Грани реальности (СИ)
Шрифт:
– - Не плач, родная, мы со всем справимся, -- всё ещё шепчет отец, а слова его напоминают об Элифане, и очередная порция слёз уже ручьём льётся по лицу.
Чуть успокоившись, с трудом отрываю от кровати, ослабшую от долгого бездействия руку, давлю на веки, пытаясь выжать излишки мешающей видеть влаги. Картинка понемногу проясняется. Смотрю на отца, и вдруг…
– - Пап… -- вылупив до предела глаза, придушенно шепчу я.
– - Что, маленькая? – в голосе звучит тепло, а в глазах… в глазах полыхает самый настоящий божественный фиолетовый огонь!
«Наверное, мерещится…» Зажмуриваю глаза. Открываю. Зажмуриваю. Тру рукой. Отрываю…
– - Что тебя так взволновало? – отец кажется готов испепелить всё вокруг взглядом.
– - Твои глаза… -- шепчу.
Улыбается и кивает.
– - Ну ты же вернула меня в родной мир, дочка, -- лучезарно улыбается сидящий возле меня, такой бесконечно родной, бог. – Я восстановил и силы и положение. Только они были не в силах спасти тебя здесь.
– - Здесь? – переспрашиваю. Моё ещё не окрепшее сознание, оказалось не в силах проследить всю логическую цепочку. – То есть… -- спросить: «То есть всё было правдой?», так и не решилась.
– - Твой дух оказался настолько силён, что сумел без какой-либо ни было подготовки пройти едва ли не полное перевоплощение, -- объясняет медленно, словно ребёнку, а я тупо хлопаю глазами. Ну не понимаю и всё тут! – Кхёрн, кстати, прощён. Ты действительно сполна отплатила ему за моё изгнание, но благодаря именно ему твой дух попал на Карпег. А после, ты и меня туда провела.
Вот тут я уже не вынесла:
– - Это не сон? – шепчу пересохшими губами. – Ущипни меня.
– - Не буду, ты и так не оправилась, ещё синяков не хватало, -- улыбается в ответ, а потом словно только что вспомнив, сообщает: -- Кстати… маме о случае в парке и больнице ничего неизвестно. Надеюсь, это останется нашей тайной и впредь. Она и так нанервничалась в последнее время. Всё же в её жизни произошли перемены немалые.
Что тут скажешь? Да и сил нет говорить. Просто моргнула в ответ. Кажется, он понял. Да уж, перемены немалые, и не только у мамы. И я… я смотрю в его всё ещё полыхающие фиолетовым пламенем глаза и не решаюсь даже дышать. Боюсь, что всё это окажется всего лишь бредом или сном.
Отец же встаёт со своего места. Осторожно отсоединяет от моих рук катетеры капельниц, с моего пальца слетает прищепочка датчика надоевшей до жути своим писком реанимационной-диагностической аппаратуры, с лица исчезают тянущиеся к булькающей бутылочке прозрачные трубочки. Молча, непонимающе наблюдаю за его действиями.
Сильные руки подхватывают моё всё ещё безвольное тело.
– - Тебя кое-кто ждёт, -- шепчет отец. – Волнуется и скучает.
Первая моя мысль: «Алсея», вмиг выветрилась, потому что взревел фиолетовым пламенем, дико смотрящийся на фоне больничной палаты, портал, и мы очутились… я очутилась… в объятиях бесконечно любимого, смотрящего на меня преисполненными тревоги и счастья глазами, мужа. И да, мы оказались в нашей с ним спальне. В этот миг для меня не существовало больше ничего кроме этих бездонных голубых глаз. А настолько лёгкий поцелуй, словно я так хрупка, что от малейшего прикосновения смогу рассыпаться в прах, окончательно отрезает меня от окружающего мира.
Откуда-то издали доносится усталый голос отца:
– - Думаю, ты не хуже меня знаешь, что делать дальше…
А я всё смотрю в любимые глаза. И думаю: «Пусть это бред. Пусть сон. Главное, чтобы он никогда не кончался!»
– - Набирайся сил, дочка, -- доносится тонущий в шуме взревевшего пламени портала, голос отца. – Алсея, Эльма, да и… очень многие ждут твоей помощи…
КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ!!!