Чтение онлайн

– Именно так, дружище, – Выдра улыбнулся. – Именно так.

Деградант улыбнулся ему в ответ. А потом решительно встал, поднял с земли свою длинную крепкую палку и побрел вдоль поваленного дерева, примеряясь, куда удобнее ее воткнуть.

Воткнуть не в Выдру. Воткнуть в землю, чтобы использовать в качестве рычага и приподнять ствол, обездвиживший Выдру. Теперь Томас был уверен, что палка предназначалась для этого с самого начала. Но сперва свистун должен был переговорить с Выдрой, убедить его в своих добрых намерениях. И ему удалось это в полной мере, несмотря на некоторые, скажем так, языковые различия.

Дикобраз боялся Выдру не меньше, чем Выдра Дикобраза. А может, и больше. У него были на это веские основания. Но он сумел преодолеть свой страх.

Дикобраз уперся рычагом в землю и налег на него, кряхтя от натуги, мышцы его натянулись как веревки. Ствол приподнялся. Выдра, извиваясь ужом, пополз на свободу. Ветви не пускали его, впивались в кожу, Выдра скрипел зубами и стонал, стараясь не закричать от боли, не испугать деграданта. Он успел вовремя – как только вытянул ноги из-под последнего сука, заревела сирена и раздался топот тяжелых армейских ботинок.

Деградант бросил свое орудие, в последний раз оглянулся на Выдру, сделал скачок в чащу и исчез, словно в воздухе растворился. Выдра лежал на спине, истекал кровью и не мог пошевелиться – сил больше не осталось. Пять охранников в комбинезонах окружили его, наставили на него стволы шокеров. Раздался шум мотора, и между деревьев вырулил вездеход. Открылась дверца, на землю спрыгнул Джон Нортон и пошел к Выдре бодрым пружинящим шагом. Наклонился над Выдрой, улыбнулся, продемонстрировав крепкие желтоватые зубы, и сказал:

– Ну, жив, герой? Везунчик ты, Выдра. Опоздай мы на минуту, и зверь прикончил бы тебя с гарантией. Считай, что второй раз родился.

– Спасибо, – прошептал Выдра. – Очень вам благодарен.

Он мог бы сказать, что за это время зверь мог прикончить его десять раз, и помощь могла придти в три раза быстрее, и что, соберись Дикобраз убивать Выдру на самом деле, никто бы и пальцем не шевельнул, и что приехали они лишь тогда, когда поняли, что ничего интересного больше не произойдет. Но какой смысл было говорить это? Цапаться с Нортоном не было никакого резона. Выдра настоятельно нуждался в медицинской помощи и совсем не был уверен, что ее предоставят безо всяких условий.

Нортон отошел к поваленному дереву и изумленно покачал головой.

– Да, интересную штуку учудил Дикобраз, – заявил он. – Только не думай, Томас, что мы о ней знали, и не предупредили тебя. Даже не думай так думать. Мы сами ничего не знали.

Выдра лишь кивнул головой.

Нортон сделал ему перевязку – смазал гелем, облепил пластырем, дал пару таблеток обезболивающего. Усадил Выдру на переднее сиденье, сел за руль и двинулся. На заднем сиденье торчал охранник с шокером. Ехали по лесу, машину болтало безжалостно, подкидывало на кочках так, что Выдра то и дело стукался макушкой о потолок кабины. Томас держался неплохо – насколько он подозревал, не столько из-за действия обезболивающего, сколько из-за наркотического действия растения, преподнесенного Дикобразом. На полу, под ногами, лежала дубина со спрятанной в ней пилкой – Выдра настоял на том, чтобы взять ее с собой.

– Куда мы едем? – спросил он. – В больницу?

– Нет, дружок, – ответил Нортон. – На больницу ты пока не заработал, да и нет у нас здесь, на острове, госпиталя. Так что лечиться будешь на месте. На том самом, где ночевал сегодня.

