, что они натворили! Некогда процветающая страна превратилась в памятник насилию и братоубийственной войне. Здесь нет места морали и законам, повсюду лишь бессмысленная резня и потоки крови. Обезумевшие вдовы рвут на себе волосы. Сироты умирают с голоду, выгнанные на улицы алчными домовладельцами. Калеки, так называемые ветераны войны, вынуждены просить милостыню у тех, кто посылал их на смерть.

Старик разошелся не на шутку, он соскочил с поваленного дерева и начал нервно ходить перед обескураженным Каром, брызжа слюной, бешено вращая выпученными глазами и потрясая неопрятной бороденкой.

– Разжиревшие твари во дворцах втаптывают свой же народ в землю, перемешанную с навозом и пропитанную кровью детей и женщин. А простолюдины, так сказать, мирное население. Они, что ли, хорошие? Нет, совсем нет. Покажи им монету, и эти свиньи бросятся убивать тех, кто дал им кров и пищу! Неблагодарные сволочи забывают про верность, стоит им вкусить похоти и жадности. Верная жена? Ха! Надо просто предложить нужную цену. Целомудренная дочь? Как бы не так! Весна забродит в крови, и она задерет подол перед первым же встречным смазливым засранцем! Присяга солдата? Ерунда! Пообещай мужику жратву, выпивку и баб - он пойдет воевать за тебя против самого Света! О, про Церковь забыли, про наших достопочтимых священников... Что-то они не гнушаются жиреть за счет прихожан, навешивать на себя золотые побрякушки и прибирать все больше и больше земель "для нужд веры"! Грязь, мерзость, упадок! В этой реальности нет места твоим хваленым законам и морали, глупый мальчишка!

Тишина навалилась на Аменира столь внезапно, что он не сразу смог снова слышать звуки леса. Резко замолчавший лысый старик все еще описывал круги перед ним и громко сопел. Юный реамант поднялся на ноги и встал на пути наставника. Этикоэл остановился, посмотрел на него, и, тяжело вздохнув, отмахнулся от своих мыслей. Ни слова не сказав, он двинулся вглубь леса, увлекая за собой ученика.

– Мы сможем это изменить?
– осмелился спросить Аменир после продолжительного молчания.
– Это ведь наша цель, сделать мир лучше...

– Человек может сделать все, что способен представить, - ответил Тон поговоркой.

– С помощью реамантии?

– Да.

– Тогда...

– Заткнись и тихо следуй за мной, - старик в очередной раз удивил Аменира, когда, пригнувшись к земле, беззвучно и стремительно двинулся вперед.
– Кажется, мы уже близко.

Он невероятно быстро взобрался на крутой холм, оставив ученика далеко позади. Запыхавшийся Кар мог бы запросто не заметить Этикоэла, если бы тот не поманил его из кустов. Старик активно артикулировал, и хотя слова не вырывались изо рта, его выражение лица давало понять, что он ругает парня на чем свет стоит. Аменир лег на землю и подполз ближе, получив беззвучный, но ощутимый подзатыльник за хрустнувшую ветку. Наконец он понял, куда так внимательно всматривался его наставник.