Чтение онлайн

— Арр, нет, — трепыхнулась Птица.

— Да, — возразил оборотень и куснул Мел за бедро. Власть над истинной волка распаляла. Внутренний зверь возбужденно скулил, прося большего — полного обладания парой

— Ты не обязан…

— Тшш… — Аррум опустил голову к источнику пьянящего запаха. На пробу лизнул. Гадливости не возникло. И с рвением взялся за новую для себя ласку, о которой прочел в рассказе истинной. Мелани застонала, полностью открываясь под горячим натиском языка. Воодушевившись откликом, трагирец продолжил. Немного поколебавшись, подключил к процессу пальцы и после нескольких поступательных движений девушку выгнуло с протяжным «Да-а…». Внутренние стенки, которым вскоре предстояло принять кое-что потолще и подлиннее запульсировали. Оборотень спешно расстегнул на себе штаны и сдавил набухший узел. Пока Мелани восстанавливала дыхание, Аррум целовал её шею и грудь, старательно размазывая по девушке своё семя. Внутренний зверь требовал метки запахом, смешение их с Птицей ароматов тешило самолюбие обеих оборотнических ипостасей. Теперь все самцы в округе будут знать, что светловолосая красавица занята сильным альфой.

Фаерс дёрнула мужчину за волосы притягивая его для поцелуя, тот воспротивился:

— Тебе не противно, что я так сделал? — он опустил взгляд на подсыхающие разводы.

— Нисколечко, — удовлетворённо мурлыкнула Мелани поглаживая пресс прилегшего рядом с ней Аррума. Из памяти начисто стерлось, когда они успели разложить диван. Или он сам разложился, сломавшись под их натиском?

Оборотень потянулся и проехался вновь стоящим членом по влажному бедру Фаерс.

— Чувство меры тебе явно незнакомо, — произнесла Мелани, не замечавшая за собой раньше склонности к кокетству.

— Меня трудно насытить, — лукаво подтвердил трагирец.

— Ты крупный. Поаккуратнее там.

— Главное помни, что я не дикий зверь и не причиню вреда, — серьёзно сказал мужчина и повинуясь инстинкту, перевернул Фаерс сначала на живот, обцеловав лопатки, а затем поставил на колени. Волчья натура требовала, чтобы первый акт телесного единения прошел по животному закону. Бугорок в нижней части хребта вызвал интерес, и иномирец надавил на копчик. Ощупал. Нет, не показалось.

— У тебя что, был хвост?

— Как-то тебя не вовремя потянуло на антропологические изыскания, — Мел сокрушенно упала лицом на подушку. — Предком людей у нас считается животное, отсюда и рудимент. Недоразвитый отросток.

— Серенькая! — впавший в восторг оборотень поцеловал копчик Мелани.

Уточнять, что под предком подразумевалась обезьяна, Фаерс не стала, иначе историческая справка грозила затянуться и сбить настрой. Тем временем Аррум стал вылизывать понравившуюся ему роднившую их с Мелани деталь. Одноипостасные на Трагире пенька от хвостика не имели и очень гордились своей «не осквернённой животным» кровью. Его же истинная имела звериное происхождение — значит была волку ещё роднее, ещё милее сердцу. Тихонько поскуливая от накатившей нежности, оборотень проверил пальцами степень готовности Мел его принять, и потёрся головкой о трепещущие створки предупреждая девушку о близости вторжения. Толкнувшись во влажную глубину, оборотень прикрыл глаза наслаждаясь обволакивающей теплотой. Фаерс тонко вскрикнула, оправдывая своё птичье прозвище. Заполненность была образцовой, и несмотря на внушающий опасение размер без всякой примеси боли, что совпадало с представлениями Мел об эталонном партнёре.

Прислушиваясь к шестому чувству, говорящему, что девушка под ним кричит от удовольствия, Аррум усилил напор и немного погодя, пара синхронизировала и нарастила темп. Трагирцу приходилось соизмерять силу толчков. Человекочасть пристально следила за зверочастью, не давая той забыться и дотолкать ломкую Птицу до находящегося в опасной близости от её головы деревянного подлокотника. Также она контролировала и животную охоту укусить. Чем ближе был пик, тем сильнее чесались десны и манила выгнутая шея с рассыпанными бисером каплями пота. Вбиваясь раз за разом в отзывчивое встречающее на полпути тело, Аррум начал склоняться ниже, пока не лёг грудью на спину Фаерс. Продолжая резко двигать тазом, волк положил одну руку поверх меланиной и переплёл их пальцы. Девушка стонала, путано что-то говорила, глотая слоги, а оборотень так же неразборчиво отвечал, при этом безотрывно глядя на чистый загривок, где так не хватало кровавого отпечатка клыков — символа их супружества. Мелани задрожала, рванулась, словно стремясь уйти от контакта, но Аррум обхватил её поперёк груди, зная, что причина в другом. Просто Мел ослепило вспышкой, накрыло огненной волной и унесло в поднебесный сад, куда могла попасть только соединившаяся пара истинных. Волк видел, слышал, впитывал кожей и пропускал через себя чужое удовольствие, догоняя и дополняя его шквалом своих эмоций. Обжатый со всех сторон пульсирующими стенками член стал выбрасывать семя, и Аррум, превозмогая себя, вышел наполовину из желанного тела, чтобы не навредить человеческому организму набухающим у основания его естества узлом. Будь Фаерс волчицей, то проблем бы не возникло, однако с одноипостасной требовалась осторожность. Трагирец ещё раз рефлекторно двинулся вперёд, животная природа требовала закупорить в избраннице сок новой жизни. Втиснуться полностью в слишком узкое для узла отверстие не удалось, и по бедру Мел сбежал белый ручеёк.