– Похоже, сегодня я ни на что не заработал, – невесело заметил Выдра. – Деграданта не убил, да еще и подставился, попал в ловушку, испортил вам все шоу. Чувствую, останусь я сегодня и без спальника, и без ужина. Опять всю ночь буду валяться в луже, под дождем, а к утру подхвачу воспаление легких. Тогда уж убейте меня сразу – чего мучаться?

– Будет тебе ужин, – заявил Нортон, – и спальный мешок будет, и даже палатка. На костер не рассчитывай, даже не надейся – не хватало только, чтобы ты нам лес подпалил. Но на все остальное ты все же заработал.

– Каким образом?

– Все, что сегодня произошло, пока не пошло в эфир – работы оказалось много, очень уж неожиданный материал получился. Но через час будет трансляция, мы ее тебе покажем, и все поймешь сам.

– Если бы вы наведались к Дикобразу, чтобы сделать ему инъекцию, вы бы увидели, что он построил ловушку, – заметил Выдра. – Может быть, даже застали его за работой. Вы ведь не сделали ему укол, да?

– Ну да, – признался Нортон, – не сделали. И ночью за ним не следили – какое нам дело до него ночью? И проворонили. Ночью, похоже, он свою конструкцию и сварганил.

– Вы же обещали, что вкатите ему транквилизатор!

– Идея про транквилизатор – выдумка Марко, – проворчал Нортон. – Ни я, ни Урия ответственности за этот бред не несем. Марко с Никласом наобещали тебе с три короба – вот пусть приезжают сами, и сами делают. Как ты это представляешь? «Эй, Зубастенький, подставь попочку, мы в нее укольчик сделаем, и будет тебе очень хорошо!» Так, что ли? Да чтобы поймать живьем свистуна, бегающего по сельве, целый взвод нужен! Можно, конечно, стрельнуть в него шприцом с лекарством, только зачем? Ни к чему это баловство.

– Ты что, хочешь сказать, что Зубастого тоже не транквилизировали? – мрачно спросил Выдра.

– Нет, конечно. И как видишь, никакой транквилизации не понадобилось – ты угробил его за милую душу. И Дикобраза убил бы без особых проблем, если бы он сюрприз не подкинул. Ты профессиональный боец, Уанапаку, нечего прибедняться и выпрашивать послабления. Если дать тебе в руки оружие, хотя бы ту же дубину, и разрешить применять боевые приемы, никакой свистун против тебя не устоит. А мы разрешаем тебе и оружие, и приемы – все для тебя, дорогой, только работай, а уж наши аниматоры сотворят с этим все, что им нужно. До завтра отдохнешь, подлечишься, а завтра, будь добр, дай нам новый материал.

– Что, Дикобраза буду добивать?

– Дикобраз уже убит.

– Вы застрелили его? – вскинулся Выдра. – Когда успели?

Вот уроды – видели же, что Дикобраз пощадил Выдру, более того – освободил его. Впрочем, наверное, именно за это и пристрелили – нечего своевольничать.

– Считай, что ты сам его убил, – холодно ответил Нортон. – Нет больше Дикобраза. Посмотришь трансляцию, сам увидишь. А завтра пришибешь очередного деграданта, послезавтра – еще одного, и так далее. Понятно, что такая работа тебе не нравится, и все-таки советую обходиться без сантиментов. У каждого из нас своя работа, Выдра. Мы делаем свою работу, нам платят за это деньги. Все в этом мире просто, только не надо халтурить, не любим мы халтуры…

Выдре действительно выдали презентов не скупясь – и отличную трехместную палатку, и надувной матрас, и спальник с терморегуляцией, и кучу еды-питья, и даже бутылку красной Риохи. Кроме того, лично приехал кудесник-доктор. Он обработал раны Выдры, зашил дыру на пояснице, а также вкатил пациенту изрядную порцию лекарств – не столь зубодробительных, как в прошлый раз, но нечто тоже весьма бодрящее. В общем, Выдра понял, что так просто с него не слезут – заставят доработать до конца. Потом все укатили и оставили Выдру в блаженном одиночестве. Он лежал на матрасе, попивал винцо, слушал, как барабанит по ткани палатки бесконечный дождь, и снова размышлял.