Хищник внутри аррумовой головы взвыл, перехватывая контроль над разумом. Удлинившиеся клыки стремительно приблизились к открытой шее Мелани и скопившаяся во рту слюна капнула ей на спину…

В последнюю секунду перед укусом оборотень прикрыл уязвимое притягательное место рукой, смыкая челюсти на ребре собственной ладони. Боль. Стук застрявших в плоти зубов. Вкус крови. Своей. А не той, что желал больше всего на свете, и остаточные искры блаженства смешались в неповторимый дурманящий коктейль. Придерживая истинную, Аррум лёг на бок, увлекая девушку за собой, и лизнул в солоноватый от пота загривок. Мелани передёрнула плечами и повернулась к трагирцу.

— Это было… великолепно.

Волк лучезарно улыбнулся и поцеловал раскрасневшуюся Мел в губы.

— Дальше будет лучше.

Внезапно в облике трагирца Фаерс уловила неправильность.

— Кровь? Откуда? — всполошилась девушка заметив красные мазки на торсе оборотня. Аррум нехотя показал конечность с отчетливым оттиском. — Зачем? — стараясь не причинять боли, Мелани взяла пораненную ладонь в руки.

— Чтобы не укусить тебя. Ты же не хочешь становиться волком. А я потерял контроль и чуть не совершил непоправимое. Но я успел, тебе нечего бояться.

— До следующей постельной баталии? — уточнила Фаерс.

— Нет. Не знаю, — оборотень удрученно сжал прокушенную руку в кулак.

— Не напрягай, а то кровит сильнее. — Мел погладила костяшки и щекотно провела между пальцами. Мысль, что, пока она будет ловить оргазмы, её могут обратить, не радовала, но и дикого ужаса больше не вызывала. — Почему не заживает?

— Защитный механизм. Когда волк попадает к врагу, то может убить себя сам. Наше племя быстро исцеляет раны, но не самонанесённые. Для заживления подобных нужны недели, и пленники, как правило, умирают от кровопотери.

— И ты так спокойно об этом говоришь?!

— Постой! Мне это не грозит! — вцепился в сорвавшуюся с места Фаерс Аррум. — Я же не запястье себе перегрыз.

— Дубина! — разозлённая Мелани толкнула подранка обратно на диван. — Не двигайся!

— Не сердись, — оборотень боднул девушку лбом в плечо. — Я в порядке.

— Вижу, — процедила Фаерс, вырвавшись. — Кость цела? — спросила она, промывая укус принесённой перекисью.

— Нет.

— Ты не волк, а баран! Одевайся, поедем в больницу, — опустились руки у Мел.

— Сама восстановится. Ты у меня лучшая лекарка, — подлизывался Аррум, заглядывая в глаза серьезно настроенной истинной.

— Честно врёшь?

— Конечно. Что? Да. Нет. А-а-а! — трагирец взъерошил свободной рукой шевелюру. — Ты меня запутала. К концу седмицы шрама не останется.

— Я не умею накладывать повязки, — пригорюнилась Фаерс, когда вторая попытка обмотать рану провалилась и бинт сполз.

— Это лишнее, — сдавил её нервные пальцы Аррум. — Кровь остановилась и хватит. Я испортил наш день, да?

— Разве что послевкусие. Зато вышло оригинально, — поспешила подсластить горькую пилюлю Мелани.

— Ты больше… не подпустишь меня к себе? — спросил, словно из обрыва кинулся, оборотень.

— Подлечишься, потом решу, — опустила глаза Мел, прекрасно понимая, что отрицательного ответа не даст, однако в воспитательных целях волка можно немного помучить.

Шесть месяцев спустя

Agni: Помнишь, я рассылала рукопись по издательствам?

Ratri: Попробуй забыть)) Ты же вывесила сообщение в дневнике и просила пожелать удачи. Я со всеми читателями держала за тебя кулаки.